Мастер печали

Титус завороженно глядел, как цилиндр в руках Фина оживает, испуская то рассеянный свет, то ослепительный белый луч, и ему тут же захотелось попробовать самому.

– Что делать собираешься? – спросил Фин у Аннева, наблюдая, как Титус восторженно возится с фонарем.

– Спасать Содара.

– Мастер Аог сказал – его привязали у колодца.

Тут Титус нажал на потайные кнопки, повернул части цилиндра в разные стороны, и комната озарилась ярким светом, брызнувшим сквозь перья феникса и языки пламени.

– Пожалуй, – добавил Фин, – могу тебя туда отвести.

– Спасибо. – Аннев кивнул на щит с молнией. – Титус, щит оставь себе. Для меня он слишком мал, а тебе в самый раз. Фонарик лучше нести в той же руке, чтобы во второй держать оружие.

– Ух ты! – Титус сунул фонарь под мышку. – А как сделать так, чтобы из него вылетела молния?

– Пользуйся им как обычным щитом, остальное он сделает сам. Это простой артефакт – как и фонарь.

Круглое личико Титуса посерьезнело, он осторожно продел руку в ремни щита и крепко их затянул.

– Спасибо, Аннев.

– Пожалуйста. И рапиру возьми. – Аннев повернулся к Фину. – Можешь провести кратчайшим путем?

Под предводительством Фина они двинулись по запутанным коридорам подземелья. По пути они никого не встретили, лишь время от времени натыкались на мертвых феурогов.

– Как по-вашему, куда все подевались? – спросил Титус, когда они добрались до кухни.

– Если честно, – ответил Фин, – я думаю, большинству из них крышка.

– С чего ты это взял?

Фин пожал плечами:

– Когда ворвались монстры, почти все служители и аватары сидели в столовой – и с тех пор я ни одного из них не видел. Мы с Яспером спустились в подземелье. Услышали последние новости – что ты у нас сын Кеоса – и решили разузнать побольше. Кентон сказал, твоего священника схватили, когда он возвращался из Чащи, и собираются казнить. Потом я столкнулся с девчонкой, которая несла какую-то чушь про мертвых младенцев в яслях… и знающих жен, которые якобы друг дружку убивают.

– Что? – переспросил потрясенный Аннев. – Безумие какое-то.

– Вот и я так подумал. А потом поднялся дикий крик, Яспера уволокли сквозь стену, и я решил, что эти черные демоны на нас и напали.

– Какой кошмар, – прошептал Титус, нервно покусывая нижнюю губу. – Надеюсь, Терин цел. И Кентон с мастером Брайаном тоже. – Он толкнул Аннева локтем. – Кентон ведь был с тобой и Тосаном, да?

– Да. – Аннев не испытывал ни малейшего желания объяснять, где и при каких обстоятельствах они с Кентоном расстались. – Он остался внизу… защищать вход в Хранилище. – Лживые слова комком встали в горле. – А вот Тосан ушел наверх, – добавил он, быстро меняя тему. – Ты его, случайно, не видел?

Титус покачал головой:

– Мимо нас пробежал мастер Карбад – крикнул всем браться за оружие, потому что Академия в опасности. А потом на нас напали. Старейшего Тосана я за все это время не видел, поэтому думал, что он с вами.

«Странно, – подумал Аннев. – Куда же он тогда подевался?»

До главного входа они добрались за считаные минуты. К их удивлению, здесь не обнаружилось и намека на кровопролитие, творившееся внизу. Приблизившись к огромным двойным дверям, Фин повесил пернач на спину, рядом с его близнецом, и сунул факел в держатель на стене. Не проронив ни слова, он присел под здоровенное бревно, запирающее двери, и, распрямив колени, поднял его на плечах. Пошатываясь и кряхтя, он сделал пару шагов вперед и скинул бревно на пол. После этого, не остановившись даже на пару секунд, чтобы отдышаться, он распахнул обитые железом двери, и в Академию хлынул яркий солнечный свет.

Аннев спрятал пылающий меч в ножны, и трое молодых людей вышли на крыльцо, откуда их глазам предстала ужасающая картина разрушения.

На берегу мельничного пруда лежала груда камней, а сам пруд был завален деревянными обломками – вот и все, что осталось от старой мельницы. На южной и восточной окраинах дымились фермы; поля, вздыбленные бессчетными ногами феурогов, были усеяны мертвыми телами.

Но то, что творилось в центре, оказалось еще страшнее. Полчища безобразных чудовищ наводнили улицы. Они поджигали дома, вытаскивали оттуда обезумевших от ужаса людей, разрывали их на части и тут же пожирали.

Но люди не сдавались. У пекарни и кузницы жители сбились в группки и как могли противостояли феурогам. Лорн и Рафэла, вооруженные копьем, луком и колчаном со стрелами, возглавляли один из таких отрядов – человек двадцать лавочников и ремесленников, оборонявшихся с помощью того, что подвернулось под руку.

В нескольких кварталах от них одноглазый кузнец Шраон громогласно командовал горсткой людей, собравшихся вокруг его кузницы. Когда к ним приблизилась пара феурогов, он первым бросился вперед, с убийственной точностью орудуя алебардой с короткой рукоятью. Несколько аватаров сражались с ним бок о бок, и Аннев узнал одного из них.

– Это же Терин! – завопил Титус, тыча рапирой в направлении кузницы. – Мы должны помочь!

– Сначала поможем им. – Аннев указал на отряд у пекарни, который кое-как сдерживал натиск феурогов. – Шраон с аватарами сами справятся, а этих бедолаг надо выручать.

Пока он говорил, Элиас, дубильщик, вступил в схватку с феурогом, рука которого выглядела как железная кувалда. Они нанесли удар одновременно: Элиас полоснул чудовище по горлу ножом для кожи, а оно впечатало ему в череп кувалду. Оба грохнулись на траву, первый – замертво, второй – содрогаясь в предсмертных конвульсиях. И если место поверженного феурога тут же занял другой, заменить Элиаса оказалось некому. Монстры окружили людей и постепенно подбирались все ближе, не оставляя им ни малейшего шанса.

– Держимся вместе! – закричал Аннев, сбегая по ступенькам. – Титус, прикрывай нас с тыла! Фин, ты слева! Так мы прорвем кольцо феурогов!

– Понял! – Титус сбавил шаг.

Фин, немного помешкав, бросился вдогонку за Анневом.

– Эй! – рявкнул он, когда они поравнялись. – Ты чего раскомандовался? Это тебе не Банок!

Аннев стиснул зубы, изо всех сил сдерживая магию волшебных сапог.

– Фин, ты воин, а не тактик. Так что давай я буду решать, где тебе драться, а ты постарайся поубивать всех врагов, попавших в поле зрения. И прямо сейчас будь добр – прикрывай меня с левого фланга, потому что сам себя я прикрыть не могу.

Мастер оружия рассерженно засопел, однако сделал так, как ему было велено. Молниеносным движением выхватив из-за спины перначи, он метнулся влево и обрушил их на спину попавшегося ему на пути феурога.

Аннев вынул из ножен меч, и тот моментально полыхнул холодным пламенем. Быстро оглянувшись и убедившись, что Титус добросовестно охраняет их с тыла, Аннев вновь сосредоточил внимание на группке выживших.

Рафэла, стоявшая в ее центре, без устали выпускала в орду чудовищ стрелу за стрелой. Убить ей почти никого не удалось, но ее стрелы неизменно попадали в цель, нанося болезненные раны, и потому каждый раз, как жена пекаря поднимала лук, феуроги хоть ненадолго, но прекращали наступление.