Мастер теней

— Ваши Величества когда-нибудь видели, как просыпаются фонтаны? — спросил сразу у обоих Веслен. — Чрезвычайно поэтическое зрелище!

Кей покачал головой. Он никогда не задерживался в городе до рассвета — привычка к солдатскому расписанию не сдавалась так просто, и к двум пополуночи он полностью терял интерес к любым развлечениям кроме подушки.

— О! Я сочиню оду о Ваших Величествах и… — оживился поэт.

— В другой раз, — отмахнулся Зак: ему, похоже, стала надоедать игра.

— В следующем году, — поддержал друга Кей. — Мы желаем послушать птиц.

После того как Шу обозвала Веслена его любовником, томные вздохи и надушенные локоны поэта перестали казаться забавными. Вот уж чего, а оказаться в постели с мужчиной Кей никогда не хотел. И плевать, что среди благородных недорослей неразборчивость считается чуть не признаком драконьей крови. Король может быть выше и должен быть выше!

Они приблизились к площади Ста Фонтанов, когда кромки крыш окрасились розовым, а разноцветные жуки в фонарях уснули. Кею вдруг так захотелось первым разбудить фонтаны, что он забыл: королю негоже вести себя, как мальчишке. С радостным воплем «Светлого утра!» он побежал к бронзовой девушке с кувшином на голове. Зак сорвался в бег в тот же момент, едва не опередив Кея. Удивленные шеры мгновенье промедлили и бросились за ними — и в рассыпную, к ближним фонтанам.

Бронзовая дева издала тихий вздох, и из-под её ног брызнули во все стороны струи воды. Кей засмеялся — его обрызгало.

— Светлого утра! — раздавались крики шеров, и фонтаны оживали один за другим.

Вдруг показалось, здесь и сейчас начинается новая жизнь…

Топот, плеск упавшего в фонтан тела, визг тетивы и жужжание болтов, звон ножа о камень и вопль Закерима «Справа!» слились в один пронзительный звук. Кей отпрыгнул, выхватил шпагу. Обернулся. На него неслись от соседнего фонтана двое в масках, с обнаженными клинками. Еще с полдюжины незнакомцев рубились со смутными тенями-гвардейцами.

Кей встретил сталь сталью, отпрыгнул, ушел перекатом от второго, вскочил. Выставил клинок. В азарте боя он снова чувствовал себя королем. Сейчас все зависело от него — жить или умереть. И он хотел жить!

Удар, еще удар, прыжок, поворот, удар — один готов. Кей отпрыгнул от падающего с разрубленным горлом противника, парировал удар второго, отскочил. В азарте не почувствовал боли, лишь увидел, как брызнула кровь из плеча. Перекинул шпагу в левую руку, снова парировал.

«Беги!» — требовал рассудок.

«Убью!» — бурлила ярость.

Краем глаза Кей видел бегущих к нему гвардейцев и Зака, трупы на мостовой, разбегающихся шеров.

Удар, поворот! Снова звон стали, удачный взмах — с убийцы слетает маска.

— Кукс?!

Мгновенье замешательства чуть не стоило Кею жизни. Шпага летит в грудь, парировать некогда… все?!

Кей упал на скользком камне, уходя из-под удара. Острие лишь разрезало камзол и оцарапало кожу. Удар о булыжник отозвался болью, в глазах потемнело. Но Кей откатился и вскочил: удивляться везению потом! Взмах шпагой туда, где должен быть враг…

Сталь свистнула в пустоте. На мостовой, в двух шагах, лежал бумажно-бледный баронет Кукс. Он удивленно и обиженно смотрел на Кейрана, кровь хлестала из пробитой дагой бедренной артерии.

— Проклятье! — крик подбежавшего Зака заставил его вздрогнуть и застонать от внезапно нахлынувшей боли. — Что с твоей рукой? Эрке! Где тебя носит, король ранен!

Кей попытался пошевелить правой рукой, но Закерим снова заорал прямо в ухо:

— Ты что! Стой, давай, обопрись на меня, сейчас…

Последнее слово он произнес откуда-то издалека. Мостовая закачалась, послышался шум волн, тоскливо запели русалки, только вместо утра наступила ночь.

* * *

— Он выживет? — тревожно спрашивал кого-то Зак.

Кей хотел засмеяться. Глупости, от пустяковой царапины на плече не умирают. Но, открыв глаза, увидел Зака, склонившегося над предателем Куксом, и сидящего на корточках Ахшеддина. Зак был без личины, кажется, он потерял амулет еще во время боя.

— Поздно, — покачал головой Эрке, вставая. — Надо было заниматься им сразу.

— Повезло ему, — бросил Зак и добавил длинную тираду по-зуржьи.

Двое гвардейцев — уже без амулетов-теней — придерживали сидящего на брусчатке Кея, двое стояли рядом с клинками наготове, еще двое и Закерим осматривали трупы заговорщиков. Золотой молодежи видно не было — кроме единственного, убитого в самом начале. Бедняга, имени которого Кей не помнил, попался под нож заговорщикам.

— Есть хоть кто живой из этих? — спросил Кей, поднимаясь на ноги и отталкивая руку гвардейца. Правое плечо все еще болело, но наложенное Эрке заклинание и повязка обещали, что к завтрашнему дню от раны останется лишь небольшой шрам.

— Никого, Ваше Величество, — пожал плечами капитан. — Их было слишком много, чтобы отвлекаться на пленных.

Кей кивнул и подошел к удивленно взирающему в небо Куксу. Дага Закерима по-прежнему торчала в ране.

— Придется Бастерхази вытрясать подробности из него. Никто не ушел?

— Никто, — снова отозвался Эрке.

— Зак! — Кей повернулся к другу. — Спасибо тебе. Еще бы чуть…

— Прости, Кей. Дурная была идея с этими русалками. Из-за меня ты чуть не погиб.

— Чушь. Ты меня спас.

— Тебя спасла жадность Кукса, — грустно усмехнулся Зак, пиная одно из тел. — Посмотри, какую шваль он набрал. Не поскупись он на нормальных стрелков, кто знает?

— Вашему Величеству повезло, — добавил Эрке. — Не возражаете вернуться домой?

— Разумеется. У нас много дел.

Шуалейда шера Суардис

436 г. 17 день Журавля. Роель Суардис.

В напряженной тишине Народного зала громко и четко раздавались слова придворного мага:

— Проведенные исследования показали, что баронет Кукс напал на Его Величество с целью убийства. Причиной послужила месть за несостоявшийся по воле Мардука Суардиса брак баронета с наследницей герцога Кардалонского. Заговора как такового не было, так как нанятые шером Куксом солдаты не знали, на кого нападают: Его Величество был под личиной. Считаю необходимым так же заявить, что баронет Кукс никому не сообщал о своих намерениях…

Регентша, советники и прочие собравшиеся кивали. Всех устраивало замять дело и не копаться в прошлом баронета. Всех, кроме советника Свандера: он с опаской поглядывал на Шуалейду и капитана Ахшеддина, стоящих по обе стороны от королевского трона. Сделанная Бастерхази защита не позволяла Шу прочитать его мысли, но этого и не требовалось. Достаточно было того, что после печального конца баронета Кукса обещания, розданные Ристаной, уже не казались её сторонникам такими уж надежными. Наверняка граф Свандер уже радовался, что Ристана отдала должность опального Дарниша не ему, а шеру Ги, нетитулованному выскочке и бывшему заместителю Дарниша. Быть может, если еще припугнуть Свандера, он дрогнет и отступится?