Материя игры

— Да пошла ты, — с трудом проговорил я, озираясь.

Два других моба пропали. Вернее, одного я заметил: его, распростертого на асфальте, методично добивал лопатой уже знакомый мне мужик. Рядом валялся разбитый вдребезги скейт. На лице мужика читалась жуткая тупая сосредоточенность. Наверное, так выглядели пещерные охотники, забивая добычу камнями.

Я оглянулся на свой несчастный «паджеро». Лобовое в кашу, капот смят, будто на него лошадь прыгнула, но в целом еще заведется, наверное. Только… на передних сиденьях растянулся мертвый моб. Кровь и слизь стекали по обивке, капали с порога.

Что ж… Иногда менять автомобили полезно, да? Как я позаимствую чужой? Как-то придется.

Двигаясь механически, неуклюже из-за сведенного судорогой живота, я забрал с заднего сиденья кожаную сумку и поплелся к заправке. Туалет. Я должен до него добраться. А дальше поискать бесхозную машину. Уф, а грудина-то как болит, ужас просто…

— Информация обновлена, – подала голос Алиса. — Совет: форсер можно получать, уничтожая не только мобов, но и других участников. Количество форсера, полученного от участника, обычно значительно больше, чем от мобов. Особенно если участник уже накопил форсер, повысил уровень или улучшил характеристики.

Услышанное дошло до меня не сразу.

Я ощутил на затылке чужой тяжелый взгляд и медленно обернулся.

Мужик флегматично сжимал лопату, стоя над кровавым месивом из бывшего моба. И то, что мелькнуло в глазах этого человека, рослого и крепкого, как типичный работяга… Нет, увиденное мне совершенно не понравилось. Захотелось тихонечко слиться с пейзажем. Я-то работник умственного труда, не качок — и вообще, где мое эргономичное кресло…

— Эй, браток, ты тоже мутанта завалил, да? — неторопливо так, с ленцой спросил мужик. — И прокачался, ага… Че, много форсы отсыпали?

Я рванул с места раньше, чем он двинулся ко мне. Бегун из меня тоже не очень. Оставалось прятаться. Где? Заправка сиротливо торчала среди голого поля. Брошенную машину без ключей я не заведу до того, как под ударом лопаты разобьется окно, а затем и моя голова.

Перед глазами все расплылось и сжалось в точку: стеклянная дверь, заправка. Я ввалился внутрь и нырнул за стеллажи, заскочил в следующую дверь. За ней торчали раковина и унитаз. Туалет? Ну отлично, блин! Сколько ж я ждал этой встречи! Снаружи донесся вопль. Кажется, мужик нашел другое приключение на свою… лопату. Я задвинул засов и замер, успокаивая дыхание. Сердце бешено колотилось, ребра ныли. Алиса в ухе пробубнила о разблокированном чем-то там, но я не расслышал: кровь стучала в висках. Запоздало прошила мысль, что сбежать было бы разумнее. Я сам себя загнал в угол. Как в отстойном ужастике. Может, про меня забудут? Ага, как же. Что теперь делать-то?

Секунды тянулись одна за другой. Снаружи притихли, за мной никто не приходил. Пульс и дыхание постепенно возвращались в норму. Может, реально забудут, что я тут? Отсижусь, выйду тихонько… Жалко тех, кто остался снаружи, конечно. И все-таки своя шкура дороже. Я осмотрелся: дверь хлипкая, но без щелей, наверху маленькое вентиляционное окошко. Выше человеческого роста. Это же обнадеживает?

Я отвернулся, и тут живот обожгло судорогой. Проклятье!

— Ага, чуть не забыл, — пробормотал я, лихорадочно дергая молнию на джинсах. Черт, вот оно, счастье. Много ли надо, в самом деле… чтоб я этот кофе, да перед дорогой. Хотя неизвестно теперь, где и как я его снова добуду.

Новый крик раздался на улице, едва я застегнулся обратно. Тело обмякло от облегчения, но истошный крик смазал все удовольствие. На этот раз вопили ближе. Прямо за стеной заправки. Жесть… Неужели тот мужик-работяга лютует? Или еще мобы подвалили? Я затаил дыхание и прислушался. Да, какая-то возня на улице. Черт-черт-черт, ну почему у меня ни оружия, ни напарника?

Стоп. Стоп, погоди, Олег. Что сказала Алиса, когда ты тут трясся и осознавал ситуацию? Что-то про разблокированную возможность. Какую? Я прикрыл глаза, пытаясь вспомнить. Она сказала, что я могу…

— Связь! — вырвалось у меня неожиданно громко, и я тут же зажал рот расцарапанной ладонью.

Точно. Я могу кому-нибудь позвонить. Звонок другу. Другу! Я выхватил мобильник из кармана — фух, не разбился.

Решение пришло мгновенно. Много было людей, с которыми я сотрудничал, на которых мог рассчитывать в делах. Но когда рушился мир, оставался только один вариант.

— Алекс! — крикнул я шепотом, едва гудки прервались. — Алекс, слышишь меня?

— Олег, ты? — совсем не шепотом заорали в динамике. — Живой, слава богу! Я никому позвонить не могу! Сраный робот бормочет — и все! Ты видел, что творится?

— Да, потому и звоню! Алекс, ори потише. Я чуть не сдох. Серьезно, млять, тут мочилово. Понимаю, у тебя своих заморочек наверняка…

— Где ты? — отрывисто, деловито перебил Алекс, и у меня будто гора с плеч упала.

— Заправка на двадцать восьмой, — выдохнул я. — Ближайшая от съезда с кольцевой. Горы трупов, мой «паджеро» у выезда, не пропустишь.

— Ты сныкался?

— Да, в магазине. В туалете.

— Ты, главное, не ссы, Легас! — привычно хохотнул Алекс.

Я услышал в трубке приглушенный голос вездесущей Алисы, выстраивающей маршрут. Интересно, она-то как прокачалась? Неведомая слизь впиталась в сервера или что? Нет, она же не искусственный интеллект, просто голосовой помощник. Ею что-то управляет. Безумные айтишники или суперкрутой ИИ, как в книгах про космос и будущее.

— Удача на твоей стороне! Я не так далеко от этого места, охреневший навигатор говорит, что пятнадцать минут ехать, — сообщил Алекс. — Держись.

Звонок оборвался.

* * *

День был абсолютным кошмаром. Алекс решил, что с него хватит, когда последняя клиентка довела его до белого каления. Девчушка из ночного стрип-клуба всю дорогу доказывала ему, что он быдло и отстой, а она — человек нового мира и под каждым клиентом этот мир становится демократичнее и свободнее. Алекс не вступал в спор, зная, что девушку все равно не ударит, а нервы пострадают только сильнее. Но им все равно досталось.

До дома оставалось всего ничего, когда мир резко сузился до светлой точки в конце тоннеля. Алекс едва успел выкрутить руль и ударить по тормозам прямо под знаком «стоянка для инвалидов». Ох, не к добру…

В следующий миг пропал слух, а боль прокатилась волной от ног к голове. Алекс успел только выругаться — и отключился. Хрен его знает, на сколько. Но когда открыл глаза, ощупал себя и придирчиво осмотрел в зеркало заднего вида, убедился, что вроде жив и совсем не инвалид.

«Походу, доканала меня эта мелкая работница древнейшей профессии», — подумал Алекс. Он скрестил руки на руле, положил на них подбородок и уставился через лобовое стекло на цветущий куст сирени, развесивший ветки над краем парковки. Потом приоткрыл окно и сделал глубокий вдох. Надо немного прийти в себя. Реально суматошный день.

Запах школьной весны напомнил о детстве: около каждой школы высаживают сирень. Много других деревьев и кустарников, но сирень обязательно. Так что Алекс дышал, отдыхая душой и телом, побольше вспоминая относительно беззаботные школьные деньки и поменьше — дурацких стриптизерш.

Запах вдруг изменился. Алекс нахмурился. Так пахли духи этой стервы, которую он вез. Мелькнул среди веток сирени женский силуэт, призывно блеснули розовые губки.

— Что за хрень? — пробормотал Алекс и с силой потер глаза.