Меч души

Зато теперь ясно, чем заняться.

* * *

Зануда добрался ко мне, когда решение вопроса с Поляковыми перешло в стадию подписания договора. Мы и адвоката успели вызвать. Того самого, что уже раз оформил не совсем законную сделку. Поэтому всё официально.

— Не помешаю, господа? — зашёл Зануда в кабинет, обойдя лужу крови.

— Догнал всё же, — махнул я ему рукой, — Зачем ты опять на эту работу согласился? Наверняка радовался безделью.

— Ты подозрительно догадлив, — вяло улыбнувшись, ответил мужчина. — Давид, в курсе ли ты, что принуждение с помощью Голоса делает подписанные документы недействительными?

— Господин юрист? — покосился я на гостя.

— Господин Эварницкий не применял Голос, — сухо ответил тот.

— Видишь, — сказал я Зануде. — Всё по закону.

— А труп… Как понимаю бывшего главы рода Поляковых, — оценил тело на полу мужчина, — случайно здесь оказался.

— Нет, это моих рук дело, — не стал я отрицать. — У этих господ было целых два года, чтобы оформить имущество Фрактуковых на меня и тем самым откупиться. Вместо этого они оставили всё себе, пустили в оборот и жили, бед не знали. Жадность — это грех. Почему-то смертные часто забывают об этом.

— Давид, ты по краю ходишь, — предупредил Зануда.

— Ты всерьёз мне это говоришь?

— Ты прав. Ты был рождён на краю, — поправился он. — Для тебя это норма. И что дальше? Заберёшь у них всё?

— Пять миллиардов и родовую землю. Плюс проценты, — ответил я. — Какая там ставка в эти два года была?

— Господа, — сказал Зануда. — Попрошу вас оставить нас.

— А вы?.. — спросил юрист.

— В данный момент — глас императора, — достал мужчина весело светящуюся блестяшку.

Юрист и Поляков-младший впечатлились. Поднявшись, они быстренько покинули помещение.

Телекинезом Зануда пододвинул себе стул. Уселся. Уставился на меня.

— Как отдохнул? — спросил он.

— Плодотворно. Я тебе тоже сувенирчик припас.

Достав артефакт, перекинул мужчине.

— Продвинутое кольцо пространства со встроенной защитой и повышенным объёмом внутреннего пространства. Капнешь кровью и привяжешь.

Зануда посмотрел на перстень, его взгляд расфокуссировался, но через десяток секунд вернул осмысленность.

— Целая комната и сотня бутылок какого-то спиртного — тоже подарок?

— Конечно. На тот случай, если ты окажешься недостаточно умным, чтобы откосить от обязанности нянчиться со мной.

— В этот раз всё иначе. Нянчиться с тобой никто не собирается.

— Подумывают прикончить? — озвучил я то, что Зануде по долгу службы вслух произносить нельзя. — Закономерное желание. Пусть пробуют.

— Ты настолько уверен в себе?

— Да нет. Может, у них и получится, — беспечно пожал я плечами. — Но переживать, что ли, из-за этого?

— У тебя есть близкие люди. Не боишься за них?

— Боюсь. Но и всем остальным бояться тоже стоит. Давай ближе к делу, дружище. Что ты хочешь мне сказать?

— Велено прояснить твою позицию, по возможности уладить конфликт.

— Тоже мне задачка, — цыкнул я презрительно. — Не перестаю удивляться, насколько власть имущие в этой империи не могут понять мои примитивные запросы.

— Есть мнение, что твои аппетиты неадекватно растут.

— Ну да, ну да, — покивал я. — Удивительно скучный разговор. Если тебе нечего мне сказать, тогда не мешай. Я здесь делом занят.

— Убийством, ты хотел сказать.

— Всё в рамках традиций местного общества. Господин Поляков посмел меня оскорбить и угрожать. После чего состоялась дуэль. У меня и запись есть. Показать?

— Тогда почему он лежит в кабинете, лицом вниз, с разрубленной спиной, а внизу всё в крови?

— Потому что недооценил меня, переоценил себя и охрану дома, в результате на дуэль согласился, труханул, побежал и… Вот, — покрутил я рукой, давая Зануде додумать, что там было.

— Ясно… — вздохнул он протяжно. — Ты развлекаешься, а мне разгребать.

— Так увольняйся. Уйди в отставку.

— Я же не ты, чтобы императору грубить и отказывать.

— Ты попробуй. Вдруг понравится. Не забудь ушедших господ пригласить. А то они так громко шепчутся, строя хитрые планы, что аж неприлично.

* * *

Император выслушал доклад Григория Эпфимовича молча.

— Так и как оценить его уровень теперь? — спросил Михаил Второй, когда старик замолчал.

— Я бы сказал, как мастера меча, способного держаться против архимага. Эварницкий предположительно готовился к этому бою, поэтому точный уровень не оценить. Но техниками он кидался — будь здоров. Да и небесный шаг… Как по мне, это главная проблема. Лично я парня не догоню. Дровосек тоже в пролёте. Те, кто справится…. Да мало их. Может, человек десять у нас всего наберётся. Из необычного также стоит отметить его взаимодействие с пространством. Парень уже делал шаги в этом направлении, очевидно, освоил новые трюки.

— Опять атлант обучил? — покачал император головой недовольно.

— Неизвестно, но кто ещё? Хотя в его случае — мог и кто-то другой.

— Что по артефактам?

— Ничего не скажу. Сильно удивлюсь, если у него теперь на все случаи козыри не припрятаны.

— Про вероятное оружие массового поражения, которое он мог создать, тоже ничего не скажешь.

— От сканирования он был прикрыт защитой, которую я не смог обойти.

— Ясно, что ничего не ясно, — оттарабанил Михаил пальцами по столу. — Радамир тоже на связь не выходит. Дёрни там этого паренька. Пусть поторапливается с докладом.

* * *

Ближе к ночи Андрей снова оказался в высоком кабинете перед императором и Григорием Эпфимовичем.

— Докладывай, — сказал последний. — Удалось снова выйти на Эварницкого?

— Так точно, — ответил тот. — Но можно было этого и не делать. Действия Эварницкого ожидаемы, последовательны и логичны.

— Да неужели, — недовольно фыркнул старик. — Так просвети нас, а то мы тут гадаем, всё понять не можем, что с ним делать.

— Эварницкий выступил против храмов — это продолжение старого конфликта. Легат Фетисов, когда спроваживал Давида, лично просил того не отвечать храмам на их выходки. С того момента много чего произошло, и храмы не раз атаковали парня. Теперь он ответил. Храмы точно это не стерпят, реакция последует, но не сразу. Герцог Самохин — ещё понятнее. Месть за все доставленные неприятности. Их битву мы с вами, Григорий Эпфимович, наблюдали вместе и лично. Предположу, что, помимо обычной мести, Давидом движут и другие мотивы. Этой битвой он всем заинтересованным сторонам дал понять, что способен биться с архимагом на равных. Получилось отлично. Случайно или нет, но битва произошла в пригороде, рядом с поместьями уважаемых людей. Очевидцев события хватает. Слухи уже вовсю циркулируют по столице, да и дальше наверняка ушли.

— Там такая битва была, что и до столицы отголоски докатились, — поморщился Григорий Эпфимович.

— Всё верно. Смею заметить, что вряд ли герцог Самохин тот человек, который не стал бы готовиться к бою против Эварницкого и господина Радамира. Скорее наоборот. Самохин вышел на битву со всеми доступными козырями, предположительно, думая, что главная его проблема — Радамир.

— Это что же получается, — хмыкнул император. — Давид выстоял не против рядового герцога, а против Самохина, который готовился к битве против Радамира?