Меченая: Крест

Да. За то, что ты меня почти изнасиловал и сейчас этого не помнишь. Как же бесит!

— Тогда зачем? — гаркнула я.

— Просто так. Ты ведь всё равно не собираешься возвращаться в Крест. Так какой смысл скрывать это и дальше? Ты странная. А то, что Дакир тобой так заинтересовался, ещё более странно. Мне захотелось получить ответы.

— Спросил бы у него!

— Спрашивал. Он сказал, что моё дело это присматривать за тобой, не больше — не меньше.

— И влюбить меня в себя. — Я с большим трудом выплюнула из себя эти слова. Их не произносят в Новом мире!

Чейз мягко, почти снисходительно улыбнулся. Он стал слишком часто это делать!

— И, кажется, я неплохо справился, даже не приложив никаких усилий. Я уже говорил, что ты странная?.. Можно доложить Дакиру, что задание выполнено.

Я зависла. Он действительно только что это сказал? Серьёзно?

Я резко приблизилась к нему, остановившись в шаге от стола.

— Да, Чейз, я так сильно в тебя… влюблена, что позволила почти изнасиловать себя на этом столе!

Улыбка на его лице вмиг растворилась, вид стал измученным. Словно он резко снял одну маску и тут же одел противоположную по эмоциям. Но взгляд выдержал — не отвёл, — в этом Чейз мастер.

— Вот зачем тебе Марлин? — Мой голос звучал низко и презрительно. — Трахал её, когда место в себе заканчивалось? Когда больше не было сил сдерживать ярость и наступать себе на горло? Когда жизнь в очередной раз напоминала, какое она дерьмо? А когда я выводила тебя из себя, тоже шёл к ней трахаться? Только сейчас её не оказалось рядом, да? И ты решил, что и такая, как я сгожусь!

— Если я даже захочу тебе рассказать, то всё равно не смогу объяснить, — ровно произнёс Чейз. — Я привык так жить. Можешь считать, что мы просто из разных миров, нам никогда не понять друг друга.

— То есть, это привычка? Ты просто привык так делать? — Я с трудом сдержала смешок.

Чейз сжал челюсти. Холодный блеск его глаз, говорил о том, что я права. И обычно в такие моменты, когда я добиралась до сути, он просто уходил, оставляя меня без ответа. Но не в этот раз.

— Марлин — просто женщина, которая была всегда для меня доступна. Занимаясь с ней сексом, я вообще не думал о том, кто со мной и что она делает. И до сегодняшнего дня, для меня это была простая физиология. Надеюсь, тебе не нужно объяснять, что это такое? Я думал, что в этом мы не сильно отличаемся. Так что да, можешь считать это моей привычкой. Я просто не мог остановиться. И я не считаю это оправданием, я не хотел, чтобы всё так закончилось. Хочешь врезать? — Чейз бросил короткий взгляд на мои сжатые кулаки. — Давай. От этого всё равно ничего не изменится. Я — это я. Ты — это ты. И я не знаю, зачем, судьба свела нас вместе. Но до сегодняшнего дня я посылал её к чёрту, а она взамен всё больше и больше привязывала тебя ко мне.

Я разжала кулаки:

— До сегодняшнего дня?

— Это всё что ты услышала?

— Почти.

— До сегодняшнего дня.

Глава 27

Пусть Дакир идёт к дьяволу! И Кира пусть идёт туда же, если она с ним заодно! Всё это время она знала, что представляет из себя моя кровь, и прикидывалась доброй докторшей, в то время когда тайком планировала, как будет высасывать её из меня её всю до последней капли! Я не собираюсь возвращаться в Крест. И уж не знаю, что там было на уме у этой парочки, когда они выпускали меня и Чейза за ворота. Видимо очередной безумный план, но я точно, с полной уверенностью могу заявить, что в Крест больше не вернусь! Так что пусть тешутся той жалкой парой капель крови, что Кира от меня получила. Большего им не достанется.

Сейчас меня больше волновала я сама. И то, во что из-за Чейза я превращалась.

Допустим, я смогу понять, почему он чуть меня не изнасиловал, допустим, он привык так жить и секс был для него чем-то вроде сливного бочка, когда нажимаешь кнопку и всё дерьмо в унитазе смывается. Допустим, он вообще не понимал, что это я под ним нахожусь и это мои руки он заламывает. Допустим. Но разве это нормально? Разве это не попахивает садистскими наклонностями? Что не так с этим парнем? Может он в душе маньяк, и сам того ещё не понимает? Даже после его последнего откровения, которое, уверена, ему многого стоило, я не могу избавиться от мысли, что у этого парня конкретные проблемы с психикой. Ямы, бои, убийства… Я не из стали, я всё понимаю, но если он хочет и дальше оставаться примером для Ронни, надо с этим что-то делать.

Всё-таки я просто идиотка, что связалась с ним..

Вертолёт пролетел над противоположным зданием ещё два раза и кто бы ни был на его борту, он определённо что-то искал, или кого-то.

Я разделила между мной и Чейзом остатки провизии, как и остатки воды, и снова уставилась в окно, жуя подсохший хлеб. Вертолёт вновь показался.

— Что за?.. — Но Чейз не смотрел в небо, он смотрел вниз — на землю, и его лицо наполнено дикое непонимание.

— Что за?.. — тихо повторила я, когда увидела, как со всех концов улиц к вертолёту сбегаются твари.

Как саранча летит на свет, так они бежали за вертушкой с протянутыми к ней руками. Это смотрелось настолько дико, что просто не укладывалось в голове. Словно это они жертвы, словно это им нужна помощь и вертолёт явился в этот Богом забытый город, чтоб спасти их от страшной участи. А страшная участь, это тогда получается мы — люди?

— Что происходит? Мозги тварей окончательно деградировали? Что они делают?

— Не знаю. — Чейз быстро натянул куртку и швырнул мне в руки рюкзак. — Надо уходить. Быстро!

Он вооружился пистолетом и, перекинув через плечо пакет с медикаментами, быстрым шагом направился к двери. Я ещё недолго пялилась в окно, на группу спятивших тварей, и ещё более спятивших людей на борту вертолёта, закинула рюкзак на плечи и двинулась за Чейзом.

— Ты думаешь, они ушли? — Я упёрлась рюкзаком в стену, держа пистолет обеими руками, будучи наготове.

Чейз прислушивался.

— Да, уверен, они в той топе спятивших фанатов воздушной техники.

Скрипнул засов. Мы обменялись взглядами. Я подняла пистолет, и Чейз рванул дверь на себя.

В коридоре было пусто, мрачно и жутко воняло.

— Пошли, — скомандовал Чейз и быстро зашагал к лестнице.

Я шла следом, с трудом подавляя желание зажать нос рукавом куртки. Ненавижу эту вонь!

Мы быстро миновали все лестничные пролёты и оказались в большом холле на первом этаже больницы.

Звук пропеллера разрывал мёртвый город на части и был отлично слышен из-за закрытых стеклянных дверей.

— Что же в нём такого, что они даже свой ужин оставили? — пробубнила я себе под нос, но Чейз услышал.

Он бросил на меня короткий гаденький взгляд:

— Видишь, даже тварям ты не нравишься.

Я кисло скривилась.

Мотоцикл стоял там, где мы вчера его оставили, покрытый толстым слоем снега. Чейз вытащил из двух кожаных боковых багажников «Харлея» две небольшие канистры с топливом и принялся возиться с бензобаком.

— Предусмотрительный, — вскинула бровь я. — Думала, ещё придётся топливо где-то искать.