Мэзон

Вдруг, словно из-под земли, появилась Васька. Вика едва не зажмурилась от такого великолепия. Роскошное вечернее платье, прическа, макияж и изысканные украшения делали ее просто неотразимой. Звезды по обе стороны океана меркли по сравнению с ней.

Появление начальницы вызвало настоящий шок среди сотрудниц, враз почувствовавших себя убогими замухрышками. Против обыкновения, лицо Василисы Андреевны было приветливым, а глаза лучились дружелюбием, что повергло всех в еще более глубокий шок. Впрочем, вскоре выяснилось, что ее радушие предназначалось не им, а съемочной группе телевидения, которую она проводила к Фельдмаршалу.

Вика вспомнила о фотоаппарате и сделала вслед им несколько снимков. Народ все прибывал, и зал был почти полон. Проводив очередную группу гостей к столам, Вика не стала возвращаться к входу, а засновала по залу, снимая все подряд. Пятьсот кадров! Она давно об этом мечтала, а то всегда приходилось экономить, и все равно в самый нужный момент пленка кончалась.

Она подобралась поближе к съемочной группе, где брали интервью у Генерального директора. Рядом с ним стояла Василиса Андреевна и дополняла его ответы. Других представителей генералитета поблизости не наблюдалось. Похоже, сегодняшний вечер должен стать бенефисом не только Павла Иннокентьевича.

Наконец, с интервью было покончено, но журналисты не ушли, а переместились за столик, предоставленный в их распоряжение.Раздавшийся из динамиков, висевших по всему периметру зала, голос попросил присутствующих занять места за столами. Говоривший был одет в строгий темно-серый костюм и белую рубашку с бабочкой. Надо сказать, нанятый Васькой распорядитель был не только хорош собой, но еще обладал приятным голосом и держался с достоинством, но без наглости. После небольшого предисловия он предоставил слово владельцу и Генеральному директору фирмы «Мэзон» Кутузову Павлу Иннокентьевичу.

Возможно, свою речь Фельдмаршал готовил со спичмейкером и выучил наизусть, но выглядело это как экспромт, причем, весьма удачный. Он обрисовал этапы большого пути, пройденного и предстоящего, и пожелал себе и всем присутствующим дальнейшего процветания. В элегантном светлом костюме он выглядел солидным, преуспевающим и мужественным. Впрочем, таким он и был на самом деле. Все с удовольствием поддержали его тост и подняли бокалы с шампанским.

Дальше праздник покатился по намеченной колее, умело направляемый элегантным распорядителем. В это время за столом, занимаемым службой персонала, кипели свои страсти. Во-первых, все были обижены на то, что их разместили за крайним столом, почти у самой двери. Во-вторых, хотя все терпеть не могли Ваську, сейчас осуждали ее за то, что она ни разу к ним не подошла. И так далее.

Две кобры из отдела кадров вгрызались в новую жертву. Евгеша, давно перешагнувшая пенсионный возраст, справедливо видела в сорокалетней Регине свою возможную преемницу, вследствие чего с первых минут искренне ее возненавидела. Ее вечная подпевала Клавдия Васильевна поддакивала ей и вставляла шпильки новой коллеге.

Ангелина Ивановна вообще сидела с перекошенным лицом, и все понимали почему. Васька ко всем придирается, но придирки – придирками, а предложение подыскивать себе другую работу – совсем другое дело.

Двое мужчин, определенные за их стол, инженер по технике безопасности пятидесятилетний Илья Александрович и его молодой помощник Володя поначалу пытались оживить обстановку за столом, но не преуспели в этом, и то и дело отлучались. Илья Александрович вообще сидел, как на иголках, беспокоясь, как бы чего не вышло. То он устремлялся к запасному выходу, чтобы проверить, не перегородили ли его, то на кухню, где на всех плитах что-то готовилось, то в места, отведенные для курения.

В это время у Светы в душе бушевал инквизиторский огонь, в котором горели Васька и Коля. Васька – за то, что вообще появилась на свет, да еще в таком прекрасном обличье, а муж – за слишком строгий костюм, в котором она чувствовала себя старой девой и синим чулком.

Только девчонки из отдела обучения щебетали о чем-то о своем, о девичьем. Вика ненадолго присоединилась к ним, а потом отправилась в массы с фотоаппаратом наперевес.

Танцпол был заполнен танцующими парами, среди которых кружились Васька с Фельдмаршалом, что Вика не преминула зафиксировать. Заметив идущего по проходу Витьку Ковалева, она его окликнула.

– Чего тебе? – недовольно отозвался он.

– Давай, я тебя сфотографирую, вдруг пригодишься для чего-нибудь.

– Для чего я могу тебе пригодиться? – он неожиданно заинтересовался.

– Там видно будет, – буркнула Вика.

Витька приосанился и растянул губы в улыбке. Вика нацелилась на него

фотоаппаратом и захихикала. За его спиной стояло дерево, и его раздвоенная макушка казалась Витькиными рогами или развесистыми ушами. Она щелкнула затвором, потом попросила его отойти в сторону и сделала еще несколько снимков.

– Зачем тебе мои снимки? – напирал Витька.

– Для коллажа, – неохотно ответила Вика.

– Это как?

– Да так: ручка – отсюда, ножка – оттуда. Может, какая-нибудь часть твоего тела на что-нибудь и сгодится.

Витька тут же заверил ее, что у него все части тела в безупречном состоянии. Он хотел развить эту тему, но Вика его уже не слушала, заметив трех директоров – коммерческого, финансового и технического, которые что-то обсуждали с постными физиономиями, так не вязавшимися с праздничной атмосферой.

– Свободен, – на ходу бросила она Витьке и устремилась к новым жертвам.

Незаметно запечатлев их с трех сторон, бросила взгляд на президиум, с удивлением заметив, что Васька восседает там в гордом одиночестве. Она сделала снимок, придумывая язвительную подпись к нему: «Ядовитые испарения отпугнули от нее всю флору и фауну в округе». Вика поискала взглядом Фельдмаршала, но нигде его не обнаружила, хотя в своем шикарном светлом костюме он был весьма приметной фигурой.

Увидев, что распорядитель направляется объявлять очередной эстрадный номер, и подтягиваются телевизионщики, Вика решила вернуться на свое место. Оглянувшись, она немного притормозила, заметив в президиуме рядом с Васькой Ангелину Ивановну. Она что-то взволнованно говорила начальнице, та слушала ее явно невнимательно, погруженная в свои думы. Вика сделала несколько снимков и продолжила движение к своему столу, потом обернулась. Ангелина Ивановна уже сидела на месте директора, а Васька, склонившись над ней, что-то наливала в бокал.

Президиум стал заполняться, и Вика, в конце концов, добралась до своего места.

– Чего это Ангелину Ивановну в президиум понесло? – шепотом спросила она.

– Все надеется, что эта змея сменит гнев на милость, – желчно ответила Света.

Вскоре подошла Ангелина Ивановна и плюхнулась рядом с Викой.

– Ну что? – хором спросили несколько голосов.

– Ни-че-го! – у Ангелины Ивановны на глазах заблестели слезы.

– Как инженер по технике безопасности, – вступил в разговор Илья