Милашка

Потому, как засверкали глаза и сжались кулаки офицеров и солдат, я понял, что поступил правильно.

Наш враг наступает, их орды темны. Грозят своей злобой излиться. Но мы не боимся, мы духом сильны И их не пропустим к столице. Пускай мы погибнем — они не пройдут. Навечно здесь лягут костями. Запомните все, как стояли мы тут, И Родина была за нами…

Я смолк и надел кепи. Вскинул руку к козырьку.

— Огонь!

Грянул залп ружей.

— По машинам!..

На станции меня позвали к правительственной связи. Здесь она есть. У меня был клач с шифрованной передачей, но ей не слишком доверяли — проводная надежней. Я взял трубку. Звонила Хойя. Я приветствовал ее, но доложить не успел.

— Все знаю, — сказала она. — Дочь прислала видеозапись.

Я поручил Клейе это сделать. В столице должны знать о результатах сражения. Клейя отправила запись с линии обороны.

— Благодарю тебя! — сказал Хойя. — За то, что отбил атаку, спас уцелевших и похоронил погибших. Мы видели, как ты пел у могилы.

А вот это я снимать не поручал…

— Лейя плакала. Через час эти кадры покажут по телевизору. Поле с подбитыми бронеходами, результат их подсчета. Потом похороны. Других кадров нет, с левого фланга донесений не поступало. Полагаю, послать было некому. Потом выступит Лейя.

Понятно. «Братья и сестры!.. К вам обращаюсь я, друзья мои!» Пришло, значит, время.

— Слушай меня, Влад! У столицы возводят рубеж, к нему отводят войска. Это наша последняя надежда. Нужно время. Врага следует задержать любой ценой, и Лейя поручает это тебе.

— У меня всего лишь тучим!

— Дадим еще три. Их командиры получат приказ перейти в твое подчинение. Встретитесь на станции Ахой. Они отправляются туда.

— Они подчинятся грону?

— Ты арх. Твой заместитель стал гроном. Повышены в званиях и другие офицеры — Лейя подписала указ. Сделай, Влад! Пять дней, нам нужно всего пять дней…

Я вышел из здания станции. На перроне ждала Клейя.

— Погрузились? — спросил я.

— Да, домин грон!

— Арх, — сказал я. — С сегодняшнего дня. Ты — грон. Повышены в званиях и другие офицеры. Председатель Высшего Совета подписала указ.

— Поздравляю, домин! — заулыбалась она.

— Благодарю, — сказал я. — Но это аванс. Его нужно отработать. Следует задержать курумцев на пять дней.

Лицо ее вытянулось.

— Карты у нас есть? — спросил я.

— Да, домин.

— Тогда будем работать. Поспать, думаю, не придется…

* * *

Хойя не обманула. На перроне Ахоя нас встречали три офицерши. В одной из них я узнал арха, с которой столкнулся при отъезде из столицы. Как ее? Лойя Слиж? Другие дамы имели нашивки гронов и были мне не знакомы. Я спрыгнул на перрон.

— Приветствую вас, дому! Я арх Влад Хома. По приказу Военного Совета вы переходите в мое подчинение.

— Мы получили приказ, — сообщила Лойя.

— Возражения есть? — спросил я.

— Нет, — покачала она головой. — И не могло быть.

Я ожидал другого, готовясь к этому разговору, потому удивился.

— Правда?

— Мы знаем о вас, арх, — сказала Лойя. — Как ворвали наступление врага, уничтожили сотни бронеходов, взяли в плен орх, не потеряв при этом ни человека. Вчера вы отбили прорвавшихся курумцев и опять-таки без потерь. Мы хотим так воевать.

Стоявшие рядом гроны закивали.

— Научите?

— Затем и приехал, — сказал я. — Прошу в вагон.

В купе я расстелил на столике карту.

— У нас приказ задержать противника на пять дней.

— На сколько?! — лицо Лойи вытянулось. — У нас три тучима!

— Четыре, — поправил я. — Не забывайте про мой.

— Но их тысячи!

— Воюют не числом, а умением. Мы задержим их.

Офицерши уставились на меня.

— Я б не поверила, — произнесла Лойя и вздохнула, — но вы, домин, стоите передо мной. В эшелоне ваши люди. В резерве левого фланга обороны находился тучим бронеходов, которым командовала подруга. Когда враг прорвался, она связалась со мной. Сообщила, что ведет тучим в бой. Попрощалась. Она понимала, что погибнет, так и произошло. Мы высылали разведку: там никто не уцелел, а вы живы. Слушаю вас, домин!

— Смотрите! — я склонился над картой. — Курмцы пойдут этими путями. Тут, тут и тут.

— Почему не здесь? — Лойя указала пальцем. — Дорога короче. Зачем разделяться?

— Логистика, дому. У них тысячи бронеходов. Снабжать их сложно. Людей нужно кормить, бронеходам менять батареи. Зарядить их негде, поскольку линии обесточены. С каждым мергом плечо доставки растет. Наступление станет терять темп, а они спешат. Выход — идти вдоль железных дорог. Они их восстановили и будут использовать. На станциях снаряжение перегрузят в грузовики и доставят в войска.

— Почему не везти войска в эшелонах?

— Они пробовали, — я усмехнулся. — Потеряли три орха. Если б они ехали в эшелонах, я остановил бы их сам. Но они сделали выводы и не повторят ошибок.

— Понятно! — сказала Лойя. Офицерши кивнули.

— Где находятся ваши тучимы?

Они показали.

— Закрываете ближние дороги. Здесь, здесь и здесь. Мины и ружья имеются?

— Да, домин, — сказала Нойя. — Перебросили из столицы. По орху стрелков и минеров. Мин три грузовика.

— Закажите еще. Мин много не бывает. Железная дорога недалеко, пусть подвезут.

Они закивали.

— Теперь о тактике. Никаких линий обороны и битв до последнего бронехода. Нас раздавят. Работаем из засад. Орх ставим в заслон. Маскируем позиции стрелков, на подходах — мины. Бронеходы прикрывают засаду. Враг подошел — открываем огонь. Он идет в атаку и нарывается на мины. Что будет дальше, объяснить?

— Они отступят и развернутся в боевые порядки, — сказала Лойя.

— Правильно! После чего пойдут в наступление. А нас уже нет — сели в машины и укатили. Враг собирает колонну и идет дальше. Но через пять-десять мергов натыкается на другой заслон.