Молчаливый слуга

— Уверяю, их здесь нет! — последовал жесткий уверенный ответ. Мэр был не приклонен.

— У нас другие сведения!

— Если это сведения исходят от Алекса Бейкера, то хочу вас заверить, что это не самый надежный источник информации. Да будет вам известно, что несколько лет назад этот человек был причастен к исчезновению молодой горничной. С тех пор ее никто не видел.

Мэр вопросительно посмотрел на Алекса. Новая информация представлялась ему более чем интересной. Только сейчас он заметил, с какой ненавистью Алекс смотрит на отца Ролана. Как будто тот действительно выдал то, что остальным знать не следовало. «Неужели это он?» – впервые за все время расследования подумал мэр.

— Никого! — крикнул один из гвардейцев.

— Никого! — эхом раздались голоса из разных углов.

Мэр махнул рукой, давая понять, что обыск закончен.

Гвардейцы и индусы выходили из церкви. Толпясь у входа, они закуривали трубки и обсуждали происходящее. Особняком стояли местные жители, пришедшие на службу.

Мэр повернулся к выходу и именно в этот момент, словно удар невидимого колокола, по церкви разнесся объёмный глухой звук. Удары следовали один за другим, стирая улыбку с аристократичного лица. Сильная рука пригвоздила священника к стене, Алекс сжимал шею с воротничком стоечкой медленно. И никто не пытался остановить графа в намерении убить человека.

— Откуда? Откуда идет звук? – взревел мэр.

— Подвал!

Гвардейцы вновь вбежали в церковь. Остановились на входе, смотря на высокие стены.

– Все, все выносите!

Лавки стали выносить на улицу и скидывать возле церкви, потом дело дошло и до кафедры.

Как только Джейн услышала, что затворы открываются, она скомандовала.

— Девочки, соберитесь.

Каждая из девушек взяла по камню. Их ждал последний неравный бой и расправа, такова была цена ошибки.

— Есть тут кто? — спросил незнакомец.

— Мы здесь! — сорвавшимся от рыданий голосом крикнула пленница.

Девушек выносили на руках. Они были крайне истощены, их вещи почернели от грязи, а глаза были слепы. Столько слез этот город еще не видел. Около церкви столпились горожане, жертв садиста возвращали горевавшим родственникам, в то время как самого преступника выводили под охраной, ибо толпа ревела, предвкушая мщение.

Только Джейн вышла своими ногами. Конец. Не нужны слова. Ее словно арестанта выводят из церкви, а она ищет глазами Алекса. Мгновение, она видит его лишь одно мгновение, конец.

Вернувшись домой, Джейн оставалась под охраной еще день до возращения отца. А потом? Потом ее маленькие сокровища были собраны с полок, рисунки на стенах закрашены черной краской, одежда и обувь отняты. Целыми днями она должна была читать библию так громко, чтобы отец слышал ее внизу. В восемь часов ей давалась возможность поспать, чтобы в три опять продолжить чтение. Сон пропал вовсе, ей удавалось лишь забыться на мгновение. Отец хотел наказать ее говением, однако и то ему не удалось, дочь вовсе ничего не ела. Через два дня она окончательно потеряла интерес к жизни, пищи, всему на свете. Лишь образ Алекса был ее постоянным спутником. Джейн понимала, что больше его не увидит, и это разрывало ее душу на части. «Он спасен, они спасены, это главное. Всему есть цена, я отдала свою!»

К третьей ночи она потеряла счет времени и, сидя на полу у кровати, просто смотрела бесцельно в стену. Шорох снаружи заставил ее насторожиться. Джейн почему-то подумала, что за ней пришел убийца. Она взяла подушку, встала на кровать и приготовилась. Вот в окне появился темный силуэт, Джейн потопталась на месте, собираясь силами, а когда человек просунул в проем голову, начала бить его изо всей мочи. Перья летели в разные стороны, и ее затея почти удалась, так как мужчина, получив первый удар, не удержался на уступах камней. Однако спустя мгновение темный силуэт заполнил все окно и резко налег на подоконник. Джейн нахмурилась, собираясь снова атаковать противника.

— Мисс Уизли, прошу, остановитесь! — услышала она знакомый голос.

Девушка замерла, подушка упала на пол. Тяжело дыша, она порывисто спустилась с кровати и бросилась к Алексу, слезы потекли по щекам, из горла послышалось рыдание. Теплые руки смяли ее рубашку, с силой сжали хрупкое тело. Колючей щекой мужчина прижался к растрепанной макушке.

— Я заберу тебя отсюда, заберу! Ты больше не будешь одна!

Алекс потер ладонями ее плечи, чтобы хоть как-то согреть дрожащее тело.

— Разве это возможно? – наполненным горем голосом спросила Джейн.

— Возможно, Джейн, конечно возможно, просто доверьтесь мне.

Девушка подняла голову, всматриваясь в теплые карие глаза.

— Каков ваш план?

— Для начала мы выберемся отсюда!

— Через окно? – предположила Джейн.

— Да, через окно.

— Но у меня нет одежды, все платья и туфли забрал отец.

— Ничего, нам всего лишь надо добраться до кареты.

Перебросив ногу на поперечную балку, торчащую из наружной части стены, Алекс помог девушке выбраться, а потом попросил обхватить его шею. Спуск был быстрым, Джейн почувствовала под ногами траву покрытую росой, вдохнула свежий ночной воздух. Сколько в этом месте было воспоминаний о маме, о ее маленькой комнате – надежном убежище от всех обид, и с этим ей было жалко расставаться, но тут же была и чернота, а впереди только неизвестность. Надо было что-то решать, оставаться здесь она не могла, теперь нужно двигаться вперед к новой жизни.

Алекс подхватил Джейн на руки. Он быстро пошел по дороге, стараясь как можно плотнее прижать к себе дрожащее тело. Карета стояла посреди поля. Когда они были совсем близко, дверь открылась, и из темноты появился Франсуа.

— Несешь? — шепотом спросил он.

— Наконец-то! — послышался изнутри взволнованный голос Роуз.

Алекс кивнул и аккуратно залез внутрь. Он посадил Джейн к себе на колени, начал растирать руки и плечи девушки.

— Привет! — радостно сказала Роуз. — Извини, мы спешили, как могли. Надо было уладить формальности.

Джейн кивнула головой. Она не очень понимала, что происходит. Роуз достала теплое одеяло из-под сидения и развернула его, чтобы укрыть им Джейн. Графиня подозревала, что строгий отец накажет дочь затворничеством и голодовкой. Поэтому к этой поездке она подготовилась основательно.

— Я покажу Амиту дорогу! — предупредил Франсуа, выходя на улицу.

— Франсуа, прошу быстрее, – напомнила Роуз, закутывая с истинно материнским усердием девушку. – Нам надо успеть до утра все сделать.

Карета поехала по дороге от города.

— Куда мы едем? Ведь не в поместье? – спросила Джейн.

— Нет, нам надо сначала заехать кое-куда, потом мы отправимся домой.

— М-м-м, а куда?

Алекс улыбнулся. Ему приятно было слышать голос Джейн, он был серебристым, словно звук колокольчиков.

— В другой город, он находится в часе езды отсюда.

Джейн осторожно перебралась с коленей Алекса на сидение.

— А зачем мы туда едем?

Алекс знал, что эти вопросы он услышит сразу.