Молчи, душа!
Шрифт:
С огнём свечей в своих руках,
Как целовали лики в рамах
С грехом ужасным на устах.
Как прикрывали низость верой
И как смотрели свысока,
Как всех считали массой серой,
Хоть участь многих нелегка.
Надев на тело новый крестик
Не станешь чище никогда.
Лишь свет в душе всему предвестник,
Лишь только вера навсегда!
Я прошлым молча дорожу
Тянулся к тем, кому не нужен
И душу
Но, если был слегка простужен
Мой телефон всегда молчал.
О стену бился, я кричал,
Казалось мне, что погибаю;
Десятки лет не понимал,
Что я людей совсем не знаю;
В меня плюют – не замечаю,
В лицо смеются – ухожу…
Возможно зря, но я прощаю,
И за обиды не сужу.
Я прошлым молча дорожу,
Ночами многих вспоминаю,
Но лишь родных не нахожу
И где они, увы, не знаю.
Может быть
Я вырасту зелёною травой,
А может утром солнцем ярким встану…
И летнею чудесною порой
Светить сквозь облака не перестану.
А осенью я дождиком прольюсь,
И лужами раскинусь под ногами.
Листвой, опавшей, в небо устремлюсь
И в вальсе закружусь над головами.
Коснусь лица прохладным ветерком,
Зимой снежинкой в губы поцелую.
В твоё окно зайду луной тайком
И, может быть, к кому-то приревную.
Душа закрыта на замок
Душа закрыта на замок,
А ключ давно уже потерян,
И нервов спутанный клубок
До миллиметра мной измерен.
Кто дорог был, – того уж нет,
Кого любил – меня забыли.
Я до сих пор ищу ответ —
«Откуда в людях столько пыли?».
К нам в душу лезут в сапогах,
Не вытирая вечно ноги.
С прокисшей ложью на губах
Приюта ищут в нас, с дороги…
Но я не хостел, не приют
И в сердце нет для пришлых места;
Пускай, кто зол, в меня плюют,
Но нет в моей душе насеста!
Я устал от притворства людского
Я устал от притворства людского,
От вонючей, до рвотного, лжи,
От того, что не видят простого,
Принимая за жизнь миражи.
Что живём в оцифрованном мире,
Где лишь деньги превыше всего,
Где все дни эпизоды в сатире,
От которых, увы, не смешно.
Я устал от пустых подхалимов,
От предателей с милым лицом,
От кривляний причёсанных мимов,
С их поганым гнилым языком.
Что-то в жизни моей не сложилось,
Но я жив всем несчастьям на зло.
Просто верить в людей доводилось,
У которых враньё – ремесло…
Возможно напрасно, но Бога молю!
Возможно напрасно, но Бога молю,
Пошли
мне её – я душой полюблю!Всего для одной место в сердце храню
И в мыслях своих только с ней говорю…
Я ей признаюсь, как скучаю по ней,
И сколько прожил в одиночестве дней…
Она же мне шепчет, взглянув на меня —
Я верила в то, что увижу тебя!
Приходит время молча отпускать
Приходит время молча отпускать,
Неважно, что душа на части рвётся,
Любовь обратно больше не вернётся
И часто надо просто забывать…
Но как же без любви теперь дышать?
Устал я врать, что было всё напрасно,
Сходить с ума от боли ежечасно
И в страшном крике Бога вспоминать…
Любимых очень страшно отпускать
И знать о том, что счастье не вернётся,
Но сердце неустанно всё же бьётся,
Хотя и больно молча забывать!
Наперекор своей судьбе
Наперекор своей судьбе
Я до сих пор храню надежду,
Что я найду тебя в толпе
И сброшу старую одежду.
В твоих глазах увижу свет
И вмиг от счастья засияю.
Эх, знала б ты, как много лет
Тебя одну обнять мечтаю!
Забвение
Забвенье, как ужасное проклятье,
Сгубившее немало светлых душ…
Оно, как молью съеденное платье,
Как на бумаге выцветавшая тушь.
Нередко нас, как вещи забывают,
Стирают всё из памяти своей.
Подальше нас, как ветошь убирают,
Иль гонят словно нищего взашей.
Бывают люди очень беспощадны,
Способны всё, что было, зачеркнуть.
Но даже если к нам они прохладны,
В забвенье всем придётся утонуть…
Скажи, мой друг!
Скажи, мой друг!
Откуда столько злости,
Откуда столько ненависти в нас?
Мы на земле, по сути, только гости,
Останется лишь прах, до блеска кости,
Когда уйдём в назначенный нам час.
Зачем мы порождаем столько горя
И почему сладка чужая боль,
И для чего с душой нередко споря
Играем отрицательную роль?
Ведь были мы детьми с тобой когда-то,
По-ангельски, до святости, чисты.
Куда же всё исчезло безвозвратно,
Скажи, мой друг, мне это не понятно,
Где истины, что были так просты?
Ответь же мне!
Зачем в себе стираем,
Всё лучшее, что свыше нам дано?
Зачем с улыбкой судьбами играем,
Всё лучшее вокруг не замечаем,
Как в старом не озвученном кино?
Иначе, может быть, не суждено,
Мы все во власти страшных достижений.
Но хочется мне верить, всё равно,
Что не растратим даром поколений.
Жесток наш мир, нелепые законы,
Но я людей не в праве осудить.