Молчи о нас

Стук в дверь заставляет оторваться от угнетающих мыслей, и едва я поднимаю голову, не успев даже ничего сказать, Дамир заходит внутрь.

На несколько секунд задерживается взглядом на моем лице.

– Ельского взяли. Денис отзвонился. Тот пока не успел понять, что к чему, поэтому и удочки смотать не было времени.

Инстинктивно сажусь в ванне.

– А если он начнет все отрицать?

– Артем уже много рассказал, поверь. Да и Оксана действительно нашла достаточно материалов. Думаю, если зарыться глубже, то и клиентов, которым он продавал картины, можно отыскать. Но это уже не наше с тобой дело. Ты можешь проходить только как свидетель, но не бойся. В суд я тебя одну не отправлю.

До конца расслабиться все равно не получается. Я только киваю утвердительно головой, понимая, что мне еще придется встречаться с человеком, на которого я работала и который хотел свалить всю вину на меня.

– Эй, – подтянув спортивные штаны, Дамир усаживается на корточки рядом с ванной, – Маша, прекрати.

– Что? – моргнув пару раз, возвращаюсь в реальность.

– Ты дома. Ты со мной. Максимум, о чем ты должна теперь беспокоиться – это как мы расскажем Ивану о нас. Он похлеще любой полиции будет.

В глазах Дамира смешинки, но я-то знаю, что на самом деле это действительно то еще испытание для него.

– Не переживай. Отец тебя любит. Это знаешь… как поженить сына и дочку. Оба любимые.

Дамир издает смешок и качает головой.

– Ты поняла, что сказала, Маша?

Хмурюсь, только сейчас осознавая смысл произнесенного.

– Ну нееет, не в том смысле. Я имела в виду, что он любит тебя как родного и принять тебя в семью будет еще большим счастьем. Ничего извращенного я не хотела сказать.

Дамир смеется, а потом тянется и целует меня в кончик носа.

– Давай выползай из ванны. Ужин уже на столе.

Его взгляд проходится по моему телу, скрытому толщей воды, и снова покрывается коркой едва заметного льда, зацепившись за синяки на моем запястье, царапает ребра и плоский живот.

– Тебя хоть покормили? – выталкивает слова сквозь зубы.

– Денис сегодня принес мне бутерброды и батончик черного шоколада, -протягиваю руку и, игнорируя капли, стекающие на пол, сжимаю длинные пальцы.

Дамир сдержанно кивает.

– Жду тебя, Маш.

53

– Все-таки увольняешься? – Ден плечом опирается на дверной косяк моего кабинета, пока я складываю вещи в коробку.

– Меня здесь больше ничего не держит.

Бывший коллега понимающе кивает.

– Я бы на твоем месте разнес здесь все к чертям.

– А толку? Пусть варятся в своем дерьме сами.

Осмотрев стол и ящики, понимаю, что вроде бы как все сложил. Воронин сегодня целую лекцию на повышенных тонах мне прочитал, но его мнение мне теперь до того самого места. Он мне больше никто.

– Как твоя? – спрашивает друг.

– Уже получше. Поедем с ней к родителям ее на какое-то время, пусть успокоится.

– А сам?

– Думаю охранное агентство открыть. Так что, имей в виду, – поднимаю коробку со стола и ставлю ее на пол около двери. Накидываю куртку.

Быстро оббегаю взглядом кабинет, в котором провел несколько лет, но тоски не испытываю. Ни капли не жалею о принятом решении. Если бы здесь действительно заботились о правах человека – это одно, но если все идет через задницу – мне на хрен это не надо. Особенно, когда дело касается моей девочки, которая за прошлую ночь почти глаз не сомкнула.

Забираю коробку и выхожу в коридор.

– Тебе сильно досталось? – интересуюсь у Дена, потому что он действительно для нас немало сделал.

Парень только отмахивается.

– Что мне будет? – хмыкает равнодушно. – Отправили на задание под прикрытием. Жену Романова охранять.

– Серьезно? Этого, которого органы уже год пасут?

– Его.

Мда. Воронин постарался конечно.

– Давай осторожно там. Люди непростые. Если что-то нужно будет, дай знать.

Выходим на улицу и притормаживаем на крыльце. Ден улыбается, протянув мне руку, которую я крепко жму в ответ.

– Все будет нормально. Ты береги себя. И Машу свою тоже.

– И ты себя. Еще раз спасибо.

Не удержавшись, оба хлопаем друг друга по спинам. Все же найти настоящих людей в моем окружении не всегда легко. Так что мне повезло.

***

– Ну что, малыш, ты готова?

Маша нервно натягивает шапку на самые уши. Тут до дома минута, а она укутывается.

– Да. Все будет хорошо.

Говорит скорее для себя, чем для меня. Нервничаю ли я? Есть такое. Но скорее за Машку и ее реакцию. Иван мужик резкий, как бы чего не сболтнул такого, что бы ее расстроило.

– Все точно будет хорошо, – крепко сжимаю ледяные пальцы.

Маша вскидывает на меня свои синие омуты. Смотрю в них и воспаряю. С Машкой как будто жить по-новому начал. Не в рутине тонуть, а каждый день встречать так, словно он последний. И проживать так же. На полную. Потому что с ней рядом сердце бьется как ненормальное.

– Пойдем, – кивает мне и выбирается из машины.

Снег во дворе убран, машина тоже здесь. Значит, хозяева дома. Мы не предупреждали о приезде. Решили, что эффект неожиданности сгладит углы. Так себе, конечно, успокоение, но что уж поделать. Рубить значит рубить.

Тяну на себя ручку двери и пропускаю Машу внутрь.

Три года здесь не появлялся, а ощущение, будто вчера был. Именно здесь у нас все с Машей началось. Теперь это место кажется еще более особенным.

В доме как всегда ароматно пахнет жареным мясом, из зала орет телевизор, а наверху слышен смех Степана и его младшего брата.

– Вань, иди помоги, – доносится из кухни, пока Маша замирает на пороге.

Я торможу сзади. Краем глаза замечаю, как Иван выходит из зала, заходит в коридор и резко тормозит, увидев нас.

– Машка, – выпаливает, – да е-мое, так же можно и инфаркт схватить, – выдыхает, схватившись за сердце.

– Прости, – слышу, как Маша улыбается, а сам наблюдаю за Беловым.

Ни капли не поменялся. Кажется, время к нему благосклонно и это радует.

Иван клацает рукой по выключателю, а через секунду уже сжимает дочь в объятиях.

– Кто ж так делает? Предупреждать надо или стучаться хотя бы. Илона, – выкрикивает, едва не оглушив и Машу, и меня, – дети приехали, сюда дуй.

Дети… в принципе он прав. Официально только оформим…