Мона Лиза Овердрайв

— Теперь поскорее открой корпус и передвинь рычаг «А/В» в положение «А», — сказал Колин, сфокусировавшись и отбросив чёлку со лба. — У нового режима есть техник, который обходит дом, сканируя каждую щель в поисках «жучков». Как только ты изменишь настройку, ни один прибор не поймёт, что я могу быть подслушивающим устройством.

Воспользовавшись булавкой, она передвинула рычажок.

— Что ты хочешь этим сказать, что за новый режим? — спросила девочка, выговаривая слова одними губами.

— Ты разве не заметила? Здесь теперь по меньшей мере дюжина прислуги, не говоря уже о бесчисленных посетителях. Впрочем, скорее это не новый режим, а переход на более высокий уровень. Твой мистер Суэйн — довольно общительный человек, в своей, я бы сказал, завуалированной манере. Для тебя тут есть разговор — между Суэйном и заместителем главы Особого отдела. Могу себе представить, сколько окажется таких, кто готов пойти на убийство, лишь бы заполучить эту запись, не говоря уже о самом вышеупомянутом чиновнике.

— Особый отдел?

— Тайная полиция. Со странными людьми, чёрт побери, он водится, этот Суэйн: типы из Бук-Хауса, царьки притонов Ист-Энда, старшие офицеры полиции…

— Бук-Хаус?

— Так тут называют Букингемский дворец. Не говоря уже о сомнительных банкирах из Сити, звезде симстима, парочке дорогих сводников, наркодельцах…

— Здесь была стим-звезда?

— Был. Ланье, Робин Ланье.

— Робин Ланье? Он был здесь?

— На следующее утро после твоего внезапного отъезда.

Она заглянула в прозрачные зелёные глаза Колина.

— Ты правду мне говоришь?

— Да.

— Всегда?

— Насколько мне известно, всегда.

— Что ты такое?

— Личностная база данных биочипа «Маас-Неотек», запрограммированная на помощь и содействие японскому гостю в Объединённом королевстве, — подмигнул он.

— Почему ты подмигиваешь?

— А ты как думаешь?

— Отвечай на вопрос! — Её голос эхом прокатился по зеркальной комнате.

Призрак приложил к губам тонкий палец.

— Ну ладно, я — кое-что ещё. Признаюсь, я проявляю, пожалуй, чуть больше инициативы, чем полагается обычной гид-программе. Модель, на которой я основан, лучшая в своём поколении. Однако я не могу тебе точно сказать, что я такое, так как сам этого не знаю.

— Не знаешь? — Снова осторожно, губами.

— Вообще-то, я много чего знаю, — сказал он, подходя к одному из мансардных окон. — Я знаю, например, что сервировочный столик в Миддл-Темпл-Холле считается сделанным из древесины обшивки «Золотой лани»; знаю, что для того, чтобы подняться на Тауэрский мост, нужно одолеть сто двадцать восемь ступеней; знаю, что на Вуд-стрит прямо за Чипсайдом есть дерево, о котором говорят, что именно в его листве громко запел дрозд Вордсворта. — Колин резко повернулся и взглянул ей в лицо. — Однако это не так, потому что теперешнее дерево было клонировано с оригинала в 1998 году. Видишь ли, я знаю всё это и много больше. Я, например, мог бы обучить тебя азам игры на бильярде. Это то, что я есть, или скорее то, для чего я первоначально предназначался. Но я также — и кое-что иное. И вот это, скорее всего, как-то связано с тобой, правда, не знаю как.

— Ты был подарком моего отца. Ты как-то с ним связываешься?

— Насколько мне известно, нет.

— Ты не сообщал ему о моём отъезде?

— Ты не понимаешь, — возразил призрак. — Я не осознавал, что ты уезжала, пока ты не активировала меня минуту назад.

— Но ты же записывал…

— Да, но не сознавая этого. Я только тогда «здесь», когда ты меня активируешь. Тогда я оцениваю текущую информацию… Одно могу сказать с большой долей вероятности: из этого дома вряд ли возможно послать хоть какое-то сообщение, чтобы его тут же не засекли слухачи Суэйна.

— Может ли вас быть больше, то есть я хочу сказать, в твоём модуле может сидеть ещё один призрак?

— Мысль интересная, но ответ отрицательный, разве что придётся предположить какой-нибудь жутко засекреченный прорыв в технологии. Учитывая объём моего «железа», я заполняю настоящий корпус целиком. Это я почерпнул из архива общих сведений о технологиях «Мааса».

Девочка задумчиво посмотрела на чёрный модуль.

— Ланье, — сказала она. — Расскажи мне.

— Десять часов двадцать пять минут шестнадцать секунд, — сказал призрак.

Голову Кумико заполнили бестелесные голоса.

Петал: Если вы последуете за мной, сэр…

Суэйн: Проходите в бильярдную.

Третий голос: Лучше бы у вас были на то серьёзные причины, Суэйн. В машине ждут три человека «Сенснета». Ваш адрес будет в базе данных службы безопасности раньше, чем у них остынет мотор.

Петал: Прекрасная машина, сэр, этот ваш «даймлер». Могу я принять у вас пальто?

Третий голос: В чём дело, Суэйн? Почему нельзя было встретиться у Брауна?

Суэйн: Снимите пальто, Робин. Она уехала.

Третий голос: Уехала?

Суэйн: В Муравейник. Сегодня утром.

Третий голос: Но сейчас ещё не время…

Суэйн: Вы думаете, это я её послал?

Ответ незнакомца прозвучал неразборчиво — потерялся за закрывшейся дверью.

— Это был Ланье? — беззвучно спросила Кумико.

— Да, — ответил Колин. — Петал обратился к нему по имени в предыдущем разговоре. Суэйн и Ланье провели вместе двадцать пять минут.

Скрежет петель, шаги.

Суэйн: Просрали, конечно, но только не я. Я говорил вам, что это за птица, просил вас предупредить их. Прирождённая убийца, вероятно, психопатка…

Ланье: Это ваша проблема, а не моя. Вам нужны и их продукт, и моё сотрудничество.

Суэйн: А в чём ваша проблема, Ланье? Как вы-то в это впутались? Просто чтобы убрать с дороги Митчелл?

Ланье: Где моё пальто?

Суэйн: Петал, чёртово пальто мистера Ланье.

Петал: Сэр.

Ланье: У меня такое впечатление, что им так же нужна ваша девица-бритва, как и Энджи. Она определённо является частью расчётов. Её тоже заберут.

Суэйн: Удачи им. Она уже на месте, в Муравейнике. Говорил с ней по телефону час назад. Я сведу её с моим человеком, тем, который готовит… девушку. И вы тоже возвращаетесь за океан?