Мортус

– Да ну! – фыркнула именинница. – Дешевка с мужским привкусием! Итальянские гораздо изысканные. Кстати, о мужчинах, – Элла обратила взор на Леха, неспешным шагом направляющегося в их сторону. – А твой супруг импозантен… Почему ты мне его раньше не показывала? Боялась, что отобью? И что характерно, не зря… Должна признать – у тебя неплохой вкус…

– Чем тоньше вкус, тем меньше выбор. И я не только о вине… – усмехнулась Наташа, кончиком языка проведя по ободку бокала.

– Браво, подруга! Тонко подмечено, – одобрительно кивнула именинница, продолжая пристально наблюдать за Горецким. – И в выборе ты не ошиблась, похоже. Муженек твой производит впечатление…

– Может, когда хочет, – не без довольства подтвердила Наташа.

– И часто хочет, и может много? – пьяно хохотнула Элла.

– Не жалуюсь, – хмыкнула Наташа.

– Слушай, ты своего благоверного не на шутку разрекламировала… Даже захотелось проверить достоверность информации. Не уступишь мне его на ночку-другую, а подруга? – полушутя обронила именинница.

– Если согласится, можешь попробовать, – полусерьезно разрешила Наташа.

– А что, может и отказаться? – удивленно приподняла бровь Элла. – Примерный супруг?

– На сто процентов не поручусь, но подозреваю, что мне он не изменяет, – уверенным тоном произнесла Наташа.

– А кому изменяет? Родине, что ли? – хохотнула Элла. – Надо же, верный муж! Мастодонт какой-то… Еще больше раззадорила…

– Можно подумать, что у тебя дефицит поклонников. Штабелями же у ног валяются.

– Те, что валяются, не так интересны, как те, что умеют постоять, – глубокомысленно изрекла именинница, поедая глазами подошедшего Леха.

– Там человеку в туалете плохо стало, – не замедлил сообщить он новость подругам.

– Ой, а кому сейчас хорошо, – прокомментировала Элла, отпивая из фужера и без стеснения присматриваясь к бугристой выпуклости в его брюках чуть ниже живота.

– Да, все мучаемся, – проявила солидарность с подругой Наташа и тоже сделала глоток вина.

– Этому совсем плохо. Он, возможно, уже и отмучился, – без нотки печали в голосе возразил подполковник.

– Как?! Кто-то из гостей?! – встревожилась именинница.

– Да, он недавно с вами разговаривал, – подтвердил Горецкий и обратился к жене. – Ты, кажется, говорила, что его Сергеем зовут?

– Серж?! Что с ним?! – с наигранным беспокойством воскликнула Элла и пристально посмотрела на Наташу, ответившую ей многозначительным закатыванием глаз.

– Не знаю, скорую вызвали, – продолжил делиться информацией Лех.

– Надо же! На моем дне рождения! – изобразила огорчение на лице хозяйка бала. – Нужно сообщить мужу! – И после короткой паузы, заговорщицки глядя на Наташу, добавила: – Оперативно!

Элла поставила недопитый бокал на стол и, слегка покачиваясь на ходу, неторопливо удалилась.

– Что с Сергеем? – повернулась к мужу Наташа.

– Да кто же его знает, признаков жизни не подавал, – пожал плечами Лех.

– Ты касался его? – Наташа с подозрением взглянула на мужа.

– Зачем? Температуру тела померить? – саркастично хмыкнул тот.

– Кончай придуриваться! – не выдержала жена. – Он, что потерял сознание?

– Может, сознание. Может, совесть. А может, страх потерял. А может, и жизнь, – с серьезным видом, но с издевательским блеском в глазах ответил Лех.

– Так он умер?! – не выдержав, сорвалась на яростный шепот Наташа.

– А что ты, собственно, так разволновалась? Может, и умер. И что? В Москве каждые четыре минуты кто-то умирает. Но ты по этому поводу раньше как-то не особо переживала.

– Да, ну тебя, шут гороховый! – в сердцах бросила Наташа и, насильно всучив мужу фужер с недопитым вином, поспешила догонять подругу. Горецкий вознамерился было проводить ее взглядом, но его оторвал от этого занятия уже знакомый каменнолицый сотрудник охраны:

– Извините. С вами хочет переговорить начальник. Вы не могли бы пройти со мной?

– Отчего же не пройти, – ставя пузатый бокал на стол, рассудительно ответил Лех. – Пойдемте.

***

Провожатый подвел Горецкого к служебному помещению ресторана, на темной деревянной двери которого кичливо красовалась золотистая табличка: «Администратор». Охранник приоткрыл дверь, и пропустив Леха внутрь комнаты, аккуратно затворил ее за ним, оставшись сам снаружи.

За столом в небольшой комнате со стандартной офисной обстановкой сидел худощавый мужчина в очках, явно перешагнувший пятидесятилетний рубеж. На первый взгляд очкарик производил впечатление безобидного интеллигента-гуманитария, но когда через полихромные линзы на Леха глянули с прищуром жесткие недоверчивые глаза, он сразу догадался, что скорее всего имеет дело с бывшим сотрудником правоохранительных органов в немалом чине.

– Я начальник службы безопасности председателя комитета Госдумы Серова. Вы не могли б ответить на несколько вопросов? – спросил он, жестом предложив садиться.

– Постараюсь, – ответил подполковник, располагаясь напротив очкарика на стуле.

– Это вы обнаружили тело? – начал неофициальный допрос начальник охраны.

– Тело? Он что мертв? – изобразил скорбное удивление Лех.

– Да. Врачи констатировали летальный исход.

– Печально… Я, знаете ли, зашел в туалет, а там этот лежит. Когда приблизился, запах алкоголя ощутил. Решил, что перебрал мужчина и плохо ему стало. Вот и поспешил за помощью.

– А сами помочь не пытались?

– Нет, – отрицательно мотнул головой Горецкий.

– Почему?

– Я же не медработник. Да и он так неподвижно лежал… Подумалось, может это ненароком что-то криминальное. Ну, и на всякий случай близко не приближался.

– Других лиц в туалетной комнате не было? Кто-нибудь выходил из нее, перед тем, как вы зашли?

– Не заметил… – подполковник двинул глазами вправо и вверх, якобы припоминая. – А вы посмотрите записи с камер наблюдения, может они что-то покажут.

– К сожалению, системы видеонаблюдения были отключены.

– Ну да, конечно. Контингент приглашенных предполагает особые правила, – проявил понимание ситуации Лех.

– Вы его знали? – цепким взглядом очкарик попытался осторожно прощупать визави, почувствовав в нем ровню – человека, возможно имеющего отношение к одной из спецслужб.

– Лично нет. Впервые тут мельком в зале ресторана увидел. А что, есть признаки насильственной смерти? – поинтересовался Лех.

– Явных нет. Врач неотложки диагностировал инфаркт. Теперь дело за экспертизой, – уже более доверительно сообщил начальник охраны. И продолжил: – Есть, правда, один подозрительный аспект…