Моя
Шрифт:
«Он меня защитил. Он. Драко Малфой. Защитил. Грязнокровку. Это слишком идеально, чтобы быть правдой, но это правда. Он действительно меня защитил. Закрыл от луча заклинания. Защитил от своей же подружки. Нереально… Неужели сейчас происходит то, чего я боюсь больше всего? Неужели я влюбляюсь? Нет. Этого не может быть. Я не могла. Это все сон. Я просто сплю. Завтра я приду на завтрак и увижу его в компании той же Панси. И все будет как прежде… Хотя, кому я лгу? Все не будет как прежде. Все уже не как прежде. И это пугает…»
Пролежав до шести утра, Гермиона поднялась с постели
Стоя под теплым душем, девушка думала, думала о вчерашнем, о том, что нужно Малфоя как-то отблагодарить. Обязательно.
Эта мысль так плотно засела в голове Грейнджер, отчего последняя, наскоро вытеревшись полотенцем, одевшись в джинсы и футболку, собрав свои непослушные волосы в высокий хвост и немного надушившись, выскользнула сначала из спальни, а потом и из гостиной.
Шесть утра, наверное, всегда было самым безопасным временем в стенах школы. Все старосты уже давно спали после патрулирования, а Филч, к сожалению для него, тоже не мог не спать целую ночь, поэтому сейчас Гермионе никто не мешал уверенным шагом приближаться к Больничному крылу.
Подойдя к двери, девушка замерла.
«Что я ему скажу? Как объясню своё присутствие? И как объясню этот визит мадам Помфри? К черту! Я должна его увидеть»
Аккуратно отворив дверь, Грейнджер на цыпочках вошла внутрь и, прикрыв ее, осмотрелась. На ее счастье, сейчас в лазарете находился только Малфой, чья койка стояла в самом конце.
Девушка ступала как кошка, абсолютно бесшумно.
Подойдя к его койке, Гермиона снова огляделась и присела на стул.
Девушка несмело осматривала парня на предмет ушибов, но видимых не было. Наоборот, Малфой выглядел слишком умиротворенным во время сна. На его лбу залегла маленькая складочка, и Гермионе безумно захотелось разгладить ее. Осторожно, чтобы не разбудить Драко, девушка поднесла руку к его лицу и аккуратно коснулась этой складочки. По телу прошел заряд тока, и Гермиона одернула руку. Она очень боялась его разбудить. Ведь до сих пор не знала, что сказать.
Снова оглянувшись, девушка заметила на соседней тумбочке небольшой лист пергамента и чернильницу с пером. Также бесшумно Грейнджер подошла к этой тумбочке, и, окунув перо в чернила, вывела на пергаменте всего одно слово. Затем, вернулась к кровати Малфоя и положила записку около него.
В голове появилась новая мысль.
Поцеловать. В щеку. Немедленно.
Поддавшись порыву, девушка наклонилась и нежно прикоснулась губами к его теплой щеке. Выпрямившись, Гермиона снова посмотрела по сторонам, бросила короткий взгляд на Малфоя и выскользнула в коридор.
Как только девушка ушла, Драко открыл глаза и прикоснулся ладонью к щеке, как раз к тому месту, где только что ощущал ее губы. Улыбнувшись, парень повернул голову и увидел лежащий на тумбочке пергамент. Поднявшись на локтях, парень дотянулся до него и, взяв в руки, увидел надпись:
Спасибо.
«Оказывается, чтобы Грейнджер меня поцеловала, нужно было всего-то попасть в Больничное крыло. Но это того стоило.»
На следующее утро Драко выписали из Больничного
крыла. Его встречал Блейз, который смотрел с нескрываемым подозрением.— Как ты себя чувствуешь? — участливо поинтересовался Забини.
— Жить буду, — тихо ответил Малфой.
— Не хочешь ничего объяснить? — Блейз перешел в наступление.
— О чем ты? — Драко прекрасно понимал, что имеет ввиду друг, но как смог оттягивал момент разоблачения. Почему-то идея поговорить с ним на тему своего странного отношения к Грейнджер уже не казалась такой правильной. Хотелось оставить это внутри себя и ни с кем не делиться.
— Не строй из себя дурака, — рявкнул Забини. — Тебе не идет. Ты прекрасно знаешь, что я имею ввиду.
Блейз остановился и выжидающе посмотрел на Драко. Малфой молчал, рассматривая стену за спиной друга.
— Я жду! — напомнил Забини о своем существовании.
Драко тяжело вздохнул.
«Делать нечего. Придется сказать. Может, поможет чем…»
— Ладно, пойдем на Башню Астрономии. Мне не нужны лишние уши.
Блейз послушно направился следом.
Утро для Гермионы началось еще в шесть утра, и сейчас, в восемь тридцать, сидя на завтраке, девушка безумно хотела спать.
В голове было только две мысли.
«Во-первых, я правильно сделала, проведав его. Мне же нужно было убедиться, что с ним все в порядке. Да и к тому же, он спал и меня не видел. Меня вообще никто не видел. А, во-вторых, может, не стоило ходить. Теперь он будет еще больше надо мной издеваться из-за этой записки. Черт же меня дернул ее оставить. Он же не идиот. Он сразу догадается, кто ее оставил. Теперь расплаты мне не избежать…»
Гермиона настолько погрузилась в свои мысли, что даже не заметила, что Джинни ей что-то увлеченно рассказывает. Очнулась девушка только после того, как подруга помахала ей перед носом рукой.
— А, что? — Грейнджер непонимающе уставилась на Джинни.
— Гермиона, где ты витаешь?
— Нигде, я здесь. Я тебя слушаю, — как можно увереннее ответила Гермиона.
— Да ну? — Уизли выгнула бровь. — И что последнее я сказала?
Гермиона попыталась вспомнить, что же именно втолковывала ей подруга, но в голове был один чертов Малфой.
— Что и следовало доказать, — с неким превосходством в голосе произнесла Джинни. — Что-то случилось? Рассказать не хочешь?
— Нечего рассказывать. Просто не выспалась, — врать было тяжело, но другого выхода не было. — Ладно, я пошла. Мне еще нужно забежать в библиотеку перед занятиями. И не смотри на меня так. Это очень важно.
Грейнджер быстро допила тыквенный сок и, схватив сумку, выскользнула из-за стола, а потом и из Большого Зала. Джинни же только покачала головой.
Девушка быстрым шагом направлялась в библиотеку. Ей действительно было жизненно необходимо посетить сей Храм наук, ведь вчера из-за переживаний за Малфоя она даже должным образом не подготовила эссе по травологии. А так как Гермиона не могла себе позволить явиться на урок неподготовленной, за полчаса до начала занятий необходимо было восполнить пробелы в выполнении домашнего задания.