Мучимые ересями

— Милорды, — сказал он, — пожалуйста, подумайте о том, что мы должны сделать, пока я буду составлять инструкции для графа Разделённого Ветра. Граф Манкора.

— Да, сэр.

— Есть небольшая вероятность, что это всего лишь отвлекающий манёвр, направленный на то, чтобы мы запаниковали и отступили с нашей нынешней позиции. Чтобы обезопасить себя от такой возможности, я хочу, чтобы вы и ваши люди оставались там, где находитесь. В то же время, однако, я хочу, чтобы вы начали планировать прямо сейчас быстрое отступление, если окажется, что Кайлеб действительно превосходит нас по силе. Убедитесь, что вы и полковник Палзар тщательно координируете отвод его артиллерии.

— Конечно, сэр.

— Что касается остальных, — Гарвей обвёл взглядом остальных офицеров, сидевших за столом, — я хочу, чтобы каждое подразделение позади графа Манкоры было готово двинуться на запад в течение ближайших двух часов. — Одно или два лица побледнели, и он натянуто улыбнулся. — Джентльмены, мы здесь, на перевале, как бусины на нитке. Никто из нас не может сдвинуться с места, пока человек, находящийся непосредственно к западу от него, не начнёт двигаться. Не думайте, что Кайлеб не подумал и об этом. Так что, да. Я сказал два часа, и два часа я и имел в виду. Это предельно ясно?

Головы кивнули, и его улыбка стала немного теплее.

— Я бы рекомендовал каждому из вас немедленно отправить одного из своих помощников обратно к вашему подразделению с инструкциями начать подготовку к движению. Я постараюсь, чтобы все вы лично вернулись к своим людям как можно быстрее. А теперь, если вы меня извините?

* * *

Кайлеб и его конный телохранитель быстрым галопом проскакали по флангу марширующей колонны морских пехотинцев. Их сопровождала кавалерийская рота из ста человек, одна из очень немногих, имевшихся в морской пехоте. Этого было бы недостаточно, чтобы отбить хоть сколь-нибудь серьёзную атаку, но всё же эта компактная группировка была быстрой и манёвренной. Кроме того, они всегда могли отступить к колонне, а если уж целая бригада морпехов не могла предотвратить попытку убить или захватить в плен императора, то вся эта операция была уже фактически обречена.

Во всяком случае, таков был взгляд Кайлеба на ситуацию, и он его придерживался. Мерлин достиг предела своих возможностей, стараясь убедить юного императора изменить своё мнение, но Кайлеб был твёрд как кремень. И, как Мерлин вынужден был согласиться, на стороне императора было немало логики, нравилось ему это или нет. К худу или добру, но Кайлеб был единственным связующим звеном, через которое Мерлин был способен напрямую влиять на развёртывание черисийской полевой армии. Мерлин, определённо, не мог появиться на командном пункте бригадира Кларика и начать указывать ему, куда двинуть его войска, чтобы противостоять угрозам, которые не обнаружили его собственные разведчики. Кайлеб же мог отдавать любые приказы, какие ему заблагорассудится, и солдаты быстро пришли к выводу, что его способность понимать тактическую ситуацию на суше ничуть не хуже, чем на море. Учитывая такое стечение обстоятельств, Мерлин был вынужден признать, что присутствие Кайлеба на острие черисийского копья имело как минимум какой-то смысл.

Кроме того, Кайлеб был императором — что он не особенно тяготился подчёркивать, когда это соответствовало его целям.

«Хорошо, что он действительно чертовски умён», — подумал Мерлин, ехавший чуть позади и справа от императора. — «Как бы он ни был упрям, мы бы попали в невероятную переделку, если бы при таком подходе он решил взобраться на своего «императорского коня» и при этом не был умным парнем. Я так же полагаю, с учётом всех обстоятельств, нам повезло, что у него есть привычка командовать. Это чертовски лучше, чем нерешительность, видит Бог! Но я надеюсь, что мы с Шарлиен сможем удержать его от излишней самоуверенности. Для человека с такой властью как у него, будет очень трудно избежать ловушки всегда настаивать на правильности своего собственного пути, особенно когда он станет старше».

Впереди показалась голова колонны, и Кайлеб со своим эскортом замедлили шаг, заметив конную штабную группу бригадира Кларика под знаменем бригады в виде ласточкиного хвоста с вышитым на нём кракеном и огромной цифрой «3» алого и золотого цветов. Очевидно, бригадир был проинформирован, что они уже в пути, и он со своим штабом поспешил навстречу императору.

— Ваше Величество, — сказал Кларик, кланяясь с седла.

— Бригадир, — ответил Кайлеб. — Надеюсь, вы не чувствуете, что я пытаюсь толкнуть вас под локоть, — продолжил император, — но я обнаружил, что не так уж часто могу спокойно сидеть на борту корабля, когда я посылаю моих морских пехотинцев попадать в беду без меня.

Он слегка повысил голос, и Мерлин увидел, как несколько ближайших морпехов ухмыляются, проходя мимо. Он был совершенно уверен, что высказывания императора распространятся по всей бригаде в течение часа. К ночи они, вероятно, разойдутся по всему экспедиционному корпусу к западу от Тёмных Холмов.

— Конечно, Ваше Величество, — с улыбкой согласился Кларик, хотя Мерлин был совершенно уверен, что в данный конкретный момент бригадир хотел бы, чтобы Кайлеб был где угодно на Сэйфхолде, только не с Третьей Бригадой. Но затем Кларик бросил довольно странный взгляд в сторону Мерлина, и человек, который был Нимуэ Албан, внезапно задался вопросом, как много на самом деле догадался о нём Кларик.

— Ваши разведчики сообщали о каких-либо признаках кавалерии Гарвея? — спросил Кайлеб более серьёзно, и Кларик поморщился.

— Мои конные разведчики, к сожалению, крайне немногочисленны, Ваше Величество, и я не хотел, чтобы пешие патрули слишком далеко уходили от флангов колонны, учитывая обстоятельства. До сих пор у нас было несколько стычек с кавалерией противника, но только по одному и по двое.

— Их разведчики сталкиваются с нашими, — согласился Кайлеб, тоже нахмурившись. — Были какие-нибудь боестолкновения?

— Я получил пару отчётов. — Кларик кивнул. — Пока что всё складывалось в нашу пользу в каждом из случаев. С другой стороны, я думаю, что слышу только о тех случаях, когда это срабатывает в нашу пользу, — добавил он с безрадостной улыбкой.

Настала очередь Кайлеба кивнуть, и он задумчиво почесал жёсткие усики короткой, аккуратно подстриженной бородки, которую отрастил с тех пор, как покинул Черис. Он посмотрел на северо-восток, явно напряжённо размышляя, затем снова посмотрел на Кларика.

— Я думаю, мы можем ожидать, что граф Разделённого Ветра нанесёт нам визит, — сказал он. — Вообще-то я немного удивлён, что он ещё не прибыл. Я знаю, что мы обсуждали эту возможность на наших совещаниях по планированию, бригадир, но у меня есть ощущение, что он прибудет с большими силами, чем мы ожидали.

— Я понимаю, Ваше Величество, — спокойно сказал Кларик, и, прежде чем снова серьёзно взглянуть на своего императора, скользнул взглядом по капитану Атравесу. — У вас есть какие-нибудь предложения на этот счёт?

— Вообще-то, — сказал Кайлеб, слегка прищурившись, — есть. Мне пришло в голову, что тот факт, что Разделённый Ветер ещё не прибыл, вероятно, указывает на то, что мы застали их врасплох. Это также может указывать, — он посмотрел прямо в глаза Кларику, — что их пехота медленнее начинает движение, чем они надеялись. На самом деле, я полагаю, вполне возможно, что пехота Гарвея вообще ещё не начала двигаться.

— Если донесения наших шпионов о том, что арьергардом командует барон Баркор, точны, я бы сказал, что это, по крайней мере, возможно, Ваше Величество, — согласился Кларик.