Мятежник

— Это моя победоносная личность, — он наклонил голову, изучая меня.

Его рот распух, нижняя губа рассечена, и я тоже промокнула её, не обращая внимания на ухмылку под рукой.

— Я не говорю, что люди говорили обо мне. Я думаю, что все здесь были счастливы, думая, что я ушёл навсегда. Я просто хочу сказать, что ты знала моё имя, не так ли, Мария?

— Марта, — рявкнула я, поддразниваемая.

А потом поняла, что он сделал это нарочно, просто чтобы позлить меня.

— И если бы ты не восстал, не убил своего брата и не отправился жить на землю к востоку от Эдема, я бы ни за что не услышала твоего имени.

Когда я прикоснулась к его губе, он снова поймал мою руку, обхватив своими длинными пальцами, его большой палец оказался в центре моей ладони. Прессуя. Массажируя.

— Такая лгунья. Нет, я не убивал своего брата. Люди не становятся ангелами, всё наоборот, и даже если бы они могли, я не заслужил бы такой чести, совершив братоубийство. Ты — провидица. Ты знала, что я приду.

— Мои видения не очень… надёжны. Я знала, что кто-то придёт, — поправила я, потянув за руку. Он не отпускал её. — Это не значит, что я знала, что это ты.

Я не солгала. Я выросла во лжи, чтобы выжить, и пообещала себе, что никогда больше не буду лгать, как только окажусь в безопасности Шеола. Но я стала экспертом по уклонению от честного ответа.

Мужчина, державший меня за руку, более чем соответствовал моей семантике.

— Нет, это не значит, что ты знала. Но ты это знала. Не так ли?

Мне было трудно сосредоточиться. Сочетание его большого пальца, прижатого к моей ладони, и его серебристо-ярких глаз, смотрящих в мои, казалось, отправило мой мозг в путешествие. Я моргнула, пытаясь разрушить коварное заклинание, которое он наложил на меня, и сумела вызвать контратаку, а не ответ.

— Я не привыкла к грубому обращению, — сказала я ледяным тоном. — Отпусти меня.

— Не привыкла к грубому обращению? — он слегка усмехнулся. — Ещё больше жаль. Какой-то мужчина должен обращаться с тобой хорошо и часто. Что случилось со старым Томасом, что он не может должным образом позаботиться о нуждах своей жены?

Не то чтобы он когда-либо был пламенным любовником, но я не помню, чтобы его предыдущие жёны жаловались. Имей в виду, все они были довольно флегматичной, скучной компанией, среди них не было ни одного живой души. Я думаю, в тебе может быть побольше огня.

Если он думал, что упоминание о предыдущих жёнах Томаса ранит меня, он ошибался. Во мне не было ни капли ревности.

— Что не так с Томасом, так это то, что он мёртв. Он был убит в битве с Нефилимами.

Я надеялась пристыдить его, но он даже не моргнул.

— Как давно?

Если бы он отпустил мою руку, я бы сама ударила его в челюсть.

— Семь лет. Не мог бы ты, пожалуйста, отпустить меня?

— И ты ударишь меня в челюсть? Я так не думаю.

Его слова шокировали меня, и я замерла. Как он мог знать, о чём я думаю? Я умела сохранять на лице вежливую маску и с самого начала опасалась этого человека. Даже Томас не смог пробить всю мою защиту, я всегда держала часть себя взаперти. В Шеоле связанные пары могли чувствовать мысли друг друга с разной степенью точности, но я всегда сопротивлялась этой особой близости. И теперь этот опасный незнакомец почувствовал то, что я больше всего хотела скрыть.

— Почему ты так говоришь? — осторожно спросила я.

— Потому что большинство людей хотят ударить меня в челюсть после того, как побывали в моей компании.

Я почувствовала, как мои плечи расслабились.

— Совершенно верно. Тем не менее, я здесь, чтобы исцелить тебя, а не усугублять ситуацию. Если ты отпустишь меня, я найду тебе мешок со льдом, чтобы снять опухоль, и сухую одежду.

Его большой палец всё ещё тёрся о мягкость моей ладони, медленно, гипнотизируя меня.

— Мой рот заживёт сам по себе, а моя одежда уже почти высохла. Я думаю, что лучше подержу тебя за руку.

Этого было достаточно. Я вырвалась, и на этот раз он отпустил меня с мягким смехом.

— Ты слишком прозрачна, Мария.

— Марта.

Это меня взбодрило. Если он думал, что я прозрачна, значит, он недооценивал меня, и это всегда хорошо. Я изобразила обманчиво спокойную улыбку.

— То, что ты видишь, лишь то, что я хочу показать.

— Не совсем так.

От него пахло солнцем, солёной водой и тёплой мужской кожей, этот запах был сильным и возбуждающим, пробуждая во мне всевозможные странные чувства. Те, которые я была более чем способна игнорировать. — Сколько у нас времени до встречи с Разиэлем и остальными?

— Мы уже должны быть там.

Он склонил голову набок.

— Очень жаль. Я подумал, что, возможно, мне захочется затащить тебя в постель, просто чтобы посмотреть, смогу ли я поколебать твоё тревожное самообладание.

Он хотел шокировать меня, и шокировал, но я этого не показала. Я рассмеялась, звуча искренне удивлённой. В конце концов, это был просто пустой блеф.

— Не говори глупостей. Если тебе нужна женщина, Разиэль может позаботиться о тебе. Тебе даже не нужно покидать Шеол.

— Я не собираюсь покидать Шеол, по крайней мере, сейчас. И я могу сам найти себе женщину, — его глаза скользнули по мне, как холодная, порочная ласка. — Для начала ты сойдёшь.

И прежде чем я поняла, что происходит, он двинулся быстрее, чем мои глаза могли уследить, и я была прижата к стене, а его тело прижималось к моему.

ГЛАВА 03

«ЭТО БЫЛО ТАК ПРОСТО, ЧТО ДОЛЖНО БЫЛО БЫТЬ СКУЧНО», — подумал Каин. Ему всегда нравился вызов, и провидица, Марта, отреагировала именно так, как он и предполагал. Он прижал её к стене, его тело едва касалось её, просто чтобы посмотреть, что она сделает. Положит ли она на него руки, пытаясь оттолкнуть. И будет ли он притворяться, что позволит ей, или нет.

В ней не было ничего такого, особенно по сравнению с теми женщинами, которые обычно были у него. Она была маленькой и соблазнительной, с шапкой коротких каштановых кудрей, большими карими глазами, пытающимися выглядеть бесстрашными, гладкой кожей и мягким, уязвимым ртом, который противоречил всем её попыткам казаться равнодушной. Но она была бойцом. Он должен был отдать ей должное. Она держала руки по швам.

— Мы должны быть в зале собраний, — её голос был совершенно спокоен, и он сдержал улыбку.

— А если мы опоздаем?

Она посмотрела на него. Сначала она избегала встречаться с ним взглядом, и он удивился, почему. Может быть, у неё просто хватило здравого смысла распознать хищника, когда тот приближался к ней. Или, может быть, у неё действительно было предчувствие насчёт него. Но теперь она смотрела на него во все глаза, как будто этим могла доказать, что он не оказывает на неё никакого влияния.

Бедная малышка. Он только начал.

Он ещё не решил, будет ли она его соучастницей в преступлении или нет. Он ещё не видел, что Шеол представлял собой в эти дни. Он был сбит с толку, он понятия не имел, что Азазель покинул своё место лидера Падших. Ему придётся приспосабливаться, но у него это хорошо получалось. Лучшие планы были текучими, реагирующими на изменения, и Марта — провидица могла быть как раз подходящим типом изменений. Если бы он взял чью-то пару, ему бы пришлось встретиться с последствиями, но он не был уверен, что это был его лучший подход. Не то чтобы он верил в святость или даже в существование этих уз. Но Падшие и их пары верили в то, что лежало в основе хаоса, который он намеревался обрушить на их головы.