Мышь в Муравейнике

— Спите, спите, — успокаивающе говорит ему Лекс. — Вы отличный врач! — похвалив его, мы выбегаем из комнатки и несемся по приемному отделению наружу. Видно плохо, но судя по шуму, мы повсюду вызываем фурор и, поскольку нас никто так и не останавливает, глубокое замешательство.

Благодаря тому, что Лекс заранее продумал путь отхода, бежим мы не просто так, а продуманным маршрутом. Засветившись на камерах, мы залетаем в закуток на платформе, где уже без свидетелей, можем обуться и освободить несчастного Джема от сковывающих его пут. После такого, мы ему всю жизнь обязаны будем, это точно!

И, пожалуй, можно надеяться, на отсрочку — еще немного времени, за которое мы сможем понять, что же произошло со Стоувом и каким-то волшебным образом найти этому доказательства.

Мы почти только что встали в очередь на раздачу обеда в столовой, когда в меня прилетает яблоко. Задумавшись, я инстинктивно ловлю его и продолжаю думать дальше, разглядывая его в своей руке. Потом, до меня доходит, что прилетело оно неспроста. Включившись обратно, оглядываюсь и вижу офицеров, приближающихся к нам. Кейн по дороге вытягивает прямо из-за стола ничего не понимающего Мина и тащит его за собой.

— Пошли, — бросает Редженс, выхватывая Лекса, но от его командного тона пойти готова вся очередь. Хотя поняв, что к ним приказ не относится, все с облегчением остаются. Я иду вслед за Лексом, хотя меня не приглашали.

Все вместе выходим в общий зал, сейчас он абсолютно пуст. Офицеры подводят ребят к огороженному канатами возвышению и надевают на них специальные перчатки для боя.

— Кирилл хочет, чтобы вы разобрались со своими проблемами, вот вы и разберетесь, — комментирует Редженс. Кейн запихивает Лекса за канаты.

— Но ведь это не честно, — Мин тормозит, уже поставив одну ногу на возвышение. — Я ведь владею техникой боя, а он просто курьер.

— Владеешь техникой?! — усмехается Редженс. — Да ты к ней даже еще не приценялся. Не проводи время. Тебе лишние свидетели не нужны.

Мин с неудовольствием оглядывается на меня, но я уходить не собираюсь — мой интерес к его чувствам с некоторых пор охладел. Тем более, что остальные мое присутствие вообще игнорируют.

Ребята встают на возвышении напротив друг друга и продолжают неловко стоять. Мин нервничает, а Лекс всегда не против подраться, но и ему парочка оскорблений для затравки нужна.

— Чего застыли?! — недовольно интересуется Кейн, удобно облокотившись о столб. — Отмутузьте уже друг друга как мужики, или собираетесь и дальше зажиматься по углам?

Насупившись, Мин принимает боксерскую стойку, но через секунду просто наскакивает на Лекса, и у них начинается их обычная потасовка. Не вижу какой-то особой техники, они так еще в школе колошматили друг друга. Судя по лицам офицеров, это совсем не то, что от них ожидали.

Офицеры перелезают через канаты и растаскивают сцепившихся ребят в стороны.

— Это что за дурацкие обнимашки?! — Кейн отвешивает Мину затрещину. — За такое все баллы поснимать! Покопайся в своей дырявой голове и вспомни хоть что-нибудь из того, чему тебя учили!

Редженс просто молча выставляет руки Лекса, видимо, в нужную позицию и толкает его обратно к Мину. Тот снова начинает первым. Старательно наносит один удар за другим. Лекс уворачивается или парирует, постепенно отступая к канатам. Уже оказавшись в углу, подныривает под руку и обходит Мина сбоку. В этот же момент он вдруг решает перейти в атаку, наносит несколько резких ударов, два из которых в конец растерявшийся Мин благополучно пропускает, от чего валится на канаты. Лекс подсекает, Мин падает на пол, побарахтавшись, поднимается на колени и получает еще пару ударов сверху, загораживаясь от них руками. Судя по виду, он ничего не собирается с этим делать, так что Лекс просто отходит назад, давая ему возможность подняться. Но тот не поднимается, тяжело дышит, продолжая заслонять голову руками.

— И че, это все? — лениво спрашивает Кейн и через канаты спрыгивает с возвышения.

— Нет, не все, — Редженс сам надевает перчатки и подталкивает Лекса к центру ринга. Их бой начинается без проволочек. Офицер наносит удары в гораздо более агрессивной манере, Лекс отбивается, но теряет равновесие, падает на колено. Вскакивая, почти уворачивается от следующего удара ногой. Все же получив вскользь, перекатывается и отскакивает в сторону, чтобы успеть снова повернуться к противнику. Еще один раз он по крупному пропускает, секунд через пять, отлетев, бухается на пол рядом с канатами.

— Вот теперь все, — снимая перчатки, Редженс ногой толкает Лекса, и тот выкатывается с ринга под нижним канатом и плюхается на пол. Как раз в зале появляются первые пообедавшие курсанты. Сажусь на пол рядом с Лексом. Засмотревшись, я так сильно вдавила ногти в яблоко, что по рукам теперь течет сок, так что даже дотронуться до друга не могу. Лекс кладет голову мне на колени и начинает стягивать перчатки.

— А круто, да?

Ну да, даже побитый, он радуется, что сама драка активной была, и наверняка поучительной. Боюсь, Мин к своему проигрышу относится совсем по-другому. Куда он делся, кстати, я даже не заметила.

Глава 14

Лекс появляется в прачечной, когда я закидываю в машины последнюю на сегодня партию стирки. Вид у него сконфуженный, в руках его второй комплект формы.

— Я тогда ее завтра постираю, с остальной формой, — говорю я, принимая аккуратно сложенную одежду у него из рук.

— А починишь? — виновато спрашивает друг. Я раскладываю форму, чтобы оценить масштабы проблемы, но тут в принципе все не так уж плохо.

— А пуговицы где?

— Валяются где-то, — отвечает Лекс смущенно.

— Такое впечатление, что ее с тебя сорвали, — усмехаюсь я. — Ристика постаралась?

— Если бы, — Лекс садится на лавку и закрывает лицо руками. — Я дурак!

— Ну, иногда, — сажусь рядом. — Что случилось?

— Помнишь, Ристика захотела стать акбратом Кейна? — напоминает он, тяжко вздохнув.

— Да. Но я думала, что она передумала. И как бы перевела внимание на тебя…

— Это она меня так уламывала, чтобы я ей помог. Впустил в апартаменты Кейна.

— Это как-то…самоубийственно.

— Вот именно, черт, — Лекс самокритично бьет себя ладонью по лбу.

— То есть ты ее туда впустил?

— Да. Ты туда заходила?

Я отрицательно мотаю головой, хотя вообще-то было дело, но я признаться не решаюсь.

— И не ходи, у этого придурка там настоящая пыточная устроена! Цепи, кандалы, плетки. Какие-то бьющиеся током фиговины.

Ну да, что-то такое я успела в тот раз рассмотреть, но удивления, пожалуй, не испытала. Ведь, если подумать, а что там еще могло быть? У Кейна-то?