На острие

Это уже не шутки. Кажется, случилось что-то по-настоящему серьезное. Может, с дедом беда?

Но телохранитель, хотя и держался почтительно, на вопросы не отвечал. Только кивал, как болванчик. Даже старался улыбнуться — выходило плохо, и эти потуги лишь усиливали тревогу.

— Что, так и будешь в молчанку играть? — спросила, уже почти сдавшись. Дождусь Кена и спаси его боги, если он решит отмолчаться.

Телохранитель продолжал улыбаться. А потом резко вздернул руку с платком к носу. Мне же в лицо ударила вонючая струя.

Очнулась в небольшой комнате. Голова болела, словно я пила всю ночь, во рту тоже — как будто после попойки. Что произошло?

Попытка вспомнить отозвалась тошнотой, но встать, чтобы добраться до туалета, не получилось. Зато появился тазик. Я с трудом посмотрела на помощника: лицо незнакомого саро не выражало никаких эмоций.

— Где Кен?

Это мой голос? Как гвоздем по стеклу.

Вместо ответа, мне сунули стакан воды. Какой же она оказалась вкусной!

Напившись, я откинулась на подушку и переспросила:

— Где Кен?

Саро не ответил. Отошел к двери и замер живой статуей. Снова пленница? Ну, только появись, Кен Отани! Я тебе устрою!

Что делать, решить не успела. Коммуникатор саро пискнул и в комнату вошли двое.

Вот только бывшего жениха с его отцом и не хватало!

Стоп! Почему Менети здесь? Или…

Меня снова похитили!

Чувствовать себя переходящим кубком было неприятно. Но сил на истерику не осталось.

— Рад, что с вами все в порядке, — Джун придвинул стул вплотную к кровати. Рокано остался стоять.

Отвечать не хотелось. Хотелось умереть. Но эти двое считали по другому:

— Признаться, я огорчился, — продолжил Глава Второго Клана, — когда пришла весть о том, что моя невестка погибла. Что касается Рокано, то он был в отчаянии!

Бывший жених все это время старательно делал счастливое лицо. Еще бы! Со мной захватить власть над Кланами куда проще! Только… почему-то этого уже не хотелось.

Нет, мечты отомстить никуда не делись. Но другим способом. Тем более что эти двое каким-то образом давили на Ларса. Как — пока не знала, но выясню обязательно.

— Когда вы вернулись, — господин Джун предпочел умолчать, каким образом, — мы немедленно собрали совет и решили, что свадьбу больше нельзя откладывать. Не беспокойтесь, госпожа Лара, все будет согласно законам и традициям, подготовка в самом разгаре. Церемония назначена на сегодняшний вечер.

Я не желала ни слышать такие новости, ни видеть тех, кто их принес. Но все, что смогла, это закрыть глаза.

— Госпожа Лара, вы слышите?

— Пожалуйста, не так громко. Боюсь, сегодня не выйдет — я на ногах не стою.

— Ну, сидеть-то вы сможете, — жестко ответил старший Менети и стало ясно, что он не за здорово живешь так долго удерживал власть.

— Нет. Тошнит!

И я наклонилась к тазу.

Мужчины смотрели в сторону. Когда смогла дышать, господин Джун вздохнул:

— Придется потерпеть. Конечно, мы сделаем все возможное, чтобы облегчить состояние, но…

Я лежала с закрытыми глазами, но шорох этих шагов услышала бы где угодно: в комнату вошла госпожа Ая.

Я обрадовалась. Может быть, он прогонит этих балаболов, каждое слово которых отдается в голове жуткой болью? И найдет какое-нибудь лекарство, чтобы меня уже перестало выворачивать при малейшем движении!

Госпожа Ая остановилась возле кровати и только поклонилась, когда уходящие мужчины велели:

— Приведи ее в порядок. Чтобы никто ничего не заподозрил!

Вот теперь я испугалась по-настоящему. До этого муть в голове и боль не позволяли оценить последствия похищения.

— Нужно вывести токсины. Я поставлю капельницу.

От бутылки с лекарством к моей руке протянулась прозрачная трубка. Постепенно марь перед глазами рассеивалась и боль отступила.

— Вот и хорошо, — госпожа Ая измерила мне давление. — Вот и отлично. Еще немного, и можно будет начинать.

Но как раз «начинать» не хотелось. Не знаю, почему сбежала мама, но до того, как выясню, не буду идти на поводу ни у Первого, ни у Второго Клана!

— Госпожа Ая, вы можете рассказать, что случилось?

Наставница поправила капельницу и покачала головой:

— Знаю только что вас привезли без чувств.

— Но зачем так со свадьбой торопиться? Я и встать-то не могу.

— И не нужно. До зала вас донесут, а после придется только сидеть и выполнять то, что скажет распорядитель. А пока вам лучше не разговаривать: набирайтесь сил, коли есть возможность.

Она не оставила меня одну: уселась на стул и внимательно следила за тем, чтобы не заканчивалось лекарство.

Из-за плотно занавешенных окон было невозможно понять, где я нахожусь: в Городе, или в одном из тех домов, что так тщательно скрывались от его жителей. Как бы это выяснить…

Выходит замуж не хотелось. Категорически. Ни за Рокано, ни за того, кого мне там мой собственный дедуля пророчит. Быть пешкой в чужих руках надоело!

К Кену Отани это относилось не в последнюю очередь.

73

Надо бежать! Как — это другой вопрос.

Через полчаса я уже могла сделать несколько шагов. Разумеется, к окну. Но госпожа Ая тут же перехватила:

— Не стоит. Дом охраняется, но мало ли, вас заметят. Для вашей же собственной безопасности — не подходите к окнам!

Еще через час, когда тошнота совсем прошла, началась подготовка.

Ванна напоминала небольшой бассейн. На поверхности воды плавала мыльная пена, похожая на невесомое безе. В воздухе витал сладковатый аромат розы.

Меня снова замутило.

— Придется потерпеть! Вы станете женой наследника клана и должны уметь держать себя в руках.

О, этим искусством я овладела в совершенстве, так что нацепить маску удовольствия и счастья было просто. Но, улыбаясь ставшей тюремщицей наставнице, я лихорадочно искала пути спасения.

Увы, на ум ничего не приходило, и от отчаяния воображение стало рисовать совсем уж невероятные картины.

Снаружи слышатся выстрелы. Громкие голоса. Хлопают двери. Они распахиваются и в ванную врывается Отани. Застывает на миг, а потом прыгает в воду прямо в одежде, чтобы вынести меня на руках.