На струе

А он мне говорит:

–  Блядь, урод, не смотри на меня.

Ну, а я отвечаю:

–  Прости, типа, друг, - и отворачиваюсь в другую сторону, рассматриваю людей, которые по улице ходят туда-сюда, туда-сюда…

Во-от.

Потом опять сидим. Ждем клиентов. Между тремя и семью часами - мертвое время, почти никто не приходит. Клиентура потом прет после семи, но, в основном к Бэксу. Понимаете, модные чуваки едут в клубы, или к своим девочкам, всякие топ-мальчики приходят пропустить по кружечке пива, ну и все такое. Вечером город оживает, и всякие пафосные мудаки вылезают из своих нор. Моя же клиентура отоваривается с утра. Закупят все, что им необходимо и живут себе еще один денек спокойно.

После обеда я иду в туалет. Запираюсь в кабинке и достаю свои принадлежности. Уже пора, я пожрал и ломка понемногу подступает. Дико хочется срать, а еще подташнивает. В специальную мерную ложечку сыплю героин, набираю шприцем необходимое количество воды, смешиваю. Потом нагреваю все это делом зажигалкой. Сажусь на толчок. Набираю ширку в шприц и откладываю его в сторону. У меня уже все руки, блин, исколоты, трудно найти вену. Я достаю из кармана джинсов тонкую резинку, перетягиваю руку чуть выше локтя. Разрабатываю руку: типа качаю вверх-вниз, пока не проступают очертания вен. Беру шприц и ввожу в себя дозу. Все как всегда. Спускаю штаны и просто сижу на толчке с закрытыми глазами, чувствуя, как облегчение накрывает меня. Ломко уходит, и это, типа, хорошо. Теперь, продержусь до вечера. Потом просто сру, кидаю использованный шприц и пакетик из-под героина в толчок, спускаю воду и выхожу.

А потом я просто сижу. Бэкс куда-то свалил. И я один и меня, парни накрывает одиночество. Его чувство, такое, блядь, приятное и, в то же время, так колет сердце.

Я думаю о себе и, вообще обо всем. Вот я живу значит, ширяюсь, пью пиво, меня унижают мудаки типа Бэкса и Факера. Обычная жизнь, все так живут. Блядские средства массовой информации, ну, ТиВи, МТВ, всякая хуйня типа тех же журналов, что Бэкс читает, внушают нам, вдалбливают в мозги, что типа в мире все такие бля крутые, все такие красивые, трахаются по двадцать шесть раз в неделю и покупают себе одеколоны разные за сто баксов. Хуйня все это, парни! Подавляющие большинство парней - это вот такие уроды и неудачники как я. И чиксы, в основном, или слишком худый, или же жирные свиньи. А то, что нам внушают с газетных страниц и экрана телевизора - полная чушь. Все эти топ-мальчики и топ-девочки, лишь продукт рекламы. Их вообще правительство придумало, чтобы вдалбливать в головы таких парней как я, что мы уроды и неудачники. Осознав это, мы теряем способности к чему-либо и становимся полностью контролируемыми. Ну, вы понимаете, о чем я тут говорю, да?

Я живу сам, один, в своей холодной вонючей конуре. У меня никого нет. Даже девушки нет. Прикинь? И не было девушки. Девушкам не нужны такие торчки тупые как я, у которых на лбу написано "не способен к прогрессу, регрессирующая инфузория". Девочки выбирают умников типа Бэкса, которые смело шагают по чужим трупам и вообще…

Нет, вы наверное не понимаете. Я не имею в виду секс, ведь это лишь обычная физика, это обычный трах, фач или как вам хочется. Секс, это ведь та же мастурбация, различие лишь в том, куда ты суешь свой член, в пизду или в кулак (а так же банан, бутылку и разное другое, фантазия ведь богатая). У меня регулярные перепихоны. Пугающе регулярные. Это уже вошло в привычку, как послеобеденно опорожнение желудка, ширка на завтрак, обед и ужин. Эта регулярность окончательно убила в сексе для меня хоть какую-то заманчивость. Это, блядь, как регулярная бездумная мастурбация у прыщавых подростков.

Понимаете, парни, я хочу, чтобы кто-то был рядом. Чтобы были настоящие друзья, которые помогут в ближайшую минуту. Помогут, это просто вот так сядут и выслушают все, что накопилось у тебя на душе, а не будут прикалываться, как этот урод Бэкс. Я хочу, чтобы у меня была настоящая девушка. Хотя бы на некоторое время. Которая бы сказала: "да, Стомп, ты торчок, да ты упал уже окончательно, но я тебя люблю и готова пройти с тобой весь путь до конца." Христос терпел, страдал за нас уродов блядских, почему же мы, обычные смертные, не следуем его примеру? Почему в мире осталось так мало доброты, сострадания, настоящих чувств? Почему всему на смену пришла ширка, кокс, трах и телевидение?

Я вот обо всем этом думаю, и чувствую, что мне уже совсем херово. Проблема в том, что у всех моих знакомых уже сложился стереотип, что я типа урод, мудак и нарк. Все знакомые девчонки в лучшем случае смеются надо мной, а то и просто на хуй посылают. Перепихон вот только с Алиной возможен. И то, когда она пьяная или под наркотой. Чем я и пользовался несколько раз, но даже она, в последнее время шугается от меня, словно от чумы. У меня маленький словарный запас и внешность типичного торчка, так что подойти к девушке на улице и попытаться познакомится с ней, чтобы при этом она не стала звать на помощь милицию, для меня очень и очень проблемно. Ну, вы понимаете, да?

Я разговаривал со Стэном, о мне рассказывал о своих приколах по интернету. Ну, что типа ты создаешь себе ту оболочку, какаю захочешь.

Я послушал, послушал, да взял себе это на заметку. Ну, стал иногда посещать интернет-клубы, сидел в разных чатах, общался там с разными людьми, девочками. Вроде так нормально общался. Но, вы понимаете, это все вертуалка. Ты общаешься, а потом все заканчивается тем, что ты идешь в туалет и вмазываешься. И все.

А потом, я нашел спесиализированный чаты, где, типа, можно разместить свою анкету и познакомиться с девушкой, которой как и тебе так же одиноко. Там сидят такие же люди как и ты. Им всего лишь необходима любовь, и немного секса.

Бабулька. (Бэкс) - Молодые люди, извините, пожалуйста, - справа от меня послышался голос какой-то старушенции.

Мы с Стомпом только что доставили пять грамм кокса одному знакомому мудаку по кличке Суп. Продажа вместе с доставкой, так сказать. Получили свои бабки и по быстрому свалили из его ссаной квартиры. Мы отошли на несколько сотен метров от его дома, и сейчас я отсчитывал Стомпу его долю в две сотни зеленых.

–  Какого хера, Бэкс, мы занимаемся доставкой?
– стонал мудак, - меня и так всего колбасит уже…мне срочно надо вмазаться, друг.

–  Заткнись, - ответил я и отдал уроду его лэвэ.

–  Несолидно как-то, Бэкс, мы, блядь, драгг-диллеры, а не какие-то мальчики на побегушках, - ныл Стомп, засовывая бабки в карман своей забыченной куртки.

Я с презрением посмотрел на него. Урод тратил все деньги на наркоту, а ему не мешало бы приодеться, купить нормальный парфюм, посетить, блядь, парикмахера. Мне даже как-то неловко было стоять рядом с этим чмо.

–  Мы бы лучше стояли в "Двух собаках", - не унимается Стомп, и я еле сдерживаю себе, чтобы не дать ему по щщам.

–  Ты, блядь, ничего не смыслишь в бизнесе, урод, - я делаю огромные усилия, чтобы не сорваться, - этот крендель Суп, очень, блядь, перспективный клиент, мы получили за одну ходку по несколько сотен зеленых, ты, урод, в это время в ипаных "собаках" вряд ли заработал себя и на бокал вонючего пива, - негодую я.

–  Нах вдвоем, брат, нах вдвоем?
– стонет Стомп, уроду действительно плохо и если он не вмажется в скором времени, то будет совсем хреново, парни.

–  Таковы правила, - я пристально смотрю ему в глаза, - таковы правила, урод.

–  Ох, брат, ох, брат, - шепчет Стомп.

Нах я с ним тусуюсь, спросите вы? Стомп приводит клиентов, много клиентов, таких же жалких уродов, как и он сам. Но эти уроды готовы отдать последнюю копейку за дозу.

На мне - шерстяной костюм Ralph Lauren, кожаные Carnaby, голубая рубашка Gucci, галстук в спокойных тонах Paul Smith и серое в легкую клетку шерстяное пальто Tommy Hilfiger. От меня приятно пахнет парфюмом Paul Smith. Я раз в неделю посещаю парикмахера.

Теперь же посмотрим на Стомпа: старые, порванные внизу джинсы Wrangler, китайские кеды, индийский (да-да!) реглан и турецкий пуховик. Пахнет от урода хреново. Волосы на голове жирные и спутанные.