Начало

А вот это он зря. У многих в загашнике лежит кусочек-другой метеорита на черный день. Его, как и золото, охотно принимают в скупках и ломбардах, так что на руках у населения материала хватит на целую армию. Другое дело, что расставаться народ с ним не спешит, но если предложить цену выше фиксированной - можно раздобыть нужное количество. А про меня и говорить нечего, к настоящему моменту у меня около трех килограммов. Как-то вот по крупинке, по крупинке и накопилось. Я над ними эксперименты ставлю, пытаясь заставить расти - гриб же. Всю доступную литературу на эту тему перерыл, но толкового ничего не нашел. Искать надо где-нибудь в клановых библиотеках, а в широком доступе - только невнятные рассуждения.

– И все-таки, Александр Леонидович, не хотели бы вы вернуться к работе, если необходимыми материалами я вас обеспечу? Всемирной славы и неограниченного финансирования обещать не могу, но на несколько полных МБК наскрести смогу.

Мужчина грустно улыбается и пытается свернуть разговор:

– Хотел бы, что тут говорить, только у вас, Гена, и у вашей тети, никак не может быть таких денег. Один энергоблок тысяч двести - двести пятьдесят вытянет, а вам еще сами доспехи приобрести придется. Я, признаться честно, в их устройстве мало разбираюсь.

От неожиданности давлюсь вином, но потом соображаю, что Бушарин сюда материалы по средней рыночной цене посчитал, а мне их приобретать не нужно.

– А сколько встанет лабораторию оснастить?

– Если по минимуму, то в пятьдесят тысяч можно уложиться, а если не экономить - тоже тысяч двести вложить надо, плюс помещение, - профессор явно уже не раз все просчитывал, поэтому отвечает практически без раздумий.

Прикидываю финансы, и по всему выходит, что без визита к антиквару не обойтись, но потом соображаю, что нет необходимости отдавать на материалы нажитое черной археологией золотишко и заметно веселею. Если договориться с любителем старины, то он сам добудет мне чистое золото в обмен на старинные цацки и монеты, заодно и в прибытке останусь. А то что-то я не подумавши, решил исторические ценности на презренный металл переплавлять. Остальное и сам профессор докупит, ему виднее, где все эти сплавы и приборы доставать.

– Александр Леонидович, давайте, я к вашему пятничному визиту все приготовлю, а вы уже сами решите, могу я или не могу. Не смотрите на мою молодость, я в делах человек серьезный.

Допиваем вино, но больше этот вопрос не поднимаем. Я расспрашиваю его по программе, Бушарин рассказывает несколько баек из своей преподавательской практики, но видно, что мыслями он совсем не здесь. Уходит он незадолго до возвращения Натальи.

Наталья возвращается с работы в хорошем настроении и приносит мне долгожданные вести. С получением дворянства она резко пошла в гору на работе и теперь не банально стоит за прилавком или порошочки в подсобке смешивает, а курирует поставки лекарств в лечебные учреждения, в том числе и в нужный мне госпиталь. А поскольку человек она общительный и титулом своим не кичится, то везде уже обросла знакомствами, и ей охотно пересказывают все свежие сплетни.

– Гешка, танцуй!

Неужели???

– Танцуй, кому говорю, а то рассказывать ничего не буду!

Изображаю несколько движений, должных изображать танец, и жалостливым взглядом уставляюсь на подругу.

– Это что было? Ритуальная пляска папуаса? Не-е-е, я на такое не согласна...
– Наташка, зараза, специально держит паузу, но потом не выдерживает и сдается, - Очнулась! Еще очень слаба, но, говорят теперь точно на поправку пойдет!

Обнимаю подругу и начинаю кружить ее по комнате. Отличная новость!

Вот уж поперло, так поперло!

– Что еще говорят?

– Ой, не поверишь, там целый детектив случился! Мне девчонки из канцелярии под большим секретом рассказали. Короче, у них, оказалось, работала няня твоего папы. Она ему в детстве вместо матери была. И она страшно переживала, что ее воспитанника, практически сына, какая-то шалава безродная окрутила, за что его из клана выперли. Ой!
– Наталья виновато смотрит на меня, сообразив, кого обозвала шалавой.

Приходится успокоить:

– Не переживай, это ж не ты так думаешь, это тебе слова чужой тетки передали. Дальше-то что?

– Ну вот, она твою маму не сразу узнала, только когда дела оформляла, - продолжает мой информатор, но теперь уже тщательно выбирая выражения, - С папой твоим они еще накануне свадьбы разругались. Ну и решила хоть как-то напакостить. У нее блокиратор нашли, говорят, еще отцу твоему выписывали, чтобы в детстве себе не навредил. Я слышала, такое действительно в малых дозах детям дают, если источник скачками развивается. Только его в обычной аптеке не купить, это только сильным одаренным врачи выписывают и обычно сами же и дают. А ей как-то удалось самой выпросить, может правила тогда попроще были... А выбросов у твоего отца похоже немного было, вот у нее и остался. Так она понемногу блокиратор-то и вводила в капельницу, когда могла.

– А как зовут эту чудную женщину?
– врагов надо знать в лицо, или хотя бы по имени.

– Вержбицкая Ирина Валерьевна, она там администратором работала.

Я стал вспоминать персонал госпиталя и, кажется, даже припомнил моложавую женщину, все норовившую угостить нас с Митькой конфетами. Хорошо, что ни разу не взяли, а то, может, тоже с начинкой были. Хотя вряд ли, не тонны же препарата у нее были.

А вообще забавно. Такой щелчок по носу, что не все вокруг меня вертится. Я ведь и Залесского подозревал, и каких-то тайных заговорщиков вплоть до мирового жидомасонского заговора. А тут банальная бытовуха на почве личной неприязни.

– А как поймали, не рассказывают?

– Лечащий врач неладное заподозрил, когда пациентка из комы вышла, а потом снова впадать стала. Анализ крови сделал, ну, и обнаружил. Он же и властям сообщил, ее на горячем и взяли.

Ну, Шаврин, ну, молодец! +500 к карме! За такое можно и подставу с ПГБшниками простить. Хотя нет, если б раньше эту долбаную Арину Родионовну поймал, может вообще бы ничего со мной не случилось. Правда, и меня-Георгия здесь, наверно, не было бы.

– Так, говоришь, теперь нормально все будет, на поправку пойдет?

– Я-то, сам понимаешь, точно ничего не знаю, но девчонки считают, что да.

Был бы - не был бы, главное результат! На одного родного человечка у меня в этом мире стало больше, а это значит, что все не зря!

И с этими мыслями я подхватываю Наташку и снова пускаюсь в пляс.

Под лабораторию удалось арендовать бывший склад неподалеку от дома, благо жили мы как раз у границ складского района. Дом, в свое время пришлось покупать совершенно неожиданно и срочно, поэтому особо выбирать было не из чего. Копию указа Наталье выдали еще в октябре и популярно объяснили, что есть несколько неписаных правил, которые ей теперь придется соблюдать, как главе молодого рода, если хочет, чтоб относились с подобающим уважением. И собственный дом или своя квартира в центре города - одно из них. Ибо невместно!!! Гавриленков, кстати, мне потом эту информацию подтвердил, но ему-то проще, у него дом уже давно был. Понятно, что при отсутствии дома никто титул не отберет, видал я тут дворян и гораздо беднее нашего, что жили в таких трущобах, где домик нашей домохозяйки показался бы роскошным дворцом. Но, опять же, и всерьез к ним никто не относился. Причем все уши на эту тему Наташке прожужжали и в канцелярии губернатора, и на работе, и даже милейшая домохозяйка Мария Ивановна постаралась. Ни у кого почему-то и мысли не мелькнуло - откуда у бедной девушки из провинции найдутся деньги на собственное жилье в Москве.

Наталья долго крепилась, но в какой-то момент ее просто все довели, и я стал свидетелем ее слез. Уяснив для себя причину, какое-то время пребывал в раздумьях, но потом махнул рукой. Нехай будет дом. Снимать комнатки у посторонних людей к тому моменту мне и самому надоело, так что моя хозяйственная жаба даже не сильно возражала. Клад в Воздвиженском был не единственным, о котором я знал, просто, пожалуй, одним из самых крупных, и именно его я с самого начала собирался засветить перед государством ради вожделенного титула, правда думал, что получу стоимость деньгами и пущу их в оборот, а из них уже сделаю миллион. Но планы - они на то и планы, чтоб корректироваться, поэтому дворянкой вперед меня стала Наталья.