Наемник

Едва она скрылась от посторонних глаз, как тут же бросилась к своему гардеробу и стала выбрасывать на кровать все то, что необходимо было примерить.

— Это слишком старомодно, а это чересчур провинциально, — характеризовала Люция тот или иной туалет.

В дверь робко постучали.

— Кларис, это ты? — крикнула девушка.

Дверь открылась, и Кларис сказала:

— Да, мисс, это я…

— Я пойду загорать, а ты убери тут все, но прежде… — Люция задумалась, стоит ли говорить об этом горничной. — Прежде найди Тауроса и скажи, чтобы пришел на «решетку» или как вы ее там называете.

— Я поняла, мисс Гутиерос, — кивнула Кларис и вышла, а Люция приступила к повторному отбору. Она пересмотрела все то, что отложила в первый раз, и пришла к выводу, что ничего нового придумать нельзя — только минимум одежды и максимум открытого тела.

Надев красный купальник, Люция посмотрелась в зеркало и решила, что ничего более вызывающего ей не найти.

Накинув сверху халат, девушка взяла широкополую ажурную шляпу и книжку, которую не собиралась читать. В фильмах, которые она видела, девушки с книжками казались ей утонченными и загадочными.

Едва Люция вышла в коридор, как из-за угла показался Карл.

— Как я выгляжу, Карл? — улыбнулась ему девушка и распахнула халат.

— Как всегда отлично, мисс Гутиерос. Вы собираетесь загорать?

— А ты можешь предложить что-то еще? — Люция шагнула к охраннику и положила руку на его плечо. — Дотронься до меня, Карл. Не бойся, я тебя не укушу.

Глаза девушки излучали притягательную силу, а ее тело казалось безумно желанным, но Карл вспомнил почерневшее, с выпученными глазами лицо Ханна.

— Я… я здесь не для этого, мисс…

— Ну ладно, — сразу согласилась Люция, — тогда проводи меня на «решетку».

Они прошли через весь дом и с обратной его стороны, возле ухоженного садика, их встретил Рауль.

— Привет, Рауль! — улыбнулась Люция. — Где же ты был, мы с Карлом так целовались! Он требовал большего, но я ему не позволила…

Рауль уставился на своего коллегу, а лицо Карла пошло красными пятнами.

— Ты что, придурок? — тихо признес Рауль, когда Люция прошла вперед.

— Я не придурок. Просто девочка так шутит…

— Лишь бы она так не шутила при своей маме…

Телохранители проследовали за Люцией, а поливавший кусты садовник посмотрел им вслед и произнес:

— Ну дела…

Когда Люция ступила на площадку для отдыха, там уже все было готово к ее приходу. Зонтик, кресло, столик с фруктами и охлажденными соками, а также затребованный Таурос, который прилагался ко всему перечисленному.

Увидев этого парня, охранники переглянулись, и Карл решительно двинулся вперед.

— Ну-ка ты, повар, вали отсюда… — начал было он, но Люция его остановила:

— Эй, Карл, распоряжаться здесь могу только я. А мистер Таурос приглашен мною специально для… В общем, мы будем говорить о всяких там блюдах…

— Как скажете, мисс… — поклонился Карл и отступил, а приободренный Таурос заулыбался.

Люция сбросила халат и, усевшись в кресло, забросила ноги на стол. Затем взглянула на красавца из-под полей шляпы и спросила:

— Тебе не кажется, Таурос, что мои ноги недостаточно загорели?

— Они очень красивы, мисс…

— Я не об этом. Мои ноги нуждаются в дополнительном уходе, ты так не считаешь? — и Люция покосилась на Карла.

— Как прикажете, мисс Гутиерос, — снова улыбнулся Таурос. Он понял, что нравится молодой хозяйке и демонстративно поигрывал мышцами, напрягая то одну, то другую группу.

— Если тебе не трудно, Таурос, разомни мне ноги.

— Как?

— Ну просто руками… — Люция поймала на себе взгляд стоящей поодаль горничной. — Можешь идти, Кларис. Ты мне больше не нужна…

Таурос все еще стоял и не знал, что делать. Он не решался притронуться к молодой хозяйке.

— Приступай, Таурос, не заставляй меня ждать…

Помощник повара встал на одно колено и начал массировать ступню Люции. Через несколько минут девушка сделала ему замечание:

— Выше, Таурос, выше, пожалуйста, и понежнее.

Играя своими геркулесовыми мышцами, красавец неуклюже растирал Люции ноги, и она, досадуя на его неумение, играла как могла, издавая стоны и закатывая глаза, как будто Таурос делал с ней что-то невероятное.

Пораженный садовник, сидя в кустах, пожирал глазами молодую хозяйку, то и дело повторяя одну и ту же фразу:

— Ну дела… Ну дела…

Знакомые с фокусами своей подопечной, Карл и Рауль с невозмутимым видом прохаживались возле воды и заранее жалели беднягу Тауроса.

— Ладно, хватит… — Люция легонько оттолкнула красавца и сняла ноги со стола. — Слушай, а может, ты придешь, чтобы принять со мной душ?

— Я… я занят на кухне, мисс…

— Да ладно тебе, на кухне тебя подменит Карл… Ты ведь не против, Карл? — повернулась девушка к телохранителю.

— Как скажет мистер Пипон, — пожал тот плечами.

— И ты знаешь, Таурос, чем мы займемся в душе? — собственная фантазия и присутствие трех мужчин заводили Люцию. Она уже представляла сплетенные в душевой кабине тела, двигающиеся под струями теплой воды. — Ну так ты придешь? — Люция положила ладонь на бедро Тауроса и в ту же секунду дико закричала.

Чья-то рука сомкнулась на ее лодыжке, а затем Люция почувствовала резкую боль и заорала еще сильнее, как кричат только смертельно раненные звери.

Все длилось какие-то мгновения, и никто ничего не успел понять. Карл и Рауль выхватили пистолеты, а Таурос завопил, что под настилом кто-то есть, и решительно бросился в воду.

Карл тут же подхватил бесчувственную девушку.

— Куда это он? — спросил выскочивший на шум Джилберт.

— Что случилось?! — крикнул прибежавший Генри Пипон. Одна его щека была намазана пеной для бритья. — Что с ней?!

— Кажется, это просто краска, — сказал Карл, размазывая по лодыжке Люции что-то похожее на губную помаду.