Наемник

— Видишь, друг мой? Именно этого я опасался, когда вы уговаривали меня отдать Михаилу штат аналитиков. — Перестав разглядывать задумавшегося сына, государь обратился к своему советнику. — Чужие умозаключения расхолаживают. Конечно, всегда проще выбрать один из предложенных вариантов действий, чем продумывать их самому. Но это не позволительно для управленца. Тем более, для эфирника, способного разгонять собственное сознание и ускорять мышление до чудовищных пределов. Михаил! — Цесаревич вздрогнул и поднял взгляд на обозлённого отца. — Забудь о выводах советника. Их нет. Вспоминай запись и думай. Сам. Или тебе её заново прокрутить?

— Я бы взглянул. — Осторожно кивнул цесаревич. Повинуясь взмаху руки правителя, экран вычислителя тут же включил остановленную запись с самого начала.

Вот, Кирилл появляется в пяти шагах от группы Юрия. Разговор… интонации… не то. Сначала. Юрий идёт в "коробочке" ярых, разговаривает с дядькой Игнатом. Останавливаются. Появляется Кирилл… Стоп. А почему Шапошников промедлил с указанием цели контроля?! Где… запись сначала! Лицо генерала крупным планом, вот оно! Дядька великолепно владеет эмоциями, но сейчас в его глазах мелькнуло изумление. Он НЕ ЗАСЁК появление угрозы. Это с его идеальной сенсорикой! Стоп-стоп-стоп… может, показалось? Назад, ещё. Так… идут, фокус на лице Шапошникова. Точно, он не успел заметить появление Кирилла.

— Дошло? — В голосе государя послышались скрипучие нотки, словно железом по стеклу провели. — Вижу, дошло. Игнат прошляпил твоего "вассала". Прохлопал ушами. Разжаловать его, что ли?

— Кирилл не подошёл, не протолкался через толпу, он появился в зоне контроля, словно всё время там стоял. — Тихо проговорил Михаил.

— Но его никто не замечал. — Кивнул отец. — Скажу больше, сколько я ни крутил запись, я не успевал заметить момент его появления. Просто, раз… и он есть. Но выглядит это так, словно иначе и быть не могло.

— Будь на его месте убийца, у тебя сегодня был бы траур по брату. — "Добил" Михаила советник.

— В общем, так. — Государь поднялся с кресла и, глянув на своего "дорогого друга" и сына, заговорил жёстким, не приемлющим возражений тоном. — Мальчишку под ненавязчивый присмотр. Никаких "игр" с его участием или участием его женщин. Не плодите врагов на пустом месте. Что с ним делать дальше, я сам решу. Негоже таким талантам пропадать в безвестности. А ты, Михаил, завтра же убываешь в расположение Ахтырского полка, в чине поручика. Интриги ты крутить худо-бедно научился, пора учиться командовать… заодно, от дворцовых порядков немного отвыкнешь. И учти, узнаю, что ты и в полку начал свои "кошки-мышки" устраивать, судьба Годунова тебе раем покажется. Понял?

— Так точно, ваше величество. — Отбарабанил цесаревич. Задавать вопрос о сроке "ссылки" он и не подумал. С обозлённого отца станется его до полковничьих погон в гусарах продержать.