Наемный убийца

— Со всеми, кто платит, — ответил интендант. — Это моя религия, моя вера. — Он кивнул на деньги. — Заплати мне как следует ирландцы, я бы продавал оружие и им.

— Ты продавал в последнее время оружие кому-нибудь в Лондоне? — поинтересовался шофер.

Вони покачал отрицательно головой.

Еще какое-то время Картер пристально смотрел на него, а затем направился обратно к «ауди». Он повернул ключ зажигания, двигатель взревел, и они уехали.

Вони глядел вслед удалявшейся машине.

— Счастливой охоты, — пробормотал он и полез в кабину фургона.

Он завел мотор и поехал в противоположном направлении с полным чемоданом денег, лежавшем на сиденье рядом. В лесу снова все стихло.

Глава 26

Вытащить нож оказалось не так просто.

Наконец мощным рынком Филипп Волтон выдернул его из прочною дубового стола и освободил руку Джона Кеннинга.

Кеннинг упал на пол и, зажав покалеченную ладонь, завопил от боли.

Несколько секунд Волтон стоял над ним, почесывая щеку острием ножа.

— Встать! Паразит! — приказал он.

Кеннинг попытался подняться, но едва оперся на раненую руку, как снова рухнул.

Волтон наступил ему на изуродованную ладонь.

— Встать! — прорычал он, схватив Кеннинга за воротник и потянув вверх.

Встряхнув, он ударил его о стену и встал рядом, приставив к его горлу нож.

— Пожалуйста, — взмолился Кеннинг, — у меня есть деньги. Не бейте меня. Возьмите, сколько надо. Моя жена...

Волтон громко кашлянул и харкнул в лицо Кеннингу. Плевок попал под глаз и стал сползать вниз, словно большая слеза.

— Ты хочешь увидеть жену? — прошипел Волтон.

— Пожалуйста, не трогайте ее! Пожалуйста!

У него в глазах появились слезы. Слезы боли и страха.

Боль от пораненной ладони распространилась, казалось, по всей руке. Пальцы уже онемели. Дыхание стало прерывистым, и, попытавшись сглотнуть, он почувствовал, что горло пересохло.

— Пошли наверх, — отрезал Волтон и больно ударил Кеннинга в спину, толкая вперед.

С трудом забравшись на второй этаж, сквозь пелену, затмившую от боли глаза, Кеннинг увидел, что здесь разгром еще страшнее.

По стенам были размазаны экскременты, и от вони ему стало еще хуже. Его вырвало бы, если в ужас не перехватил горло черной рукой.

Наверху Волтон сильно толкнул его по направлению к одной из спален.

В комнате сидела Шерон Кеннинг. Ее привязали к стулу разорванной простыней. Кровать была исполосована ножом точно так же, как и диван внизу. Пружины торчали из разорванного матраца, словно кости при открытом переломе.

Рядом с женой Кеннинг увидел свою мать Мэри, тоже привязанную к стулу. Рядом с ней стояла Дженифер Томас, приставив нож к горлу старой женщины. И у жены, и у матери во рту были кляпы.

— Отпустите их, — взмолился Кеннинг, и в его глазах снова заблестели слезы.

Волтон сильно ударил его по шее сзади, и он упал между женщинами, смотревшими на него округлившимися от ужаса глазами.

Шерон Кеннинг взглянула на пораненную, истекавшую кровью руку мужа и затрясла головой. Она вспомнила сына.

— Пожалуйста, у нас есть деньги, — сказал Кеннинг, протирая глаза. Он пытался найти компромисс. — Я отдам вам все, что хотите, только не убивайте нас!

У всех на глазах Волтон расстегнул штаны и стал мочиться на Кеннинга. Желтая жидкость потекла на бизнесмена, пытавшегося заслонить лицо. Он открыл рот, чтобы закричать, и он тотчас же наполнился мочой. Крик застрял у него в горле, и его вырвало.

Волтон продолжал мочиться.

— Срать я хотел на твои деньги, — ухмыляясь, сказал он.

Дженифер Томас засмеялась.

Пол Гарднер тоже.

Вслед за ними и Марк Пакстон.

Кеннинг выплюнул рвоту и попробовал подняться. Когда это ему удалось, в комнату вошли Мишель Грант и Мария Чалфонт. В руках Грант держал кинжал.

— Говорит, у него есть деньги, — хихикнул Волтон.

— Сколько хотите, — подтвердил Кеннинг. — Могу отдать.

Грант кивнул.

— Что ты задумал? — прорычал Волтон, взглянув на компаньона, не сводившего глаз с прислонившегося к стене Кеннинга.

Из-за невыносимой боли в руке, он с трудом поворачивал ручки на кодовом замке сейфа. Наконец ему удалось установить нужную комбинацию, он распахнул дверь и вытащил пачки банкнот и драгоценности. Он протянул их Гранту, словно дары, словно это могло его спасти.

— Нам не нужны твои деньги, — тихо сказал Грант, выставляя вперед кинжал.

— Пожалуйста, возьмите! — взмолился Кеннинг, упав на колени. — Пожалуйста, не бейте нас! Пожалуйста! Боже...

Он не договорил.

Грант ударил его длинным кинжалом.

Лезвие вошло ему в левое плечо, раздробив ключицу. Залитая мочой рубашка Кеннинга стала окрашиваться кровью.

— Нет! — в агонии завопил он. — Ради Бога... — Сейчас он уже только всхлипывал. — О Боже Всевышний... Нет...

Кинжал опустился снова, ударив его по протянутой руке. Деньги упали на пол.

— Ради Бога... Пожалуйста...

Кинжал опустился ему на темя, срывая скальп и круша череп. Кости расходились все сильнее, пока не брызнули мозги. Лицо залила кровь.

Он повалился вперед, продолжая всхлипывать. Слова становились все бессвязнее.

— Господи... Боже...

Его жена попыталась закричать. Глаза расширились, и желчь хлынула у нее изо рта, когда она увидела, как умирает муж. Мать упала в обморок.

Дженифер Томас похлопала старую женщину по лицу, приводя ее в чувство, не желая, чтобы она пропустила хоть что-то из этого чудовищного представления.

Кинжал ударил Кеннинга в спину, в бок, в лицо, ниже спины. Все его тело было в крови.

Грант продолжал колоть бизнесмена, который теперь был не в состоянии даже стонать. Из его заполненного кровью горла вырывались лишь булькающие звуки.