Находка Шторма

– И как долго? И что потом? Мы оба до сих пор живем в разных штатах.

– Ты не знаешь будущего, Стиви. Все может измениться.

– Ты планируешь покинуть свою группу в любой момент?

Его глаза удерживают мои. Он качает головой.

– И я никогда отсюда не уйду. Пройдет совсем немного времени, прежде чем бабушка станет слишком стара, чтобы что-то здесь делать, и тогда я полностью завладею пансионом. Моя жизнь здесь, Шторм. Боже, я хочу сказать «да» отношениям на расстоянии и быть с тобой как можно дольше. Конечно, хочу. Но я также знаю, что мы будем оттягивать неизбежное. Знаю себя, и знаю, что буду несчастна, потому что не буду с тобой. У меня будет половина тебя и еще меньше твоего времени. И не хочу быть несчастной. Я хочу быть счастливой. Хочу ли я отношений с тобой? Да. Но хочу нормальных отношений. И даже не наполовину. Извини…

– Не надо, - останавливает он меня.
– Тебе не за что извиняться.

– И тебе тоже, - говорю я ему, зная, о чем он думает. Он винит себя, потому что это он уходит, когда правда в том, что это не наша вина.

Это просто гребаный отстой. И я ненавижу, что это происходит.

Так сильно хочу его, но не могу получить.

Жизнь иногда жестока.

Он прижимается своим лбом к моему, глядя мне в глаза:

– Я не хочу, чтобы мы расстались.

Слезы снова наполняют мои глаза.

– Я тоже не знаю. Но...

– Не надо, - останавливает он меня, закрывая глаза.
– Просто... не говори этого. Пожалуйста.

Сжимаю губы вместе, сохраняя правду, которую мы оба знаем. Из уголка моего глаза скатывается слеза. Другая быстро последовала за ней, впитываясь в подушку.

– Останься со мной на ночь, - шепчет он.

Его рот опускается к моему, губы слегка касаются моих.

– Хорошо, - шепчу я.

Наши бедра двигаются друг против друга. Его член, снова твердый, медленно входит и выходит из меня.

– Мне нужно снять этот презерватив. Взять другой, - говорит он, все еще целуя меня.
– Но…

– Я принимаю таблетки, - шепчу я.

Его глаза открываются блестя от похоти.

– Ты уверена?
– он все еще медленно трахает меня.

– Да.

Он протягивает руку между нами, ненадолго вырываясь из меня. Ненавижу его потерю, даже на эти несколько секунд. Он снимает презерватив и избавляется от него.

Затем, глядя мне в глаза, он медленно скользит обратно внутрь меня.

Он горячий, твердый и идеальный.

– Я... я никогда не делала этого раньше. Никогда раньше не занималась сексом без презерватива.

Моя грудь сжимается, поскольку знаю, что он делает это со мной. Что я у него первая.

Он закрывает глаза.

– Господи... ты чувствуешь... я просто... черт, Стиви, - он захватывает мои губы своими и глубоко целует меня. Так же глубоко, как трахает меня.

Шторм хватает мои руки и прижимает их к кровати над моей головой, а затем начинает трахать меня с безрассудной самозабвенностью. Почти неистово. И я встречаю каждый бешеный толчок. Потому что чувствую то же самое.

Этот секс отличается от прошлого раза.

Это дико. Жарко. Лихорадочно.

Как будто мы в огне.

Мои ногти царапают его спину. Он кусает, облизывает и сосет мою кожу. Он заставляет меня кричать. А я свожу его с ума.

И вот так мы проводим остаток нашей последней ночи вместе. Со Штормом голым и глубоко внутри меня, трахающим меня и занимающимся со мной любовью, пока не появится рассвет. А он наступает слишком быстро.

Он притягивает меня к себе, я стою спиной к нему. Шторм обнимает меня своими сильными руками. Его подбородок на моем плече, его рот у моего уха.

– Когда я поехал в тот день, то думал, что убегаю от всего, с чем не могу справиться, - тихо говорит он мне.
– Оказывается, я был чертовски хорошо знаком с дерьмом Джеком. Ехал прямо к тебе, Стиви. И даже если никогда больше не увижу тебя после сегодняшнего дня, я никогда не пожалею об этом. Никогда. Ты - самое лучшее, что когда-либо случалось со мной.

Мои глаза снова наполняются слезами. Чувствую, что в обозримом будущем мне придется много плакать. Сглатываю, пытаясь взять под контроль свои эмоции.

– Я тоже никогда не пожалею об этом, - шепчу ему.
– Даже если у тебя самый дерьмовый вкус в музыке, - конечно, я должна была шутить. Либо так, либо разразиться душераздирающими слезами.

Он смеется глубоким смехом. Чувствую, как он вибрирует у меня за спиной, гудит в ухе и обволакивает мое сердце.

Шторм крепче прижимает меня к себе. Я просовываю свои пальцы между его пальцами, держа его за руку.

Закрываю глаза, чувствуя его рядом с собой.

Когда через несколько часов открываю глаза, его уже нет.

В шкафу не было его одежды.

Его машина исчезла с подъездной дорожки.

Ушел, как будто его здесь никогда и не было.

И, наконец, я не выдерживаю и плачу.

Глава 28

Шторм

«Добро пожаловать в Лос-Анджелес», – гласит вывеска.

К черту Лос-Анджелес. И к черту мою жизнь.

Я никогда не хотел быть здесь меньше, чем сейчас.

Возвращение из Аризоны было чертовски ужасным.

Я чуть не развернулся сто раз и не поехал обратно к озеру Хавасу. Назад к Стиви. Единственное, что меня останавливало - это мысли о Рейзе, Кеше и Леви. Что подведу их.

Не могу их подвести. Они мои лучшие друзья.

А еще мне нужно увидеть Джейка, Тома и Денни. Поговорить с ними. Извиниться за то, что я сказал, и разобраться с этим дерьмом. Вернуться туда, где мы были до того, как все это случилось.

Но если бы этого не случилось, я бы никогда не встретил Стиви.

И если есть что-то в моей жизни, о чем я никогда не пожалею, так это она.

Просто всегда буду жалеть, что оставил ее.

Встать с кровати, выйти за дверь, и сесть в машину было самым трудным делом в моей жизни.

А в свое время я совершил немало трудных поступков. Смотреть, как хоронят мою мать - одно из них.

Слушал радиостанцию восьмидесятых всю дорогу. Так зацепился за ней. Я слушаю дерьмовую музыку, так что могу быть рядом с ней в некотором роде.

Зацепившийся. И жалкое зрелище.

Ясно, потому что я сейчас подпеваю «Glory of Love» и соглашаюсь с каждым чертовым словом, которое поет Питер Сетера⁷⁰.