Напарники

— Ты чего, кровосися недоделанный? — спросила Тиария.

— Хватит это дурацкое слово вспоминать! Не привык я к такому яркому солнцу… — сдавленно ответил Артём. — Тут всё такое яркое… И пейзаж, и здания, и небо…

Тиария с пониманием кивнула, а потом побыстрее потащила Артёма в здание аэропорта. Добравшись до спасительной тени, они пропустили вышедших с ними из самолёта туристов.

— Я и забыла, что ты не выбираешься из мрачной России. Я вот часто бываю на пляже, жаль в одиночестве.

— Мы можем поехать в отель прямо СЕЙЧАС? Мне надо… Ну, подкрепиться для начала… Я себя неважно чувствую.

— А чем ты собрался подкрепляться? — удивилась Тиария и поймала хмурый взгляд Артёма. — Аааа! Открыть разлом в хранилище твоё, я поняла…

— Ты по тише будь с такими словами! — шепотом сказал Артём, подозрительно оглядывая толпу туристов у входа на таможню. Люди галдели на своих родных языках, даже не замечая подозрительную пару.

— Да, поняла я! — фыркнула Тиария. — Кстати, ты будешь рад этой новости — наш отель располагается на побережье города Ираклион! — Чернов в ответ только пожал плечами:

— Мне это ни о чём не говорит, но я полагаю, что солнца там будет не меньше, чем здесь, — пожаловался Артём, пока они шли к очереди.

— Тебе не угодишь! — толкнула его в бок Тиария. — Давай возьмём такси до отеля? Меня вымораживает сама мысль ехать час по жаре в тесном автобусе с этими говорливыми птицами! — Тиария указала на большую группу азиатов, двигающихся в сторону выхода. Люди разного возраста и пола активно говорили на своём языке. Даже не так — орали на родном языке, перебивая звуки турбин самолётов.

— У меня тоже от них уже голова раскалывается. Не думал, что такое возможно, — покачал головой Артём.

Парочка успешно прошла через таможню, получила разрешение на пребывание на острове Крит в течение двух недель, и отправились на стоянку перед аэропортом, где их в прямом смысле атаковали водители такси. Они упрашивали воспользоваться именно их услугами, крича свои предложения на разных языках, среди которых был и русский. Именно русскоговорящего водителя выбрала Тиария, так как чужие языки знала плохо, но беспокоить Артёма языковым барьером не хотела.

По пути у них случился интересный разговор. Бодрый водитель с ходу навешал им всякой лапши на уши, речами прямиком из лицензионного соглашения любого современного приложения, ловко включил счётчик, пожаловался на тяжёлую экономическую обстановку и быстро соскочил с изначальной цены за проезд, которую он предлагал, когда заманивал молодых людей к себе. Артём внимательно слушал его около десяти минут с безразличным лицом, а потом сказал:

— Ты нас развести решил в первый же день нашего отпуска. Я правильно понимаю?

— Брат! Да как можно! Я же вам говорю… — водитель хотел завести свою шарманку про экономическую обстановку повторно, но Артём сделал рукой останавливающий жест:

— Послушай меня внимательно, дружище. У меня сейчас поганое настроение и жуткая мигрень после смены климата. Потому я буду краток — на своей родине я собаку съел на всякого рода аферах, мелком шрифте и банальном разводе лохов. Меня пытаются кинуть каждый божий день. Каждая блоха с усиками думает, что умнее меня. Ты знаешь, что я делаю с теми, кто меня пытается кинуть?

— Эм… Зачем же, сразу, угрожать? Давайте, я лучше вас высажу, и вы найдёте себе другое такси… — тон таксиста быстро поменялся с уверенного на затравленный, когда он увидел в зеркале заднего вида бледное лицо Артёма, глядящее на него уничтожающим взглядом.

— Ты, видимо, не понял, да? — угрожающе спросил Артём. — Я с полпинка раскусил твою «хитрую» схему и хочу тебя наказать за это. Ты думаешь, что легко можешь свалить, раз не вышло нас обуть?!

— Артём. Давай не будем? Тебе денег жалко? У него, наверняка семья… — вмешалась Тиария, но Артём был непреклонен:

— Наличие семьи, родни или собаки — должно как-то оправдывать такое поведение? Нет, мне не жалко для него денег, я бы отдал ему любую сумму в пределах разумного, которую он бы назвал за поездку. Тут дело принципа — ненавижу, когда меня пытаются опрокинуть, считая меня наивным сопливым дебилом. Эй, водила — я похож на того, кого легко обмануть?

— Нееет… Не похожи… Но я хочу заметить, что тут полиция работает хорошо! Если вы мне навредите — они вас быстро поймают! — смело заявил водитель, на что Тиария, и Артём переглянулись и начали смеяться как ненормальные.

— Жулик, которого я могу посадить без специально нанятого обвинителя за одно судебное заседание, да ещё с моими скудными навыками юриспруденции — рассказывает мне про отличную работу полиции! Ти, я щас помру со смеху! — Артём не мог остановить смех. Так глупо и нагло ему ещё никто не угрожал.

— Ты куда это потянулся там? — резко спросила Тиария, когда заметила, как водитель тайком полез за телефоном.

— Ннникуда… — водитель прекратил попытку достать из кармана телефон и занервничал ещё сильнее, потому как до места прибытия оставалась пара минут, а по дороге, как назло, не встретилось ни одной патрульной машины.

— Ты успокойся, лучше, великий комбинатор, — посоветовал Артём. — Единственное, что тебе сейчас грозит — потерять прибыль за поездку. Повторюсь: мне плевать на деньги, мне важнее мои принципы. Хоть какое-то наказание ты должен понести за свои действия. Тут уж не обессудь. Тебя это устраивает?

— Да-да! Всё устраивает! — быстро согласился водитель, и Артём тяжело вздохнул, глядя на его неприкрытое притворство:

— Как жаль… Я искренне дал тебе шанс, но все твои мысли заняты тем, как ты побежишь в полицию на нас жаловаться, а это минус время в отпуске…

— Прошу вас — не надо! — взмолился водитель. Тиария сидела в нерешительности, не зная, чего ожидать от Артёма.

— Останавливайся на обочине, Остап Бендер, — приказал Артём. — И даже не думай вдавить педаль газа в пол! Думал, что я не замечу? Я читаю тебя как открытую книгу, — водитель в миг побелел, но на обочине припарковался. Решил не рисковать. Они пару секунд посидели в машине для нагнетания обстановки, а потом Артём обратился к Тиарии:

— Ти, сотри ему память, и пошли пешком до отеля. Надоел он мне уже…