Наркота
Шрифт:
Курсант забрался в БТР, включил рацию и ровным добродушным голосом передал, что обнаружил, и где. На вопрос о возможных инцидентах ответил, что все прошло мирно. В ответ ему приказали вернуться обратно на станцию, откуда он выехал на задание.
Вскоре весь отряд был в сборе – время вышло. Многим посчастливилось выполнить задание полностью, но первым это сделал Сергей. Преподаватель вывел отряд в поле. Два часа - отбой.
*
Так прошли трое суток. Бегом, ползком, под водой, стрельбы днем и ночью, борьба с танками, прыжки с парашютом, подъем раненого на крышу девятиэтажного здания на время – было все, что можно было придумать.
Лишь однажды приходила полевая кухня и водовоз. На то, чтобы поесть и обмыться дали двадцать минут.
«Выжили» двадцать
*
Сергей просто рухнул на грудь Ольги, когда она выбежала навстречу, услышав открывающуюся дверь.
– Душ, потом спать, - только и смог он произнести. Оля повела его за руку в ванную комнату, не спрашивая, не выдавая свой испуг и волнение ни вздохом, ни излишней суетой.
*
Прибывших разбили на пять групп, по пять человек в каждой. Сергей попал в группу №1. Назначили старшим группы.
Занятия начались в тот же день, учеба сразу вошла в график, но у каждой группы было свое расписание. Ежедневно двенадцать часов на учебу, двенадцать – на отдых. Но изводили частыми тревогами, а выходной был только раз в месяц. Чтобы женатые молодые люди могли прогуляться по территории, сходить по грибы, на рыбалку (на территории имелось много больших и малых водоемов, и многие из них были не искусственные, природные). Особенно ждали этого дня те, у кого были дети – в городке не было детского сада, но всяких детских развлекательных площадок хватало. Вскоре к ним присоединилась и Ольга. Сергей, счастливый и вдохновленный тем, что все разрешилось хорошо и быстро, с двойным усердием взялся за учебу. Теперь у него была настоящая семья.
Занятия по тактике, разведке, диверсионной подготовке проводили, как правило, в составе всего отряда. Но большинство программ предусматривало участие небольшого количества курсантов. Кроме военного мастерства изучали и другие предметы. Тогда со стороны приглашали парапсихологов, ясновидящих, экстрасенсов и даже артистов и уголовников. Вскоре выяснилось, что некоторые курсанты резко выделяются на фоне остальных, у них проявились сверхспособности, граничащие с магией, а, где-то и не уступающие ей.
На занятиях по практическому использованию каббалистических толкований, одному новоиспеченному эзотерику удалось убедить хасида в невозможности достичь высшей мудрости. Согласно учению, «Бог присутствует всюду, каждое явление и событие является непосредственным проявлением Его сущности, а задачей человека является преодоление ограниченности собственного бытия и слияние с божественным светом». Но некоторые ангелы, предположил курсант, обрели дьявольское воплощение, именно потому, что им удалось познать Вселенную, слившись с божественным светом. В пример он привел Вельзевула, чьи деяния прямо противоположны задумкам Отца его, который так и не смог победить свой «альтер эго».
Всех обучали стрельбе из всех видов оружия, вождению современных боевых машин, управлению вертолетами и самолетами всех типов. Какое-то время уделили дрессировке собак и борьбе с ними. Многие освоили гипноз, умение задерживать дыхание на полчаса, уклоняться от пули или менять размеры и форму тела.
Но были и спецкурсы, за провал на которых даже не отчисляли. Избранные научились становиться невидимыми на двадцать-тридцать минут, видеть сквозь стены. Три человека научились создавать своих двойников. Двойники не могли полноценно взаимодействовать с материальным миром, им не давалось даже рукопожатие, но они были способны слышать, видеть, обонять и, мгновенно передавая информацию в мозг своего создателя, могли принимать ответную трансляцию и говорить, отвечать его языком. Такая коммуникация давала большое преимущество, обладатель ее технологии становился поистине бесценным разведчиком, переговорщиком. Среди них оказался и Сергей Рогов. Но всех троих предупредили, что пользоваться этим навыком надо только в самых крайних случаях, потому что в процессе взаимодействия с двойником неизбежно раздваивалось восприятие объективной
реальности, а, следовательно, и сознания. Такое состояние обычно называют шизофренией, так вот и не следует закреплять ее. Из всех навыков, которые давал спецкурс, он не освоил только один – трансгрессию. Лишь один курсант подошел близко к заветной черте, но мгновенное перемещение в пространстве отнимало у него все силы, и дальнейшее его обучение в этой области, в ущерб остальным, признали нецелесообразным.*
В начале лета подошло время сдачи экзаменов по основным дисциплинам. Спецкурсы заканчивались только показательными выступлениями наиболее преуспевших курсантов. Надо ли говорить, что все экзамены по основным дисциплинам Сергей сдал на «отлично»? Он даже установил рекорды школы по танковождению и в снайперской стрельбе из арбалета.
На показательных выступлениях он удивил преподавателей школы тем, что, превратившись в невидимку, преодолел кирпичную стену высотой около трех метров, вынул у часового свободной смены пистолет и вернулся. Когда он принял нормальный видимый облик и поднял вверх добытое оружие, все просто ахнули. О наказании охранника никто даже не подумал – его обезоружил сверхчеловек. А то, что это был сверхчеловек, все знали уже давно.
Членов семей не допускали на экзамены, тем более, на показательные выступления курсантов, добившихся результатов на спецкурсах. Ольга ничего не видела, но узнав, что все кончилось замечательно, вынула из холодильника тайно приготовленный преогромный торт, а из минибара, который открыла второй раз за весь год, достала бутылку шампанского. Они тут же наполнили бокалы, выпили, принялись за торт, потом опять налили вина. Ночью вышли на поляну, в центре которой уже собирались участники годовой эпопеи. На выставленных столах стояли чаши с фруктами и необыкновенное множество бутылок с винами и коньяками. Они продолжили шампанским. Несколько раз грохнул салют. Все присутствующие, чокаясь, болтали ни о чем и громко смеялись. Выступили начальник штаба и командир учебки. Их тоже поздравляли, и каждый норовил чокнуться и выпить с ними. Лишь молодые мамы нет-нет, да исчезали на некоторое время.
Наутро было тяжело. Выпив по бокалу вина, Оля и Сергей проспали весь день. Даже к дочке Оля подошла всего-то пару раз. К отъезду готовились ночью, тихо, без разговоров, чтобы не разбудить маленькую дочь.
Вечером следующего дня старенький «Пазик» доставил их в аэропорт Кубинка.
*
Самолет взревел двигателями на прощание и остановился. Сергей выглянул в иллюминатор. Никого из встречающих он не заметил. Только генерал стоял в стороне от «рулежки», понуро опустив голову. Сергей сразу заметил его и быстро подошел, изображая строевой шаг, отрапортовал:
– Товарищ генерал, лейтенант Рогов прибыл в ваше распоряжение для прохождения дальнейшей службы.
– Здравия желаю, лейтенант, - уставшим голосом прогудел командир. – Я поздравляю тебя. Но есть две очень плохие новости.
– Давненько новостей не слыхал.
– Все шутишь. В штабе я расскажу тебе о них. Оказывается, мы многого не знали. Пошли, заодно обмоем звездочки. Они двинулись вдоль поля, миновали казарму, на подходе к штабу к ним присоединился начштаба полковник Кулябин. Видимо, вся встреча была распланирована заранее. В кабинете командира расположились у края большого голого стола. Генерал достал из холодильника пару запотевших бутылок, банку соленых огурцов. Нарезал колбасы. Затем сел на свое место, наполнил стакан с щербинкой на краю.
– Давай звезды, - он осторожно принял их, торжественно опустил в полный стакан. – За твои успехи, Рогожин. Первый – за бывшие.
Он выпил, налил опять полный. Подвинул к полковнику:
– Скажи ты хоть что-нибудь. Я не умею.
– Да все ты уже сказал, Савельич. Молодец наш лейтенант. Заслуженно получил, за это и выпить не грех. – Он тоже выпил до дна.
– Я не знаю, Сергей, чем ты там в спецшколе занимался, нельзя спрашивать, – сказал генерал Сердюков, наполняя водкой знаменитый стакан. На дне поблескивали две маленькие золотистые звездочки. – А вот, что в стране творится, знаешь?