Наседка

Один-ноль в ее пользу.

Январь 1997-го

Бах! МП-шка толкает меня в плечо, а в середине мишени появляется дырка. Бах! Бах! И мишень расцветает еще двумя пулевыми отверстиями. Кайф!

– Да ты снайпер, Синдзи.
– Макото, теткин ухажер, оторвался от бинокля и с удивлением посмотрел на меня. Сорок восемь из пятидесяти.
– Он удивленно покрутил головой.

– Повезло, - честно признался я.
– По движущейся мишени результаты сильно хуже будут.

– Вот это мы сейчас и проверим, - ухмыльнулся мужик, откладывая в сторону бинокль и направляясь к стоящему в отдалении администратору.

А началось все с банального желания тетки прикупить мне очередную рубашку. Мы отправились в выходные бродить по магазинам, а Макото, естественно, сразу упал на хвост, не желая выпускать свою зазнобу из поля зрения даже на денек. Зря он это сделал. Поход ожидаемо завершился только к вечеру: Таки, как и большинству женщин, безумно нравился сам процесс рассматривания и примерки шмоток. То, что в качестве манекена выступал родной племянник, а не она сама, только раззадорило японку. В куклы, что ли, в детстве не наигралась?

Когда начало темнеть, и идейная вдохновительница странствий согласилась отправиться домой, обреченное выражение лица влюбленного вояки успело стать вполне привычным зрелищем. Что уж говорить обо мне, изначально не имевшем никакого стимула столь бездарно растрачивать свободное время.

По счастливой случайности, обратный путь проходил не очень далеко от тира. Да и время на самом деле было не слишком позднее - часовая стрелка только-только подползала к пяти. Так что попрощавшись со "взрослыми", я сбежал выпустить пар. А превратив то ли седьмую, то ли восьмую мишень в рваный кусок бумаги, обнаружил недавно оставленную на улице парочку буквально у себя за спиной. Им, видите ли, любопытно стало!

Сдержать первый порыв обматерить всех и вся удалось. Но оставшийся вечер я выплескивал на окружающий мир свое раздражение, сетуя на невозможность найти в Японии нормальный тир с настоящим оружием. Макото проникся.

Мои стенания настолько впечатлили мужика, что неделю спустя он привел меня на закрытое стрельбище для бывших военных, вневедомственных охранников и тому подобных людей. Администратор неодобрительно на нас покосился, но предъявить паспорт не потребовал - видимо, в свои семнадцать я уже выглядел достаточно взрослым. Да и теткин ухажер не спешил отходить в сторону, оставляя "ребенка" без присмотра. Так и стоял в какой-то паре метров за спиной, посматривая в бинокль на покрывавшиеся пулевыми отверстиями мишени. Хорошо еще через плечо не заглядывал.

Но я все равно был ему благодарен. Особенно с учетом того, что заведение оружия не предоставляло, и саму МП-шку вместе с патронами к ней Макото привез с собой. Щедро отмахнувшись при этом от предложения возместить ему потраченные на боеприпасы деньги.

– Давай, Син. К барьеру, - хмыкнул вернувшийся лейтенант.

– Всегда готов, - отозвался я, заменяя магазин.

Слева выехала мишень. Бах! Бах! Бах!..

– М-да, - только и произнес Макото, изучая результат моей стрельбы.
– Я, по сравнению с тобой, просто мазила. Не хочешь вступить в ряды сил самообороны?

– Не очень. Ниндзя в армии не готовят, в диверсионные подразделения вчерашних школьников не записывают, а прочие специализации мне в университете не пригодятся.

– Эм-м... Стесняюсь спросить. А чем тебе пригодится в университете искусство ниндзя?

– Как чем?
– удивился я.
– Общежития-то раздельные. И на территорию женского в ночное время парней не пускают. Так что без навыков скрытного проникновения в студенческой жизни никак.

Макото захохотал, согнувшись пополам и размазывая кулаком выступившие слезы. Я с улыбкой наблюдал за этой детской непосредственностью. Нормальный ведь мужик и шутки правильно понимает, а к тетке прикоснуться лишний раз боится. Как школьник, ей богу.

– Ой...
– Он кое-как восстановил дыхание.
– Насмешил, Синдзи. Обязательно друзьям расскажу. Диверсионных операций не обещаю, но выезд на природу обеспечу. Поучим тебя правильно прятаться.

Март 1997 – го

Очередной учебный год подходил к концу. Визит к стенду с оценками давно стал привычным ритуалом, не вызывающим никаких эмоций. Ведь какая, в сущности, разница девяносто у меня средний бал или девяносто два, если и то и другое позволяет без проблем поступить в Токийский университет? При условии успешно сданных вступительных экзаменов, естественно. Пришел, увидел, привычно подколол Катцу, не менее привычно возмутился гениальностью Мутанта и пошел провожать Мики домой, помахивая двумя портфелями.

Кстати, о портфелях. Любовь японцев к ритуалам несколько раздражает. Особенно когда выливается в полнейшую бессмыслицу. И если стандарты школьной формы я еще мог понять, то портфели... Вот зачем, скажите на милость, мы таскаем в руках эти недоделанные чемоданы, когда на свете существуют рюкзаки и ранцы. В том числе детских модификаций. Но нет, те же самые школьные стандарты предписывают ходить на занятия исключительно с портфелем. Извращение.

– Слушай, Син, - как-то неуверенно произнесла Мики, поглядывая на меня искоса.
– По поводу вашего робота...

– Он уже действительно пылесосит, - поспешно заявил я, заранее защищаясь от предстоящих обвинений. В последнее время девушка была не слишком довольна тем, сколько моего времени тратиться на возню с проектом. Точнее тем, сколько этого самого времени остается на ее долю.

– Я не о том, - отмахнулась Нигоесо.

– А о чем?

– Просто как-то упомянула при отце о твоем увлечении, и он вдруг им заинтересовался.

– И что?
– Родитель Мики вроде работал каким-то менеджером, а не инженером или программистом, поэтому особого желания обрести зятя-изобретателя у него возникнуть не должно.

– Папа сказал, что в их компании разрабатывают точно такую же штуковину, только занимается ею целый отдел.

Вот это номер! Я даже остановился, огорошенный новостью. Девяносто седьмой год на дворе - до продаж первого робота-пылесоса еще лет пять, если не больше. Понятно, что проектировать устройство начали задолго до выпуска, но не настолько же?!

– Где, говоришь, твой папа работает?
– осторожно поинтересовался я.

– "Хитачи".

Черт! Плакала очередная мечта разбогатеть - тягаться с крупной компанией у меня не выйдет в любом случае. Даже если они создадут свое устройство позже меня, оно все равно будет гораздо популярнее - рекламу ведь никто не отменял. И запатентовать изобретение до наступления совершеннолетия не получится. Да что за жизнь такая?!

– Папа хотел бы посмотреть на твоего робота, если можно, - осторожно произнесла Мики, видимо, впечатленная отразившимися на моем лице эмоциями.

– Да чего уж теперь, - обреченно вздохнул я.
– Покажу. Пусть заглядывает в гости.

– Он может помочь продать твое изобретение компании.

– Думаешь?
– Призрачный луч надежды заставил рефлекторно прикинуть, сколько удастся стрясти с "Хитачи" хотя бы за программную часть устройства. Выходило не так уж и мало. Во всяком случае, с дополнительной подработкой на студенческую жизнь должно хватить. Мысль о возможности скинуть бремя зависимости от родительских средств согрела душу.