Наследник

К сожалению, далеко не всегда можно было предугадать, какой закон окажется запечатлён на кристалле, очень уж часто практики получали концепции не связанные на прямую с их жизнью. Человек проживший всю свою жизнь у воды, оказывался связан с законами огня, а практик из лесной страны получал себе концепцию металла.

Очень уж многое тут зависело от банальной удачи. И иногда что-то уникальное, по типу времени, могло оказаться настоящим проклятьем, ведь для обычного воина подобные сложные и редкие навыки найти было просто невозможно, даже в сильнейших фракциях Внешних и Внутренних земель.

С открытием концепций практику открывались новые возможности по изучению специализированных техник, а также прямые манипуляции самой концепцией. Хотя, конечно, возможности этих манипуляций напрямую зависели от способностей и таланта человека. Если вспомнить того же убитого культиста зелёного ранга, он ничего из подобных манипуляций показать так и не сумел.

Если говорить про самого Айдена, то он взял с собой с территории обучения сразу с десяток свитков техник на основе нескольких концепций, которые ему выдал глава области. Огненные, земляные и пара металлических. И на этом всё.

Со слов старика, большую часть техник с использованием стандартных концепций, по какой-то причине забрали за несколько недель до закрытия территории. С чем это было связано, он не знал. Так что Айдену оставалось надеяться, что ему повезёт и достанется какая-то простая стихия.

Как обычно, перед тем, как полностью погрузиться в тренировки, он с помощью массива цитры запечатал комнату, и лишь только после этого занялся делом.

Усевшись на кровать в позу лотоса, он погрузился в медитацию, практически мгновенно увидев перед своим мысленным взором свой «духовный кристалл», вокруг которого уже начала формироваться дымка энергии, что в мысленном пространстве светилось слабым зелёным светом. Тем самым, что в будущем окрасится весь кристалл при взятии ранга.

Собственно, именно потому он и назывался зелёным, так как духовная сила в кристалле сконденсируется настолько, что во внутреннем взоре будет окрашена этим цветом.

Мысленным усилием Айден зачерпнул вокруг себя природную силу, начав аккуратно вливать её в своё средоточие. Торопиться тут нельзя, а он и так уже давно не занимался практикой, пропустив почти неделю медитаций. Сейчас нужно нагонять, так что придётся немного пожертвовать сном.

Так начались будни тренировок Айдена. Вечер и часть ночи уходили на медитации и укрепление «духовного кристалла», для будущего безопасного прорыва, утром он отправлялся в «Старую подкову» в надежде, что от Талии будут известия, а всё остальное время тратил на практическую часть работы с техникой «Семи шагов» и гармонией меча, специально для этого выбираясь в один из залов боевых искусств, находящийся рядом.

Не забывал он и про свои тренировки в игре с цитрой, каждый день перед сном практикуясь в музыке. И именно последнее, неожиданно для самого Айдена, сделало его популярным в стенах тулоу.

Наставница цитры никогда не хвалила его. Каждый раз, исполняя ту или иную композицию, максимум, чего добивался Айден — это комментария «нормально» и плюсом к этому целый ворох замечаний. Вот и получалось, что он никогда не считал своё умение играть на цитре чем-то интересным для других. Как выяснилось, это оказалось не совсем так.

В первый вечер своего проживания в тулоу, Айден подхватил прямоугольный футляр с цитрой, спустился на первый этаж общежития, но вместо того, чтобы выходить из здания, направился во внутренний двор. Он легко договорился с хозяином тулоу насчёт музыкальной практики, правда, с двумя оговорками.

Ему разрешено заниматься максимум до полуночи, если будет хоть одна жалоба со стороны других жителей общежития, Айден будет искать другое место для своей практики. В сущности, ничего такого особого в этих условиях не было, он в любом случае не собирался устраивать концерты на весь внутренний двор.

Помимо места для умывания с колодцами, расположенными по краям свободной площадки, посередине был разбит ещё и небольшой сад с самыми настоящими деревьями, несколькими скамейками и маленьким прудиком, выложенным по краям ровными круглыми камнями.

К счастью, когда Айден добрался до сада, людей там почти не было. И только одну из лавочек, накрытую густой кроной ивы, облюбовала парочка влюблённых, на парня они не обратили никакого внимания, что понятно.

Он проследовал к дальней скамье. На то, чтобы вытащить из футляра цитру и пристроить себе на колени, у него ушла пара мгновений, руки замерли на струнах, а сам Айден закрыл глаза, прислушиваясь к себе.

Он хорошо помнил наставления мастера павильона Звука: отрешиться от мира, представить себе мелодию и то, что она в себе несёт, погрузиться в эти эмоции и после того, как они наполнят душу выплеснуть их в форме музыки.

Непростая задача и в бою совершенно нереализуемая, если только не обладаешь способностями и опытом наставницы, конечно. Именно поэтому практик Звука и должен постоянно тренироваться. Даже без вплетения в мелодию духовной силы.

Пальцы Айдена легко коснулись струн, извлекая первые, едва слышные звуки. Словно капли росы, что срываются с листьев, мелодия начала своё неспешное течение.

Он не стремился к чему-то конкретному, позволяя музыке литься свободно, следуя за чувствами, что наполняли его душу. Тоска по пропавшему отцу, волнение о друзьях и предстоящих испытаниях, решимость стать сильнее — всё это сплеталось в причудливый узор звуков.

Струны пели под его пальцами, то взмывая ввысь пронзительной нотой, то опускаясь до едва слышного шёпота.

Айден чувствовал, как окружающий мир словно замер, прислушиваясь к песне цитры. Даже ветер, что раскачивал ветви деревьев во внутреннем дворике, казалось, притих. Влюблённые на дальней скамейке давно перестали перешёптываться, заворожённые льющейся музыкой.

В какой-то момент он ощутил, как в мелодию начала вплетаться тончайшая нить духовной энергии. Не та мощная сила, что использовалась в боевых техниках, а что-то более тонкое и изящное. Она окрашивала звуки в едва уловимые оттенки серебра, добавляя им глубины и объёма.

На стенах появились первые слушатели — жители тулоу, привлечённые необычными звуками. Они замирали у окон и на галереях, боясь пошевелиться, чтобы не спугнуть волшебство момента.

Мелодия постепенно затихала, растворяясь в вечернем воздухе последними замирающими нотами. Когда пальцы Айдена замерли над струнами, он не сразу открыл глаза, позволяя отзвукам музыки растаять в тишине.

Медленно он открыл глаза и выдохнул. И только сейчас заметил, сколько людей собралось во внутреннем дворе. Они стояли молча, не решаясь нарушить волшебство момента, пока кто-то не начал негромко хлопать. К неизвестному присоединились один за другим остальные и всё это складывалось в настоящие овации. А Айден с удивлением смотрел на, казалось бы, невозможное — признание его музыки другими людьми.

Глава 28

Поначалу Айдена сильно сбивало внимание со стороны других людей к его музыке, особенно если это были практики, подчас очень сильные, но со временем он научился абстрагироваться от внимания сотен взглядов. А в этом тулоу, особенно сейчас, когда до экзаменов оставалось не так уж и мало времени, собралось больше четырёхсот разумных.