Настя

Захожу в тёмный номер. Колобок, источая сивушные масла, сопит в две дырочки. Серёга… Хренасе! И Элиночка здесь. Киваю, высунувшей нос из под одеяла девушке. Серый, откинув общее одеяло встаёт, и тянется за графином. Девушка запоздало запахивает раскрытую бесстыдником не обременённую одеждой фигуру.

— А мы думали ты того, — допив воду говорит Казанова, — Не придёшь… Трэнэр вспоминал тебя. Так что будь готов…

Я отдав пионерский салют, подмигнул смущённой Элине, и спросил спортсмена не прикрытого фИговым листком:

— Вы уже всё. Я могу покурить минут десять-пятнадцать.

Амосов по-колобковки протупил:

— Ты же не куришь. (Элина хмыкнула над дружком)… А-а. Ты про это. Не… всё нормально. Да, Элин? Два раза. Я же не мальчик… Вот утром…

Он распахивает одеяло. Застывает на пару секунд. Поворачивается всем корпусом, кивает вниз и просит печально:

— Юрок, покури полчаса… Видишь, что она со мной творит.

Хмыкаю, застегнув рубашку, вспомнив свой второй заход на цель в стогу. Подхожу к испуганной дежурной. Подняв руку с раскрытой ладонью, говорю:

— Я не маньяк. Газетку можно… Очень хочется новости узнать. Не дотерплю до утра.

Девушка, не поняв сарказма, быстро двигает ко мне стопку прессы. Так, что тут у нас. Читаю заголовки: «В честь сессии Верховного Совета СССР», «Выполнили пятимесячный план», «Всесоюзное совещание по технике безопасности», «Лауреаты Сталинских премий». Все эти понятия исчезнут в новой России. (вздыхая, открываю разворот вчерашних «Известий»). «Двурушническая политика английского правительства», «Американская колонизация Японии», «Сводка о победах северокорейской армии». О, а вот это интересно…

Доблестные воины Северной Кореи за время двухнедельного наступления вышли на линию Кунсан-Тэджон-Андон. Большая часть Южной Кореи освобождена, и вскоре начнёт строить справедливое коммунистическое общество. У богачей отберут награбленное и вернут многострадальному народу. Пособники японских милитаристов и лизоблюды клики Ли Сын Мана прячутся в южных портах под защитой войск союзников. Мы верим, что уже скоро Красное Знамя победы будет реять над всем Корейским полуостровом.

А я вот думаю, что через недельку наступление Северных окончательно выдохнется… Сумеет ли Василий Иосифович убедить Генштаб в необходимости отхода? Куда попадёт Настя? Тыловой Сеул как мне помнится будет на острие американского удара.

Из комнаты выходят довольные Амосов и Быстрицкая. Элина кивает мне, а Серый бросает дежурной:

— Чайку сделайте. Через десять минут вернусь.

Дежурная привыкшая к ночным завихрениям гостей, включает электрочайник.

«Красный Выборжец» опознаю я, чуть не убивший меня в детстве током, электроприбор.

Пьём чай с Серёгой. Он рассказывает, как Гайоз Иванович танцевал лезгинку. Как матёрые киевляне увели у Колобка Веру и наш юный друг с горя нажрался. Как Амосов вместе с Верой Васильевой тащил этого дятла в номер. Потом рассказывал целый час о своих вчерашних и сегодняшних любовных приключениях из которых стало ясно, что Элина — просто огонь. А я вот в двух предложениях сказал, что Лида — типа тоже ничего… И, ставя точку в ночном бдении, зажмурившись, отчаянно зевнул… Время было позднее(точнее раннее). Я поправил напольный тазик у кровати Колобка и выключил свет…

28 мая 1950 года.

На вокзал провожать новых друзей прискакала Лида. У неё не было съёмок, а вот Элину и Веру, заменившую заболевшую однофамилицу загрузили по полной. Шувалов заценил девушку и прошипел:

— И где ты таких принцесс находишь?

Трэнэр, вспомнив моё вчерашнее недоприкрытие, лишь протянул «Э-э-э» и махнул на меня рукой. Помощник по политчасти напомнил, что завтра перед тренировкой политинформация. Придут кураторы из ЦэКа, чтобы без всякой отсебятины.

А я то думал, что он и не читает мои писульки. Ан, нет… Нужно быть поосторожнее…

Колобок, вздрагивая от резких звуков, хоть и не отошёл от бодуна, но натурально изображал раскаяние перед командой вновь увидевшей его алкоперебор. Он, вероятно, в своих мечтаньях извинялся и перед отсутствующей артисткой Верой, с которой он успел вчера потанцевать лишь два раза. Объявляют посадку. Лида ещё раз убеждается, что я правильно записал её московские координаты, сама записывает телефон общаги. Поглядев по сторонам, быстро целует меня и говорит:

— Жаров, ты хоть и дурак… Но, такой классный. Столько приключений за два дня у меня никогда не было.

Целую девушку на прощание и запрыгиваю в трогающейся поезд.

Амосов с Анисимом уходят на чемпионат по подкидному дураку, Васечка заваливается на полку, продолжая нелёгкую борьбу с интоксикацией организма, а я раскладываю газеты и переписываю интересные новости. Вот, часть из них:

— Западная Германия. Немецкие промышленники призвали правительство ФРГ восстановить торговлю с Восточной Германией.

Эту идею нужно Булганину подкинуть… Ну, если спросит…

— Крым. В этом году будут введены в строй новые крупные здравницы в Ялте, Алуште, Алупке, Феодосии и Евпатории. Пионерский лагерь «Артек» реконструируется полным ходом. Здесь на большой территории будут созданы три самостоятельных лагеря. Расширяется Ялтинская набережная, строится Приморский бульвар. Начато строительство туристических баз. Разбиваются новые парки и высаживаются сады и рощи. Государство выделяет на превращение Крыма в лучшую здравницу мира миллиарды рублей…

— Американскому плану Шумана-Аденауэра дан зелёный ход. Началась интеграция промышленности Западной Европы.

— Восточная Германия. Американские самолёты сбросили контейнеры с колорадским жуком на территорию ГДР. Этот неслыханный факт необъявленной войны обсуждается в прессе всех стран социалистического лагеря.

— Ленинград. На Крестовском острове завершается строительство крупнейшего в мире стадиона имени С.М.Кирова. На торжественном открытии 30 июля сыграют местные команды «Зенит» и «Динамо». Сто тысяч зрителей смогут наблюдать за соревнованиями с трибун стадиона.

Ну, это они загнули. На «Уэмбли» народу побольше собирается. Да и барселонский «Камп Ноу», что я видел в восьмидесятых… Хотя, испанцы своё чудо, наверное, пока не построили…

Начитавшись прессы, прилёг по примеру Колобка, бороться с недосыпом организма. Сон не шёл, а под перестук колёс в голову лезли мысли о кончине СССР. Когда начался процесс точно не ясно. Но, закончился он с провозглашением ГКЧП в 1991-м. Этот театр по защите СССР было смотреть смешно и страшно. Потом через годы сложилась картина: вокруг раненного великана собралась стая шакалов и ждут. Не нападают. Потому, как истекающий кровью титан может дать ответку. Нужно было, чтобы он упал. «Защитник Союза» — ГКЧП и подсёк сухожилия великой стране, и тихо слился через три дня. Не было у путчистов настоящего вожака типа Сажи Умалатовой, показавшей в 1990 году, что она готова за СССР идти на амбразуру… https://youtu.be/qi4hXv66URU?t=1