Науа-Ацтек

Часть пленников привели к некоему деревянному постаменту, на котором прямо сейчас украшенный цветными перьями мужик вырезал очередной жертве сердце. Рядом с постаментом уже лежало несколько десятков окровавленных жертв, которым другой пернатый мужик сноровисто отрезал головы каменным ножом.

Это войско жестоких язычников — вот какой вывод сделал Кумби. И его новые попутчики по тернистому и длинному пути жизни должны узнать об этом.

Обратно чернокожий шёл быстро, так как теперь не нужно следить за возможными остановками вражеских разведчиков.

Вернувшись в деревню Бормочущий ручей, Кумби тут же направился вигвам к военному вождю.

— Плохой человек... Не человек, воин... Плохой воин... — начал подбирать слова Кумби. — Нет, злой воин... Нет, не злой... А, точно, вражеский воин, много. В сторону заката, мало идти.

— Авойели или Атакапа? — вождь, известный Кумби под именем Антимэн, насторожился и встал со шкур.

— Не походить. — покачал головой чернокожий. — Чужаки. Совсем.

— Сколько? — уточнил вождь.

— Эм... — Кумби начал вспоминать цифры. — Тысячи. Очень много.

— Не может быть! — не поверил ему Антимэн. — Ты плохо говоришь на натчез — поэтому ошибся с числом вражеских воинов.

Дела с языком у Кумби продвигаются ни шатко, ни валко, просто продвигаются. Он уже здесь полтора месяца, заприятельствовал с некоторыми из этих дикарей, а чтобы оправдывать своё существование он подрядился тренировать местный молодняк следопытству. Ну и в разведку время от времени ходил. Исключительно на добровольных началах.

Так-то он натчез не особо нужен, просто их впечатлило, что он в одиночку перебил отряд преследователей от чокто, а следовательно является могучим воином. Конечно, их настораживает

— Отправить другого разведчика. — предложил Кумби. — Почему ты не отправить вообще кого-то?

— Зачем? — спросил в ответ вождь. — Мы ни с кем сейчас не воюем, топор войны с чокто захоронен на священном холме. Больше никто не должен приходить с войной.

— Это не чокто. — покачал головой Кумби. — Это чужаки. Много чужаки.

— Сотня? Ты хотел сказать сотня? — уточнил Антимэн.

— Тысячи. — ответил Кумби. — Не ошибиться.

— Я вышлю разведчиков. — решил Антимэн.

— Выслать. — согласился Кумби. — Но поторопиться. Они узнать о поселении, их... ходить... Как сказать человек, ходить и тихо смотреть на вражеский земля?

— Лазутчик. — отвлечённо сообщил ему вождь, в это время думающий о чём-то своём.

— Их лазутчик приходить близко-близко к поселение, видеть сколько воин, знать, сколько человек. И знать, что защита нет. Скоро их много воин быть тут. Поторопиться. Надо.

— Поторопимся. — заверил чернокожего вождь.

Кумби же привычно откланялся по всем правилам мавританского этикета, чем вызвал недоумение у Антимэна, а затем направился в свой вигвам. Там он собрал все свои немногочисленные пожитки и посоветовал сделать то же самое принявшей его вдове, Украшенной мехами, или Кэсе. У Кэсы двое детей, оставшиеся от погибшего в прошлую стычку с чокто мужа. Никаких плотских отношений у него с ней не было, но их и не предполагалось: старейшины решили, что не пристало ему в мирное время жить как в походе, ухаживая за собой самостоятельно. До обзаведения собственной женой, коих натчез по ситуации брали в походах на соседние племена, Кумби выделили Кэсу, которая готовит ему еду и поддерживает очаг в вигваме. Жаловаться грешно, поэтому Кумби не стал.

Примерно два часа чернокожий сидел как на иголках, а потом по поселению пробежались посыльные воины и донесли до всех новость, что нужно срочно брать только самое ценное и следовать за вождём — враги очень близко.

Кумби опасался, что придётся ждать часами, пока всех уговорят, пока все соберут вещи, но... Селянам на сборы потребовалось совсем немного времени, где-то меньше часа.

Вигвамы были оперативно собраны и распределены между жильцами, посевы безжалостно выкорчеваны. То, что нельзя было унести — уничтожили.

— ... вождь принял такое решение. — услышал Кумби разговор двух стариков, которые пересыпали зерно из льняного мешка по кожаным торбам. — Я долгого пути не вынесу, придётся по дороге отойти и помереть...

— Это да... — признал второй старик. — Такова жизнь...

— А можно ведь не тратить чужого времени и уйти сейчас? — вдруг озарился первый старик.

— Давай. — согласился второй старик. — Но надо ведь ещё жену с собой брать?

— Ага... — ответил на это первый старик. — Придётся...

Костры не тушили: как можно дольше враги должны считать, что в поселении кто-то обитает.

Кумби пронаблюдал как процессия простых жителей медленно уходила из своих домов. Хмыкнув он дал знак Кэсе, которая кивнула в ответ и повела своих детей вслед за остальными.

Иногда жизнь подкидывает такие обстоятельства, что их невозможно преодолеть. И остаётся только одно: бежать. Чернокожий подумал, что, видимо, это его судьба.

//Лагерь ацтеков. Шатёр военачальника//

— Боги удовлетворены? — спросил Намакуикс I у собравшихся в походном шатре жрецов.

Сам он не особо любил жертвоприношения, считая, что пленные могут принести куда большую пользу, чем лечь обглоданными костями в яме для отходов. Но обстоятельства вынуждали его потакать желаниям жрецов, которые всё ещё сохраняли своё влияние среди простых воинов.

— На сегодня крови достаточно. — степенно кивнул Толтекатл, главный жрец бога Тонатиу. — Но наши покровители будут недовольны, если завтра мы не принесём достаточно жертв. Не знаю, насколько долго будет длиться их терпение... Знамения...

— В селении, которое мы атакуем завтра, достаточно людей. — прервал его Намакуикс. — Боги будут удовлетворены.

К несчастью, когда они бежали из Теночтитлана, к ним прибилась группа жрецов, хотя без них было бы намного легче в пути. Не пришлось бы вечно останавливаться на захваты местных жителей и ритуалы жертвоприношения.

Эти бесконечные остановки замедляли их путешествие на север, но это ладно, главное — эти края не могли прокормить тридцать пять тысяч воинов.

Решение нашлось быстро: в пищу пошли принесенные в жертву пленные. Многие сотни отловленных дикарей умерли на деревянном алтаре, который уже насквозь пропитался кровью и почернел. С одной стороны, жречество хоть как-то смогло оправдать каннибализм, но с другой стороны Намакуикс не нуждался ни в каких оправданиях своих решений: он здесь военачальник, а под его началом находится большей частью армия, а не только непонятливые граждане. Едят человечину и будут есть, пока не встретятся нормальные места, которые не будут напоминать бесплодную пустыню или гнилые болота.

Намакуикс решил, что в будущем нужно будет разобраться со жречеством, которое всё ещё живёт по-старому. Но времена изменились, изменились земли, изменилось всё.

Завтра будет взят примерно десяток мелких селений, их припасы будут использованы для удовлетворения вечного голода войска, а кровь жителей утолит вечную жажду богов. Само собой, обескровленные жители тоже не «пропадут даром»...

Намакуиксу меньше всего нравилась в этом сверхдальнем походе резкая смена климата. В самом начале был привычный климат, затем становилось жарче, а следом температура начала падать, стало душно, влажно, а потом начались эти проклятые болота, где даже организация лагеря становится той ещё неразрешимой задачей.