Навлекая беду

Заставив ноги шевелиться, Энн перешла к столу. Аккуратные вырезки все с тем же процессом «Чипстера» были разбросаны по пластиковой поверхности. «В ЗАЛЕ СУДА ПОЯВИЛСЯ ОБНАЖЕННЫЙ МУЖЧИНА», — гласил один заголовок. Энн отшатнулась. Перебрав статьи, она обнаружила, что Кевин, похоже, просматривал все газеты. У него не было пропущено ни одного упоминания о «Росато и партнерах», собрана информация об отдельных юристах, даже о Дитсах. Энн взяла одну запись в руки. Она была найдена в Сети и распечатана на цветном принтере. Как это Кевину удалось? Отодвинув вырезки в сторону, Энн обнаружила погребенный под ними лэптоп с подключенным принтером «Хьюлетт-Паккард».

— Привет! Занесите в протокол, дамы: хранение краденого.

Джуди прошла вдоль кровати и подняла одну из газет.

— Глянь-ка. Это карта города с отмеченными улицами. — Включив дешевую лампу у кровати, она изучила план. — Дом Энн, офис, суд. Удивительно, но факт.

Энн стало зябко.

— Я не хочу проходить через это вновь…

Она говорила от всего сердца и тем не менее как-то невпопад.

Джуди подняла глаза, и карта в ее руках сложилась по сгибам.

— Думаю, на этот раз речь идет не о тебе, — сказала она, и ее накрашенное лицо стало серьезным. — Здесь также обведен дом Бет Дитс на Пауэлтон-Виллидж, а рядом с кружком на Пятнадцатой улице надпись: «Здесь Бет обедает».

— Ты о чем?

Энн прошла к кровати. Джуди держала фото Дитсов, выходящих из здания суда после ходатайства.

— Здесь много фотографий Бет. Даже с сайта для поиска одноклассников. Возможно, он ввел ее в поисковую систему, представившись ложным именем.

— Я знаю этот сайт, — сказала Энн, просматривая фотографии. — Ты права. Снимков Бет Дитс здесь не меньше, чем моих, хотя он искал на том сайте и мое имя тоже.

Джуди уже собиралась положить фотографию обратно на постель, но остановилась на полпути:

— О Господи, посмотри сюда!

Она взяла другую фотографию Бет Дитс и показала ее подругам. Там лицо Бет было обведено красным сердечком. Энн окаменела. Она только теперь вспомнила.

— С моими фотографиями он делал то же самое.

Джуди развернулась:

— Энн, что происходит? Теперь, когда ты мертва, он влюбился в Бет? Похоже, парень переключается или что-то в этом роде.

— Эротоманам свойственно переносить страсть на кого-то еще. — Энн почувствовала дрожь где-то внизу позвоночника, которая поднималась все выше. — Если Кевин считает, что убил меня, то он мог постараться про все забыть. И возможно, теперь он решил преследовать Бет Дитс.

— То есть он влюбился в нее.

Энн кивнула:

— Да, только природа синдрома де Клерамбо другая. Все наоборот, помните? Кевин — эротоман, и он уверен, что Бет Дитс в него влюблена.

— Она же замужем, — сказала озадаченная Джуди, и Энн постаралась объяснить необъяснимое:

— Не важно. У него мания. Реальность не в силах разрушить иллюзии — только запретительный приказ. И нам известно, что брак Дитсов — не самый прочный на свете. Возможно, Кевину об этом известно. Перед тем как пригласить меня на свидание, он долго за мной наблюдал. Кстати, я узнала об этом только в суде. Он преследовал меня месяцами, а я и понятия не имела.

— Такое может происходить, даже если они ни разу не встречались? — спросила Джуди. — Я имею в виду, что Бет Дитс наверняка не знакома с Саторно.

— Без разницы. Так было и с эротоманами, преследовавшими Мадонну, и Мартину Хиггинс, и Мэг Райан. Мужчина, убивший ту телеактрису, Ребекку Шеффер, тоже так думал. У него был синдром де Клерамбо.

— Просто жуть, — сказала Мэри. Подойдя, она похлопала Энн по плечу, хотя Мерфи и не поняла — успокаивает ее подруга или сама ищет утешения.

Энн осматривала комнату и представляла, что у Бет Дитс впереди, так ясно, будто обладала даром ясновидения. Сначала будут приходить письма по электронной почте, потом — свидания, розы, записки, карточки, телефонные звонки, подарки, неожиданный стук в дверь — в любое время дня и ночи. А закончится все может наведенным на нее дулом пистолета. Энн изо всех сил старалась не расплакаться.

— Раз Кевин Саторно на свободе, жизнь Бет Дитс в опасности. Вопрос в том, что нам стоит предпринять.

— Сообщим в полицию, — ответила Джуди. — Это ясно.

— И еще расскажем самой Бет Дитс, — добавила Мэри. — Это тоже понятно.

Энн, как постовой, подняла ладонь:

— Вношу поправку. Мы убедимся, что Бет поставлена копами в известность, и я также расскажу обо всем Мэту. Только пусть я по-прежнему буду считаться мертвой, вплоть до вторника. Не стоит бесить Кевина сейчас — и ради меня, и ради Бет.

— Согласна, — сказала Джуди, а Мэри покачала головой:

— Чудеса. Мы собираемся сохранить жизнь Бет Дитс, которая преследует по суду нашего клиента. Граница между добром и злом сдвигается.

— Да, с этим не соскучишься, — ответила Энн, хотя она-то знала, что дело в «СЛУЧАЙНОМ РЕЖИМЕ» — как на том тренажере для бега трусцой. — Как бы я ни радовалась своему освобождению, не пожелаю пережить такое даже злейшему врагу.

Джуди улыбнулась:

— Знаешь, кто ты после этого?

— Дура? — предположила Энн.

— Шлюха с золотым сердцем, — ответила Мэри, и все рассмеялись.

Через несколько минут юристы закрыли дверь комнаты Кевина, проковыляли, волоча ноги, вдоль галереи и опять набились в лифт. Мэри открыла мобильник, как и было договорено, и набрала номер офиса.

— Бенни, угадай, что случилось! — сказала она. — Мы нашли жилище Кевина. Он в мотеле «Дневной», в Пенсокене. Живет под именем Кена Резеды.

Кабинка была такой крошечной, что Энн смогла расслышать вопли начальницы: