Не лишний

Один. В кузове никого, под машиной никого, в кабине никого. Второй. В кузове никого, под машиной никого, в кабине никого. Кроме дырки в лобовом стекле грузовики повреждений не имели. На очереди “Хаммер”. Машина стоит чуть боком. Левую сторону не видно. Изнутри чудом сохранившееся стекло все в крови. Из последних сил сдерживая себя, Максим распахнул заднюю дверцу.

Очереди пришлись спереди-слева. Превратив троих пассажиров внедорожника в месиво, пули чудом не задели четвертого. Максим посмотрел внимательнее на белого пассажира в странно знакомом обмундировании серого цвета. Автомат задрожал в руках. Крупнокалиберная пуля попала в левую ногу чуть выше колена. Максим поспешно поднял глаза. Раненый оказался чертовски крепок. Рядом валялась распотрошенная аптечка и три пустых тюбика противошокового препарата, а обрубок ноги был перетянут жгутом.

Раненый открыл мутные глаза и с минуту смотрел на, едва стоящего на ногах, Максима.

– Белый.
– Прохрипел раненый.
– Не так погано помирать будет.

– Б…дь!
– Выругался Максим, едва до него дошло, что умирающий говорит по-русски.

– Кха-кха-кха.
– То ли закашлялся, то ли засмеялся раненый.
– Еще лучше. Зёма. Слышь, зёма, добей пока я под наркотой. Один хрен не жить.

Максим растерянно топтался рядом. Не дождавшись ответа, раненый снова открыл глаза.

– Ну, чего ждешь? Или допросить хочешь? Так не повезло тебе, парень. Хрен я что знаю.
– Раненый судорожно втягивал воздух.
– Это полковник Гололобов дела крутит. А я английский неплохо знаю. Вот и попал. Даже не знаю, где эта сука оружие взяла. Что молчишь, думаешь, не понимаю, что сам такая же сука? Все я понимаю парень. Об одном жалею, нужно было в Русскую армию. Сразу как понял все расклады.

Раненый закрыл глаза. Максим столбом замер перед открытой дверью “Хаммера” не в силах пошевелиться. Отдышавшись, раненый снова сфокусировал взгляд на собеседнике.

– Добей, парень, Христом богом прошу. Или зассал? Зассал салага. Я бы и сам. Кх-кх. Говорят грех это. А мне лишнего не нужно, и так хватает.

Из обрубка ноги ударила струйка крови. Видимо сил затянуть жгут у раненого не хватило. Словно во сне, Максим поднял автомат.

– Спасибо, брат!
– Прошептал раненый и Максим нажал на спуск.

Дальнейшее Виноградов помнил плохо. В себя он пришел только около пленных бандитов. Мартин хлопал его по плечу, а Виноградов никак не мог понять, как он здесь оказался. Рядом появился землистого цвета Мигель. Латиноамериканец странно взглянул на Максима и стал рядом.

– Дальних проверили?
– Прохрипел Максим.

Мартин сунул ему в руки флягу. Максим сделал несколько глотков и передал воду Мигелю. Парень сообразил, что задал вопрос по-русски. Махнув рукой, он развернулся и пошел к БРДМ. Издали было заметно, что Миха высунулся в свой люк и смотрит в сторону товарищей. “Придурок! Пулемету ж мешаешь” - беззлобно подумал Максим, и призывно махнул рукой. Миха увидел, скрылся в люке и БРДМ резко тронулся с места.

Дождавшись броню, Максим не стал лезть в боковой люк, а взобрался наверх. Сделав знак выглядывающему снизу мальчишке посторониться, свесил ноги в люк командира.

– Давай по дороге назад. Я скажу, где влево повернуть.

– Что там?
– Не удержался Миха.

– П…ц.
– Пробормотал Максим. К счастью, Миха уточнять не стал.

Новая Земля, Дагомея, окрестности бандитской базы, день третий, 22 год, 5 день 9 месяца, 17 часов.

Чтобы не повторять ошибку приятеля и не заслонять пулеметчику сектор обстрела, Максим повел БРДМ по дуге. От пятна выстриженной пулями травы никаких следов не отходило. Макс дал команду остановиться, поднялся на ноги и несколько минут вглядывался в траву. Так и не заметив шевеления, спрыгнул вниз.

Бандитов оказалось пятеро. Четверо лежали почти рядом, а один, видимо, пытавшийся ползти уже раненым, метрах в пяти. Контроль не требовался, но нужно было собрать все ценное, чтобы не возвращаться еще раз. Максим повернулся к БРДМу. Надеясь, что месье Лафонтель видит его в прицел, Виноградов указал на свои глаза и сделал круговое движение рукой. Так в фильмах спецназовцы давали указание напарникам следить за округой. Месье Лафонтель, видимо, тоже видел эти фильмы, потому что башня тут же стала поворачиваться.

После всего пережитого сегодня, “мародерка” уже не вызывала у Максима былого отвращения. Недаром говорят, что все познается в сравнении. “Улов” оказался скудным. Автомат нашелся только один - бельгийская винтовка ФН ФАЛ с укороченным стволом и складывающимся прикладом. Остальные, похоже, с перепуга побросали оружие в машинах. Пистолеты были у всех. Все те же “Таурусы”. Гранат не было. Деньги Максим не считал. АйДи не рассматривал.

Трофеи никак не удавалось ухватить в охапку. Максим решил было, что придется сделать две ходки, но услышал крик Михи:

– Макс, погоди!

БРДМ тронулся с места и затормозил совсем рядом от Максима. Открылась боковая дверь, и показалось озабоченное лицо Натали. Девушка попыталась несмело улыбнуться. Но у Виноградова не нашлось сил ответить на эту улыбку. Он быстро забросил внутрь БРДМа все трофеи и снова полез на броню.

– Миха, видишь перевернутый пикап? Давай к нему. Только, так же как и сюда. Объезжай, чтобы он был слева.

Месье Лафонтель, хоть и не мог понять указания Максима, но общий принцип понял прекрасно. Башня развернулась в нужную сторону. Здесь Максим рассматривал местность еще дольше. Перед глазами так и стояла серая тень, ставшая причиной переворота машины. Обнаружились и два следа в траве. Один вел в ту сторону, куда бросилось животное, а второй под прямым углом к первому.

– Встать! Бросить оружие!
– Заорал Максим по направлению второго следа.

В ответ из травы раздалась автоматная очередь. Кто-то выпустил в сторону Виноградова весь магазин. И, если свист первых пуль Максим еще услышал, то следующие ушли в белый свет, как в копеечку. Башня развернулась и стала плеваться огнем из ПКТ. Даже не подумав пригнуться или спрыгнуть с брони, Максим поддержал пулеметчика из автомата. Пока Максим перезаряжался, месье Лафонтель продолжал “стричь” траву.

Когда закончились патроны к пулемету, Максим с какой-то яростью крикнул:

– Вперед помалу!

– Б…дь, Макс, давай внутрь!
– Заорал в ответ Миха.
– Убьют на…й!

– Вперед, Миха, вперед!

С трудом балансируя на движущейся броне, Виноградов внимательно высматривал стрелка. Едва завидев два тела среди травы, Максим скомандовал остановку и выпустил по пять трехпатронных очередей в каждое из тел. Были бандиты до этого живы или нет, стало не важно.

Картина вырисовывалась следующая: двое раненых бандитов на чистом адреналине бросились бежать, но раны одного оказались слишком серьезными, а у второго оказалась повреждена нога. И стрелял хромой бандит от безысходности.