Не лишний

– Ну, хорошо хоть стратегическим решением не обозвал.
– После паузы покачал головой Кэп.
– А тебе не доводилось, парень, слышать такую пословицу: что дозволено Юпитеру….

– Не дозволено быку.
– Закончил за Кэпа Максим.
– Ну, так я и не лез к главарю общаться. Так, считай, с командиром отделения поболтали.

Хрюкнув, Хохол принялся отчаянно кашлять. Да так, что у него из глаз выступили слезы и покраснело лицо. Искоса глянув на бойца, Кэп бросил в пространство:

– Стукните его хорошенько кто-нибудь. Подавился, видать, бедняга. Подскочивший с каменным выражением лица, Иван оттащил напарника в сторону и принялся хлопать по спине.

– Знаешь, что они там вытворяют?
– Понизив голос, Кэп едва заметно кивнул в сторону старшего лейтенанта и Семена Марковича.

– Догадываюсь. Дядя Сема помогает лейтенанту, как говорится, отмазаться от паленой тачки, а, заодно, заполучить для нас хорошую машину. На халяву, естественно.

– Совсем на халяву не вышло.
– Появившийся из-за спины Максима Бур пояснил.
– Он уже согласился оплатить услуги по проверке на наличие взрывных устройств.

– Прапорщик, и ты туда же?
– Возмутился Кэп.
– Что-то общение с этими партизанами не идет на пользу дисциплине во вверенном мне подразделении.

– Товарищ капитан!
– Бур укоризненно покачал головой.

– Ладно, не бухти.
– Махнул рукой Кэп.
– Что там? Подчистили?

– Порядок. Без тщательного осмотра никто ничего не поймет.

– Тогда, и правда, нужно двигаться дальше. Хоть мы с партизаном-интернационалистом и подружились с Н”Гобой и его подельниками, но береженного, как известно, Бог бережет.
– Кэп взглянул на Максима.
– Вот что, машину твои приятели заберут, когда будем мимо проезжать. В ваш БРДМ за пулемет я кого-нибудь из своих бойцов посажу, а ты, парень, со мной прокатишься, расскажешь, как до жизни такой докатился. Крайнев, проводи и скажи там Миронову, пусть бойцы рассредоточатся по другим машинам. Так, Журбенко! Если ты думаешь, что я про тебя забыл, то ты ошибаешься. В качестве первой части наказания, и дальше будешь с партизанами на “бардаке” кататься. И чтобы связь была как у “Билайна”!

Крайневым оказался Иван. Он кивнул Максиму в сторону колонны. Виноградов хотел объяснить Натали, что ему нужно уйти, но его опередил Бур. Прапорщик-снайпер заговорил с девушкой по-английски и та нехотя отпустила руку Максима. Ободряюще улыбнувшись, Максим пошел за Иваном.

Отойдя на такое расстояние, чтобы его не могли услышать, Максим спросил “крестного”:

– Слушай, если Бур всего лишь прапорщик, то чего это он так вольно с Кэпом себя ведет? Или он тоже из бывшего старшего командного состава?

– Хохол трепался.
– С усмешкой констатировал Иван.
– И когда только успел? А в дела Бура и Кэпа лучше не лезть. Болтают, что на Старой Земле у Бура и звание приличное было, и широкая известность в узких кругах. А вот, где они с Кэпом пересекались даже слухов не ходит.

Разговор оборвался, потому что они подошли к одной из “вахтовок”. Максим с удивлением обнаружил на капоте машины легко узнаваемые “газовский” значок.

– ГАЗ “Вепрь”.
– Пояснил Иван, видя интерес парня.

0x01 graphic

(антураж, конечно, подкачал, но машина такая)

Когда они обошли машину, открылась задняя дверь и из нее выглянул офицер, еще один старший лейтенант.

– Товарищ старший лейтенант, товарищ капитан приказал, чтобы бойцы рассредоточились по другим машинам, а этот товарищ должен ждать его здесь.
– Доложил Иван.

– Так, орлы, слышали? Бегом! Прохоров, ты - задержись. И ты, Крайнев, тоже.
– Офицер пояснил свое распоряжение.
– Машину кто вести будет? Если Прохоров не подойдет, то придется тебе, Иван, за баранку сесть. Ты-то с этими гавриками самого начала знаком и секреты хранить умеешь.

Оба бойца ответили традиционное “есть”. Иван безразлично, а названный Прохоровым водитель - немного обижено. Пятеро бойцов РА без слов выскочили из кунга и трусцой двинулись в хвост колонны. Максим заинтересованно рассматривал творение инженеров ГАЗа. В брутальных чертах “Вепря” Виноградов, наконец, рассмотрел знакомые черты “Садко”, пришедшего на смену знаменитой “шишиге”. Удивляло отсутствие у внедорожного автобуса боковой двери для пассажиров.

У Максима хватило времени два раза обойти вокруг машины прежде чем появились Кэп и старший лейтенант Возняк. Бывшему подполковнику хватило одного взгляда, чтобы разобраться в ситуации. Он кивнул офицеру, выглядывающему из кунга.

– Правильно, Миронов, пусть Крайнев баранку повертит. Прохоров, иди отдохни.
– Скомандовал Кэп.
– Прошу внутрь, господа офицеры и партизаны.

Новая Земля, Дагомея, дорога на Кейптаун, день седьмой, 22 год, 9 день 9 месяца, 11.30 часов.

Максим пропустил старшего лейтенанта вперед и тоже забрался внутрь кунга. Пока Кэп, через лейтенанта Миронова отдавал колонне приказ трогаться, Виноградов бегло осмотрелся. Обе боковых стороны кунга по всей длине занимали весьма утилитарные кресла-диваны. Впереди, от левого борта до сиденья пассажира протянулся столик шириной около полу метра. Справа за спинкой пассажира, Максим успел рассмотреть внушительную стойку с радиоаппаратурой. Именно около нее и пристроился старший лейтенант Миронов, командовавший отправкой колоны. Кэп вольготно развалился напротив подчиненного, положив локоть на стол. Возняк пристроился рядом с командиром, а Максиму ничего не оставалось, как сесть напротив.

Колонна тронулась в путь. Иван вел машину уверенно и при этом, Максим хорошо видел ухо “крестного” повернутое внутрь салона. Дождавшись команды рассказывать, Максим вопросительно взглянул на офицера Разведуправления. Дождавшись ответного кивка Возняка, Виноградов со всеми подробностями рассказал о приключениях двух нечаянных попаданцев на Новую Землю. Максим старался излагать только факты, привычно опустив информацию о золоте. За рассказом совершенно незаметно прошла короткая остановка, во время которой к конвою присоединился новый автомобиль Максима и его друзей. Слушали офицеры внимательно, вопросов почти не задавали. А когда Максим закончил, некоторое время сидели молча, переваривая информацию.

– Ваше мнение, товарищи офицеры?
– Нарушил молчание Кэп.

– Пусть разведка скажет.
– Перевел стрелки старший лейтенант Миронов.
– Тем более, как я понимаю, он слышит об этом уже не первый раз.

– Второй.
– Подтвердил Возняк.
– Но первый был без подробностей.

– Действительно, Николай Григорьевич, ты доказывал, что народу нужно помочь, значит какие-то выводы по своей линии сделал.
– Поддержал подчиненного Кэп.
– Вот и излагай.

Часть выводов Возняка совпадали с теми, которые Максим и Кройцман договорились никогда не озвучивать. Касались они участия Ордена в торговле наркотиками. Максим обратил внимание, что реакция офицеров была достаточно сдержанной и подумал, что это может быть не таким уж секретом, как думали они. А вот личность полковника Гололобова, который по словам умирающего русского “крутит дела”, всех очень заинтересовала. Тут Возняк вынужден был развести руками и сообщить, что он о таком не слышал, потому что Москва это не его профиль. По репликам, которыми обменялись офицеры, Максим понял, что их интересует вопрос: это была инициатива отдельного деляги или в этом замешаны московские власти.

Кроме этого, старший лейтенант Возняк обратил внимание на бесшумный автомат Максима.

– Вы понимаете, - горячился Возняк, - наша служба РАВ рассказывает, что к “Вихрям” ПБСов практически не бывает. А тут, явно модернизированный “Вихрь” с глушителем, встроенной тактической рукояткой. Вот и вопрос, то ли наши мышей не ловят, то ли за ленточкой наши люди чего-то не знают. Думаю, очень нужно установить личность этого мужика, от которого нашим партизанам досталось столько добра.

Максим мысленно поддержал Возняка в этом его желании. Он-то был заинтересован узнать о незнакомце как можно больше и его радовало, что этим вопросом может заняться Разведывательное Управление Русской Армии. Организация, судя по всему, с немалыми возможностями.