Не мир

Спустившись в заваленный супермаркет, парень направился к спящим. Сел на присядки рядом с Юрием и тихо потормошил его за плечо.

— Что… Что то случилось? — прошептал мгновенно проснувшийся мужчина, обеспокоенно распахнув глаза. Ответом послужил взмах головы из стороны в сторону и жест рукой, приглашающий отойти.

Удалившись достаточно от спящих детей, парень в маске заговорил как можно более тихо:

— Собирайте в рюкзаки еду, за которой пришли. Как только соберёте, — будите детей и пойдём в ваш лагерь — речь словно загипнотизировала небритого мужчину, но подгоняющий кивок в сторону костра оказал стимулирующее воздействие.

Усилия говорить тихо провалились, девочка проснулась и наблюдала за действиями отца.

— Пап мы уходим? — Лена высунула руку из под импровизированного покрывала и поправила светлые волосы, упавшие скомканной прядью на грязные щёки — О… он укрыл меня своим плащом, — удивлённо обнаружила она — Тяжёлый. Эй, спасибо большое ещё раз! — слова благодарности прошлись когтями по сердцу парня, ощущение было ни с чем не сравнимо.

Мальчик то же проснулся и пробовал шевелить корпусом, проверяя полученную на кануне травму.

— Идти сможешь? — уже не тая голоса, спросил его давешний спаситель. Не смотря на то, что обращение было ожидаемо, а бугай не пытался скрывать заинтересованного взгляда — ребёнка аж подкинуло от грозного звучания — Думаю что смогу, только вот вылезти на поверхность будет нелегко — последовал неуверенный обнадёживающий ответ.

Одобрительно кивнув головой, сливающаяся с окружающим мраком фигура развернулась. Имея несколько минут до отправления, пока семейство выбирало пригодные консервы, беспамятсвующий решил пройтись посмотреть, что ещё осталось съедобного или интересного. Шаги по полу выложенному плиткой и усыпанному самым разным мусором сначала отзывались эхом с другого конца зала, но стоило парню обратить на это внимание и ноги как будто сами по себе начали ступать иначе, а расплывающийся в тени силуэт, за который невозможно зацепиться взглядом, дополнил образ бестелесного существа. Видевший это Миша вздрогнул и скривился от молниеносной короткой боли. В темноте, словно в ответ на его мурашки, кажется блеснули два глаза, да и то, мальчик не был уверен, что что-то видел.

Центральная часть помещения пострадала больше всего, то там, то тут с потолка висели металлоконструкции, фрагменты бетонных плит, кое-где кабели электро-коммуникаций. По большей части пол устлан заваленными друг на друга стеллажами с запылёнными товарами. Внимание привлекла блестящая из мелких обломков мусора полоса полок. Когда-то это был ликёроводочный отдел и на заваленном стеллаже осталось много не разбитых бутылок. Парень взял наугад одну бутылку, смахнул с неё пыль. Водка пшеничная. Изучил этикетку и положил на место, вряд ли он понял, что это такое. Решив, что особого смысла идти в совсем тёмную часть торгового зала нет — развернулся и пошёл назад прямо по стеллажам. От наступления на очередную полку, из-под неё раздался приглушённый шуршащий звук. После секундного раздумья стеллаж был с лёгкостью поднят.

…А ведь он, наверное, тяжеленный…

Расчерченная ткань комбинезона отвердела и надулась синхронно с собственными мышцами здоровяка, как если бы одежда была соединена с центральной нервной системой и выполняла её приказы вместе с телом.

С поднятой полки на замусоренный пол посыпались полиэтиленовые пачки с разными крупами. Взяв одну и опустив полку на место, глаза в прорези маски бегло изучили написанное на упаковке. Рис оказался ещё годен для употребления.

Вернувшись к семейству, уже готовому к отправлению, парень отдал пачку крупы Юрию.

— Тут не только консервы, — прокомментировал находку.

В следующие несколько минут приготовления к переходу заканчивались. Миша встал и пробовал ходить, разминая торс. Рёбра пострадали, это было видно по гримасе боли при большинстве движений. Лена быстро справилась с заполнением добычей своего и брата рюкзаков и бездельничала, не без женского интереса, рассматривая облегающий мощное тело комбинезон нового знакомого, хотя он не представлялся и формально знаком не был.

Демонстративно кутаясь в тяжёлый коричневый плащ, не желая его возвращать, девочка нарочито непонятливо подняла брови, встретившись с требовательным взглядом хозяина вещи — «Насмотрюсь ещё…»- решила про себя, поблагодарила и всё таки отдала вещь.

Проверив, как автоматные магазины умещаются в карманах своего безразмерного облачения, парень сунул туда же складной нож и пачки с патронами. Спортивный рюкзак мальчика накинул одной лямкой на плечо. После секундного осмотра спутников безымянный, решил провести инструктаж, гул его голоса снова заполонил тёмный торговый зал:

— Идти нужно максимально быстро и скрытно. Эти трое были налегке, значит они ушли не далеко от лагеря или были разведкой, — последние слова сопроводил вопросительным взглядом на Лену.

— Да они за рынком, в «Звезде» бывшей, лагерь устроили. Меня там держали, потом эти вот сбежали на рассвете со мной. Одного, что на стрёме стоял, убили, когда он заметил, как мы уходили. Дошли аж до Тридцатилетия, там в подвале почти весь день провели. Потом лысый предложил пройтись по нескольким местам, типа этого и… — Парень перебил её разглагольствования.

— Возможно их уже ищут преданные товарищи. Что такое и где находится «Звезда»?

— Ну, это торгово-развлекательный комплекс был до войны. Если выйти на поверхность, то его сразу видно за бывшим рынком — здание с высокими окнами. Его всегда разная шушара использует для лагеря, пару раз перестрелки за него были, только не понятно зачем — пустое здание окна не забить — большие слишком, сквозняк бешеный… — поспешил прояснить Юрий. А в голове под маской снова что-то щёлкнуло, волнуя недостающую память. Объяснения всплыли образами местности, которую он видел на рассвете — и здание ТРК, и руины домов в окрестностях, и сожжённые машины на дороге. Осталось только узнать у Юрия куда идти.

— Из этого ТРК отличный обзор, если здание ценится именно за это, то опасно появляться на открытом пространстве. Старайся как можно быстрее увести нас туда, где его не будет видно, — требование было адресовано Юрию, но подавленный машинным голосом он не нашёл сил ответить, и только кивнул.

— Первый поднимусь я, за мной — дети, ты выйдешь последний, — инструкции грохотали бесстрастно, никаких имён, максимально коротко и ясно — Если кого-то заметите — прячьтесь. Если заметят нас, тогда я открою огонь, а вы ляжете и будете ждать пока не станет безопасно. Идём, — эхо этих слов продолжило звучать в воображении Юрия, да же после того, как прокатилось несколько раз по торговому залу, а непомнящий сам себя снова удивился чёткости и ясности мышления по обстановке, хотя он и малейшего представления не имел не то что о наличии у себя военно-тактических навыков, требуемых в сложившейся ситуации, но и не догадывался до этого момента об их названии и существовании вообще.

Парень закинул автомат за спину и поднялся так, как делал это на рассвете. Мальчику со сломанными рёбрами пришлось тяжелее всех: сначала сестра и отец помогли ему забраться на возвышение под потолком, а оттуда подняться помогал уже здоровяк, поддерживая под локти. Юрий и Лена вышли на поверхность без особых усилий. Мужчина, шедший последним, с болью в душе снова отметил отсутствие одежды у дочери под бушлатом.

Клацнул переводчик огня на автомате и щёлкнул затвор старенького ТТ, так же синхронно как встретились два взгляда обладателей оружия. Юрий осторожно пошёл между кучами обломков, то и дело оглядываясь по сторонам, бесформенная глыба коричневого брезента, держа автомат наготове, всматривалась в каждое окно и в каждую тень со стороны ТРК, то и дело останавливаясь, позволяя своему проводнику пройти пятнадцать-двадцать шагов до следующего укрытия, после чего пускал детей и быстро шёл за ними замыкающим. Шагов через пятьдесят от провала в супермаркет, группа вышла на небольшую чистую площадку, около хорошо уцелевшего двенадцатиэтажного дома, до катастрофы это был заасфальтированный выезд из квартала на дорогу. ТРК был по-прежнему хорошо виден, но уже по левую руку от идущих. Юрий вышел на площадку, неуверенно выглядывая из-за каждой кучи обломков. Оглянулся, махнул рукой, зовя за собой, и направился между высотным домом и заваленным супермаркетом, уходя от дороги внутрь квартала.

Взору открылась такая же страшная картина как на рассвете, но теперь более детально: дома разрушены, кое-где почти полностью и представляют собой горы бетонных обломков. Где-то — частями стоя на собственных руинах и зияя внутренностями брошенных квартир. Почти все деревья сломаны, на тех что стоят ближе к зданиям и руинам ещё осталась кора, но те что растут на открытых местах — обуглились почти до пней. Во дворе двенадцатиэтажки навечно остались припаркованы машины, одна сгоревшая, видимо не бывшая в тени в момент взрыва, а остальные просто с разбитыми стёклами, исцарапанные и избитые какими-то вандалами.