(не) Обручённые

Я подобрала подол длинной чёрной юбки и двинулась вперёд. Меня гнало любопытство. Чёрное платье позволило бы мне совсем слиться с темнотой, как и непослушные длинные тёмные локоны, которые я всегда носила распущенными – если бы не белые кисти рук и бледная кожа лица. Загар ко мне с самого детства не лип, от болезненной хрупкости избавиться так и не удалось.

– Ты кто?

Я вздрогнула и не сразу поняла, что ко мне обращаются. И что в камере… всё-такие есть человек. Ровный спокойный голос – но у меня от него мурашки по спине.

– Мэган… Мэган Роверт! – представилась я, отчего-то робея.

Человек, лежавший на койке, встал, а потом резко приблизился к решёткам, оперся на них. И уставился на меня пристальным взглядом сверкающих чёрных глаз.

Сотканный из теней – на свет.

Он будто вышел ко мне из тьмы. И тьма смотрела на меня сейчас его глазами.

У мужчины были отросшие до плеч тёмные волосы, он был темноволосый, широкоплечий, но очень худой. Вот только на лице – ни следа измождённости или того полубезумного выражения, которое, как я думала, должно быть у заключённых, которые долго не видели солнечного света.

Нет, эти чёрные глаза были умны. И совершенно наглым образом меня разглядывали. Я бы даже сказала – ощупывали! С ног до головы!

– А-а-а… моя несостоявшаяся невеста! А ты выросла. Настоящей красавицей стала. Я всё-таки правильный выбор тогда сделал. Жаль, что теперь это уже не важно.

– -

Дорогие мои, вы давно меня просили написать что-то от героя-мужчины.

Так что следующая глава будет от мужского лица. Вся книга будет написана попеременно: глава Мэг – глава Бастиана. Надеюсь, вам как и мне, понравится этот эксперимент. Тем более, что у этой пары очень много осталось за кадром, чего мы раньше о них не знали.

А для тех, кто не знаком еще с этими героями, и кому интересно узнать немного больше о мире, в котором они живут, можете заглянуть в книгу, посвященную старшему брату Мэг, тому самому королю Дункану, по приказу которого её жениха заточили в подземелья. Книга называется «Хозяйка Тишины». Впервые Мэг (в восьмилетнем возрасте, правда) и Бастиан появились именно в ней. Заодно узнаете, за что его так))

Всех обнимаю!

Ваш автор

=^_^=

Глава 2. Бастиан

То, что я сделал, было направлено на благо всего Королевства. Его раздирали противоречия, оно тонуло в хаосе, и рано или поздно погибло бы по вине самолюбия и ограниченности местных лордов.

Я первый заглянул за горизонт – и ужаснулся тому, что увидел в будущем. Я указал им путь к единству и процветанию. И они пошли по нему, объединив разрозненные земли в единый кулак – но уже после меня.

А меня заклеймили позором, как Себастиана Отступника, и осудили заживо гнить, словно бесполезную вещь, выброшенную на свалку истории. Я знаю, я читал те учебники, где обо мне была лишь пара строк.

Пара строк – вот и всё, что осталось от моей жизни. Не слишком много.

Люди всё же такие неблагодарные твари.

Оказавшись здесь, я много думал. Первое время с наслаждением представлял, как однажды выйду отсюда и отомщу всем тем, кто радуется жизни, пожиная плоды моих трудов. Но дни и ночи очень скоро смешались воедино – наполненные одинаковой пустотой, мёртвые, лишённые всяких красок, запахов и вкусов; надежда остановить однажды это пыточное колесо делалась всё более призрачной, а месть – слишком глупая причина, чтобы цепляться за жизнь. И я перестал.

Мне помогла не свихнуться Темнота.

Почему она выбрала именно меня? Понятия не имею.

Возможно, в моих жилах текла непростая кровь. Всё-таки я был братом одной из самых могущественных волшебниц Оуленда. Ну, или потому, что я пребывал так долго в абсолютной изоляции от каких бы то ни было звуков живого мира, в такой зияющей пустоте – что в конце концов смог услышать её голос.

Сначала я решил, что сошёл с ума. Все предпосылки были.

Но потом понял, что всё далеко не так просто.

Я назвал её Темнота. Мне было приятнее думать о ней в женском роде, ведь я был совершенно лишён здесь женского общества. Но, честно говоря, у Темноты не было пола, возраста или чего-то ещё привычного нам, что хоть как-то бы её определяло. Она была просто - Темнота.

Она стала со мной разговаривать, она приходила в мой разум без стука, и с тех пор я больше не был один.

Она не была доброй, Темнота. О нет, доброй она не была, это я понял сразу! Была ли она злом? Даже не так – Злом, как пишут в романах? Не знаю. Мне она не сделала ничего плохого.

Скорее, наоборот.

Я бы сказал, Темнота спасла меня, когда я совсем перестал бороться. Вытащила почти из-за грани, когда от одиночества и бесконечного повторения одинаковых дней и ночей я перестал чего-либо хотеть и к чему-то стремиться, потерял волю к жизни. Мне всё было скучно, всё лень, я не хотел вставать с постели, я не хотел есть и пить, я не хотел открывать глаз, потому что там было то же, что вчера, и позавчера, и поза- позавчера… я не хотел дышать, потому что в лёгкие вползал всё тот же стылый и затхлый воздух подземелья…

Я постепенно уплывал за грань. Растворялся. Прекращал БЫТЬ.

Это случилось, кажется, на исходе второго года моего пребывания здесь. Помнится, ко мне впервые позвали врача. Но никакие лекарства не помогали, да я и отказывался их принимать. Их впихивали в меня силой. Только в этом не было никакого смысла. Тело моё было в порядке – это дух мой медленно умирал в заточении, не видя больше смысла цепляться за жизнь.

И вот тогда со мной впервые заговорила Темнота. И придала хоть какой-то интерес моему существованию.

Она задавала вопросы и заставляла на них отвечать. Она рассказывала удивительные истории. Она призывала задумываться над сложными вещами и побуждала докапываться до корней. Я стал просить новые книги. Фактически, получил несколько университетских степеней, пока сидел здесь. И заодно сделал парочку научных открытий. Проклятие, я даже стал писать стихи! Пергамент и гусиные перья стали главной статьей расходов по моему содержанию. Как и свечи.

Темнота подарила мне новый смысл.

Хотя бы что-то произошло со мной такого, ради чего стоило по утрам открывать глаза.