Не твоя девочка

— Я позвоню позднее. Думаю, мы сможем договориться. Всего доброго, Алиса Сергеевна. Я перезвоню вам позже.

Весь день и последующую ночь я не находила себе места от беспокойства. Слова Ушакова пугали до безобразия. Я точно знаю, что не хочу оказаться тюрьме за то, чего не совершала, но кто знает, может проще всего будет повесить на меня то покушение на мужа, убийство Лады и пропажу Богдана?! А еще тех парней, что так странно исчезли после нападения на нас с Нино? Макс! Нужно предупредить его.

Сомневалась недолго. Трясущимися руками набрала номер Макса и долго слушала длинные гудки. Не берёт… специально, или не слышит? А, к черту гордость, буду звонить, пока не дозвонюсь. Во-первых, Макс знает Ушакова, а во-вторых, он давно не работает на Богдана и в его же интересах действовать сообща.

Мы с Петрушей пили чай в гостиной нашей маленькой квартиры, когда позвонил Макс.

— Лиса? — голос веселый, будто ничего не случилось. Хотя он может ничего и не знать. Да и какое ему дело до Вертелецкого и Лады?

— Макс, — выдохнула в трубку и вдруг разревелась.

Старик понятливо вздохнул и оставил меня одну в комнате, чтобы я могла поговорить.

Я ничего толком не могла сказать из-за слез, буквально душивших меня впервые со дня пропажи мужа, выплакивая свою боль и обиду, а еще страх. Макс терпеливо слушал мои рыдания и, наконец, сказал:

— Я сейчас приеду.

Макс действительно приехал спустя всего полчаса и ждал меня в машине.

Я уже успокоилась и смогла подробно рассказать ему обо всем, что случилось.

— Так ты думаешь, что я тех парней прикопал что ли? — глаза его удивлённо полезли на лоб, когда я заикнулась на тему, что ему нужно быть осторожнее.

— Я… э… не то чтобы. Ну может самую малость.

— Мда уж. Лично я их не трогал, может твой муженек расстарался, не могу знать. С Ушаковым я решу, но ты должна мне поклясться, что не имеешь отношения к смерти этой Панфиловой…

— Ты с ума сошел?!

— Ага! А мне думаешь приятно, что считаешь меня убийцей? Один-один, крошка.

Ах вот оно что…

— Тебя еще не вызывали в отдел?

— По поводу Панфиловой?

— Да, или есть еще что-то?

— А? Нет, нет вроде. Не вызвали.

— Ну значит вызовут.

— И что мне там говорить?

— А тебе есть что сказать? — пристально на меня взглянул, так, что пробрало до костей.

— Нет… правда, нет. Я не знала, что они вообще встречаются.

— Ясно, — он усмехнулся и тут я поняла почему.

Макс как бы давал понять, какая я глупая, что не выбрала тогда его.

— Макс, а что, если они меня притянут ко всему этому?

— Доверься мне и все будет хорошо, — он потянулся, чтобы поцеловать меня, но я тут же отпрянула.

И сразу поняла, как это выглядело. Ну то, что я позвонила ему, вызвала сюда. Это выглядело так, будто я, не успел исчезнуть муж, тут же решила прыгнуть в койку к его бывшему соратнику.

— Прости, я не готова. В смылсе это не то, что ты подумал. В общем…

— Ладно, — перебил он, — Я позвоню.

Когда Макс уехал мне сразу вновь стало страшно. Рядом с ним было полегче, все-таки мужское плечо рядом и все дела. Ну да, ох уж эти мужские плечи… лучше на них не облокачиваться, можно и упасть.

«Ой ладно тебе… Макс, кстати, тебя ни разу не предавал, если ты не помнишь», — укорила саму себя.

Дома Петр готовил ужин, напевая на свой лад какую-то песню. Естественно, слов разобрать невозможно, но я видела, как он рад, что я рядом. Вот где мужское плечо-настоящее. Жаль только, что я в жизни на него не обопрусь, боюсь причинить только боль. Пусть Петруша сам на меня облокачивается, я сильная, вытяну.

Поужинали и я решила позвонить Машке. Маша — адвокат, а разве я сейчас не нуждаюсь в адвокате больше всего на свете?

Мне хватило нескольких слов, чтобы Машка сорвалась из дома. Утром она была у меня. И утром же мне позвонил Бочкин с известием, что нашли Ладу.

В отделение меня долго допрашивали: знала ли я про отношения мужа; какие у них были эти самые отношения; мог ли мой муж убить любовницу? На все это у меня не было ответа. Машка очень помогала, не давая ляпнуть лишнее про Богдана, чтобы не навредить ему. На всякий случай.

Была ли я сама уверена, что он не мог убить Ладу? Да, была. Он мог изменять, мог уехать по какой-то причине, ничего не сказав мне, и даже с любовницей, но убить… нет, я в это не верила.

Я не знаю, что у них там случилось, может какая-то случайность или несчастный случай. Возможно именно поэтому муж сейчас и скрывается где-то. Может он стал свидетелем убийства и сам еле унес ноги? В то, что его убили, или он убил, я не верила. А вот следствие теперь рассматривало обе эти версии.

Ну хоть меня не подозревали, вроде бы. Пока. Пока их не наведет на эти мысли Ушаков, я могу спать спокойно. Но Макс обещал уладить со следаком этот вопрос и почему-то я ему верю. Не знаю, как он собирается это сделать, какие доводы приведет, но думаю, что вместе с Машей и Максом нам удастся как-то отстоять мою невиновность.

После полиции мы с подругой уставшие, но в целом довольные разговоро, зашли пообедать в пиццерию. Петруша, конечно, будет недоволен, что едим где попало, но нужно обсудить текущие дела без посторонних.

— Алис, ты должна рассказать мне всё!

— Я вроде всё…

— Нет, всё это значит всё. От начала твоей семейной жизни с Богданом и до того момента, как он исчез. Если ты хочешь, чтобы я защищала тебя.

— Хорошо…

Решение далось нелегко, ведь столько всего личного нужно было вывалить чужому человеку. В смысле человек-то вроде уже как родной, но… но как себе я никому не доверяю. Хотя деваться некуда, хуже уже вряд ли будет.

И я рассказала Маше всё. От начала и до конца, как она и просила.

Под конец истории подруга закатила глаза и выдохнула:

— Ну прям хоть роман пиши. А тебе не кажется, что вокруг тебя все время происходят какие-то странные события?

Тут пришла моя очередь закатывать глазки.

— Вся моя жизнь-одна большая странность. Не кажется…

— И зря. Есть у меня пара мыслишек.

— Ой, Маш, только не надо. Просто помоги доказать невиновность в случае чего и всё. Не хочу ничего выяснять.