Не верь

— …в трубу вылетим, — закончила за него девушка. — Да и не имеем возможности делать крупные капиталовложения.

— Предлагаю оставить порошок в первозданном виде, но изменить инструкцию: употреблять утром и вечером по столовой ложке, запивать молоком.

— Почему молоком?

— Потому что наш препарат в немолотом виде с удовольствием употребляют коровы. К тому же если лекарство пользы не принесет — молоко по утрам кого-нибудь да вылечит, — пояснил Виталик.

Так они и сделали. Затем Виталик с помощью утюга изготавливал из полиэтиленовой ленты пакетики, а Смуглова засыпала в них порошок и вкладывала инструкции.

В конце концов наступило время обзванивать заказчиков. Никто не отказывался, составлялись длинные списки с указанием точной даты и времени. Шумилин развозил изготовленное с таким трудом лекарственное средство и собирал деньги, а Лена вела учет и подготавливала новые списки. Время от времени они пополняли запасы сырья. Любопытные старушки лишь покачивали головами, но глупых вопросов больше не задавали. Сложилось мнение, что соломы и сена в квартиру занесли значительно больше, чем требуется на матрас. Но раз носят, значит нужно.

— Может, они едят сухую траву и солому, но стыдятся в этом признаться? У современной молодежи теперь свои причуды, — поделилась своим мнением та соседка, которая встречалась с коммерсантами в подъезде.

А у предпринимателей появились деньги, и доходы росли с поразительной скоростью. Некоторые потребители уже утверждали, что сенол помогает, и готовы были приобрести препарат повторно, но точного адреса фирмы им не оставляли.

— Люди такие доверчивые и наивные, — сказал как-то Шумилин, — меня это даже забавляет. Хочешь, возьму с собой разносить лекарство? Обхохочешься.

На следующий день они отправились вдвоем.

Они позвонили, и дверь открыла худая, сгорбленная, пожилая женщина с болезненным цветом лица. Лена точно помнила, что в анкете указан возраст — сорок пять лет, а ей на вид не дашь меньше шестидесяти. У рта она держала носовой платочек и постоянно в него кашляла. Разносчикам лекарства очень обрадовалась.

— Вы проходите, молодые люди, — пригласила их в комнату.

— Мы на минутку.

— Нет, нет, — и слушать не стала хозяйка. — Мне бы хотелось поподробнее услышать о лечебных свойствах препарата. — В чисто прибранной и небогато обставленной комнате пахло лекарствами. — Одна живу, но сын навещает каждый вечер. — Чувствовалось, что больной было просто необходимо перед кем-то высказаться. — Я подозреваю, что у меня рак легких, но врачи и сын скрывают. — Дышала она тяжело, с надрывом и передвигалась уже с трудом. Ее подозрения казались правдоподобными. Гости притихли и сидели на предложенных деревянных стульях с виноватым видом. Они шли посмеяться над доверчивостью и наивностью людей, но перед этой больной женщиной испытывали стыд.

— Мы только дилеры и знаем не больше того, что написано в инструкции, — с трудом выдавил из себя Виталик. В горле что-то застряло и мешало. — По-моему, от рака сенол не помогает, вам нужно другое средство.

— Все равно попробую. Терять-то мне нечего.

Хозяйка выдвинула ящик старенького секретера и долго в нем копошилась, наконец повернулась и вымученно улыбнулась. В руках она держала деньги мелкими купюрами. Похоже, еле набрала необходимую сумму.

— Что вы, мы не возьмем с вас денег, — запротестовала Смуглова, как бы отмахиваясь руками.

— Вы же не благотворительное общество.

— Мы нормальные люди и тоже способны к состраданию, — вставил Виталик. Он посчитал, что не должен лишать женщину самого главного — надежды и выложил на стол вместо одного два пакетика с липовым лекарством. — Извините, пора. — Хозяйка, провожая их к выходу, не переставала благодарить и желать здоровья, счастья, успехов. Но каждая ее реплика только сильнее ранила души гостей.

С удовольствием они вдохнули холодный уличный воздух. Продолжать разносить лекарство желание пропало, и они поехали домой.

— Не кори себя, — первым нарушил молчание парень. — Так уж устроена жизнь: добро и зло, подлость и благородство, смешное и грустное — всегда рядом. Раз на нас подействовало, — он не уточнил, что именно, но не сомневался, что Лена понимает, — значит, не зачерствели души, не потеряли окончательно совесть. Что касается больной раком женщины… Возможно, наш обман окажет на нее благотворное действие и продлит, пусть ненадолго, жизнь. Врачи ведь и сын ее обманывают и поступают так, руководствуясь благородными целями. Но она уже им не верит. А нам поверила, последние крохи готова была отдать. Я видел, как загорелась надежда в ее глазах, а это последнее, что удерживает ее на ногах.

— Все равно мне не хочется больше этим заниматься.

— И нужды нет, — поддержал Шумилин. — На безбедную зимовку заработали, а там что-нибудь придумаем.

— И долго будет продолжаться наше нелегальное положение? — Она не капризничала, но хотела почувствовать рядом надежное и крепкое плечо напарника, поэтому непроизвольно разговаривала тоном ребенка.

— Переживем, малыш, — почувствовал Виталик ее настроение. — Если мне удастся добыть правдивые показания свидетелей убийства, которое пытаются на меня повесить, — положение изменится.

— А угон генеральской машины с автостоянки УВД?

— Это уже, как говорится, мелочи жизни. Тебе ничего не угрожает. Скажу, что ты не сообщница, а понравившаяся мне девица, которую я заманил в машину обманом.

— Тогда посадят тебя одного.

— Два-три года в колонии — не самое страшное в жизни. Они заменят срок службы в армии. Зато потом все встанет на места.

— Я не хочу оставаться без тебя, — капризно поджала Смуглова губки.

— У тебя есть близкие, — напомнил собеседник, и девушка задумалась.

— Как я соскучилась по маме и дедушке. Так им и не позвонила, а обещала. Мама там вообще с ума сходит.

— Так в чем же дело?

— Действительно, — загорелись у нее глаза, и рука автоматически потянулась к телефонному аппарату. Но парень опередил ее и отодвинул телефон в сторону.

— Не отсюда.

— Думаешь они могут… — она имела в виду прослушивание телефона, — но мы ведь не шпионы какие-нибудь.

— Береженого бог бережет. Отвезу тебя на переговорный пункт.

Прижавшись к Шумилину, Смуглова застыла в молчаливом ожидании вызова. Мысленно она уже разговаривала с мамой. Наконец объявили ее город и назвали четвертую кабину. Девушка ожила. Но, к ее великому удивлению, к кабине спешил еще один человек.

— Девушка, — окликнул он ее, — это мой заказ. — Она обернулась и обнаружила перед собой бодрого на вид старика. — Это мои переговоры, — повторил он.

— Нет же, вы что-то напутали, — уверенно возразила Лена.

— Я редко путаюсь, — улыбнулся собеседник и дернул на себя ручку двери. Парень и девушка в недоумении переглянулись.

— Не волнуйся, — подошел к ней Виталик, — он сейчас выйдет. — Но тот уже о чем-то разговаривал с абонентом. — Значит, в нашем городе и у него есть родственники и друзья, а переговоры он заказал раньше, — объяснил Виталик. Они уже не обращали внимания на покидавшего переговорный пункт старика. Сразу же после его ухода вызов повторился. На этот раз в той же четвертой кабинке скрылась Лена.