Не все ответы...

Люди смотрели, с ужасом и недоверием, не зная, чего ожидать от человека, которому служит дракон.

А лорд Змея, запинаясь и краснея, пытался объяснить своему дракону, чего же он желает от жизни.

– Я только поговорить... Ну, может задержусь на пару дней...
– мужчина не то оправдывался, не то извинялся. Сладкий Дождь внимательно слушал. Ему даже интересно было, что ещё может сказать щид, тем более, очень на то было похоже, что шид даже не думал, что говорил. Слова и мысли его текли раздельно, хотя и в общем русле, но не смешиваясь.
– Необходимо убедиться, что всё в порядке... Я же...

Даже просто сказать вслух, что он считает себя ответственным за её судьбу, не получалось. Слишком уж глупое это оправдание. Ну спас, так не один же он был такой спаситель. И Тилла не производила впечатления хрупкого цветочка, нуждающегося в каждодневном присмотре, скорее уж наоборот, подобная забота была бы сочтена ею лишней.

– Восхитительная женщина, - восторженно повторил Тайрэд вслух свои потаённые мысли, - решительная, красивая, сильная!

Дракон, сощурившись, оглядел Тайрэда с ног до головы. Да что это с мальчиком, недоумённо подумал Сладкий Дождь. Глаза горят, речи возвышенные.... Э-ээ, никак он влюбился?!

Он отвернулся и, не мигая, холодно уставился на торжественную процессию, медленно выползающую из ворот королевского дворца. Судя по расфуфыренности участников, к ним направлялись официальные лица королевства. Или их заместители. Морды у всех благостно-восторженные, и страхом несёт через всю площадь. Отвратительное зрелище. Смотреть на шида было куда приятней, тем более что немного безумный, но очень милый лепет человека напоминал самому зверю о тех давних, но памятных временах, когда он только начинал ухаживать за Сабирой.

Шид на встречу со своими будущими подданными не торопился. Он взглядом обшаривал толпы, со смутной надеждой увидеть... к его удивлению и тайной радости, она действительно была там, среди толпы трясущихся придворных, единственная, кого не гнул к земле страх перед драконом. Тилла, задержав на нём взгляд, кивнула, приветствуя его совсем по-дружески. Спутников своих она оглядывала с презрением и превосходством бывалого ветерана, и выглядела на удивление уместно в этой толпе, в богатой одежде благородной дамы...

Тайрэд носком потыкал в щель между камнями мостовой и, вздохнув, сделал вполне обоснованный вывод:

– Не думаю, что она захочет улететь со мной...

Сладкий Дождь взглядом указал на дворец. И кончиком хвоста подтолкнул, иди мол.

– А что ты детям скажешь?

Дракон передёрнул крыльями. Детям придётся привыкать к мысли, что не всё в мире идёт по их желанию.

– Спасибо...
– Тайрэд уткнулся лбом в шершавую драконью шкуру, задохнувшись от нахлынувшей неожиданной боли, повторил, - спасибо...

Они долго молчали. Слова, даже самый тихий человеческий шёпот, могли разрушить слишком многое.

– Дождь...
– мужчина попытался обхватить руками огромного зверя, - не улетай... сразу. Вдруг... не получится...

Глупый, подумал дракон. Кто ж тебя одного в этом гадючнике оставит?! У него было своё, очень конкретное мнение обо всех этих людях и, до недавнего времени, мнение человека было таким же. Теперь оставалось подождать и выяснить, чьё мнение окажется более правильным. Дракон подозревал, что ждать ему придётся совсем не долго. Люди всегда так торопятся... Вряд ли ему придётся ждать больше недели.

Как ни странно, он ошибся. Ждать пришлось десять дней.

– И что меня понесло в этот город, - ворчал Тайрэд, привалившись к тёплому драконьему боку, - ни одного знакомого лица!

В своём одиночестве он и виноват был сам. Потому что у него и раньше друзей немного было, кроме Орли шид мог вспомнить разве что ещё двоих-троих надёжных товарищей. Да только Орли остался в семейном замке, остальные давно сгинули, ещё одного давнего дружка по молодёжным попойкам Тайрэд из тюремных подземелий самолично выпустил... Мужчина поморщился, вспомнив затхлые, влажные переходы, сырые камеры. Не доверяя ни слугам, ни благородным господам, а уж тем более не доверяя оставшимся от прежних королей министрам и советникам, он первым делом, сразу же после коронации, лично обошёл весь замок, все пристройки, городскую тюрьму навестил, в каждую щель заглянул. Свита была в ужасе, а Тайрэд изрядно позабавился. Ещё больше повеселились узники в городской тюрьме. Уже то, что для допроса всех заключённых собрали в тесном тюремном дворике, даже самых опасных вывели, настроило людей на чудеса, а потом к ним ещё и король лично вышел, хотя обычный горожанин короля может увидеть раз в году, да и то через две цепи стражников. И этот самый король со всеми заключёнными хоть парой слов перекинулся, и половину тут же на волю отпустил. И знакомого по юношеским пьянкам в том числе...

Так что друга он и в Сурге нашёл, но воспользовавшись своим высоким положением, немедленно его из города услал. Подальше. Тайно. На всякий случай. Потому что... Тайрэд и сам не очень понимал, что он делает, чего добивается, лишая себя достойных доверия людей. Казалось бы, ему следовало упрочнять свои позиции, собирать сторонников, укреплять свою власть. Долго на одном драконе и триумфе возрождения правящей династии не протянуть.

Но словно кто-то чужой стоял за его спиной, нашёптывая странные решения. Тайрэд даже не отдавал себе отчёта, что таким образом пытается защитить своих друзей - удалив их из опасного места.

А ведь он собирался остаться в Сурге навсегда. Или ему это только казалось? Он уже не знал, чего хотел.

– Тяжело здесь...
– мужчина посмотрел на дракона. Тот чуть приметно расправил крылья, словно пыль стряхнул, и только хорошо знакомый с привычками зверя шид знал, что этого уже довольно, и дракон может подняться в воздух. Что ж, жест понятный, красноречивый, но он ещё не был готов улетать.

Дракон лениво оглядывал двор, который он занял под временное логово, слушал бессвязные стенания Тайрэда, и размышлял о разном. О том, к примеру, что он совершенно не понимает людей. Даже этого конкретного человека, с которым прожил рядом семь лет.

– Мне здесь не нравится, Дождь. Что-то здесь не так...

Не так, не правильно, не верно, шид уже говорил это, на разный лад... мужчина не понимал, чего ему не хватает, что заставляет метаться, гонит прочь. И вряд ли беседа с драконом могла помочь ему. Ну что он мог ему посоветовать? Особенно, будучи убеждённым, что некоторые проблемы решать надо самому... Сладкий Дождь ощущал горечь собственной отстранённости, но был уверен, что на свои странные незаданные вопросы Тайрэд должен ответить сам. Если дети решают уйти, то никто не вправе их задерживать. Иначе они никогда не вырастут...

– Неделю. Дай мне ещё неделю, - прошипел Тайрэд в ответ на вопросительный взгляд дракона.

Сладкий Дождь положил голову на землю. Неделю! Стоит представить, какой скандал устроит ему Сабира если узнает, что он оставил мальчика одного, даже не озаботившись его безопасностью, как появляется желание вообще домой не возвращаться.

Тайрэд всем телом ощутил согласный, покорный вздох зверя. Ему было стыдно, что он задерживает дракона вдали от семьи, но отпустить его, просто сказать "улетай, я остаюсь", он не мог. Почему?..