Необратимость

– Спасибо, но я ничего не понял, – Джейсон поднял на него глаза. – Что со мной будет дальше?

– Вас заберут на одну из головных планет Империи, поскольку вы представляете интерес в качестве… э-э-э… объекта исследования. – Джейсон не сдержал усмешки. – Согласие руководства Союза уже получено.

– А меня спросить?

– Поймите, Джейсон, вы больше не человек, и я не уверен, что сможете полноценно жить среди людей. К тому же необходимо время на адаптацию, ваше тело изменено. Но если потребуется, никто не будет препятствовать вашим контактам с другими представителями Земной Федерации.

При словах об изменённом теле сердце дрогнуло, а по спине пробежал холодок. «Еба-а-ать! Они же гермафродиты!» – рука без всякого стеснения перед доктором опустилась к паху, не обнаружив там под тонким белоснежным покрывалом и больничной робой НИЧЕГО.

– Познакомьтесь, капитан Тейнор Ивари, – подскочил вдруг Леви. – Он вас нашёл.

В палате неожиданно оказался рослый мужик, то есть к-рут, в светло-голубой военной форме. Очевидно, такую носили служащие имперской армии. Но Джейсону было плевать.

– Оставьте меня, пожалуйста, – стало ответом на приветствие на общем языке.

Кериец и к-рут переглянулись и выполнили его просьбу. Джейсон соскочил на пол босыми ногами и, на ходу стаскивая с себя просторное больничное одеяние, направился к двери санузла, которую приметил раньше. Ноги странно пружинили, но слушались отменно, будто это были не его ноги, а высокоэффективные бионические протезы. То же самое можно было сказать и о руках – казалось, мышцы работают иначе, но также безупречно. Идти было одновременно и легче, и тяжелее.

В уборной на одной из стен ожидаемо обнаружилась проекционная панель – там Джейсон увидел себя в полный рост. Побуревшая местами кожа не испугала так, как леденящая кровь пустота внизу живота. Он наклонился, чтобы посмотреть на отражение: члена нет, только бугорок и складки кожи. Усилием воли заставив себя оторваться от уродства в паху, Джейсон вновь глянул на проекцию – вроде бы его тело, но в то же время не его. Что-то было не так. «Да блядь! – Джейсон взвыл про себя. – Он стал грёбаным инорасником – вот что не так!»

От отчаяния и бешенства саданул кулаком по панели – вдруг очнётся, вдруг это просто сон. К несчастью, проекция, моргнув, растаяла, а скрывавшаяся за ней стена пошла трещинами. По руке разлилась боль – Джейсон неверящим взглядом уставился на костяшки, сбитые в кровь. Тёмно-пурпурного цвета, не красного. «Сука!» – он опустился на пол, то ли смеясь, то ли рыдая без слёз. В истерику вмешался деликатный стук в дверь.

– Джейсон, откройте, – высокий голос доктора Леви дрожал.

Видеть керийца ему хотелось в последнюю очередь, впрочем, тот и не настаивал: через закрытую дверь слышались отголоски беседы на неизвестном Джейсону языке – не орути точно, это мурлыкающее месиво из звуков ни с чем не перепутать, – кажется, с доктором спорил капитан-имперец к-рутского происхождения. Голос был низким и мужественным.

Джейсон закрыл глаза и прислонился затылком к стене. Какая разница? И кому вообще есть дело? Союз списал, отдав его тушку керийским учёным, а у него там, на прошлой стороне его жизни, никого не осталось. Вырос в приюте, не обзавёлся друзьями на новом месте, а со старыми потерял контакт задолго до злополучного рейса. Разве что извращенцу Колину сообщить – так у Джейсона даже члена нет, на кой он теперь диспетчеру сдался?

– Джейсон, выходи. – Дверь, несмотря на закрытую защёлку, отодвинулась, а уверенный тон скорее приказывал, чем просил.

Приподняв веки, Джейсон увидел голову капитана Ивари – с тёмными кудрявыми волосами, аккуратной бородкой и широкой челюстью, об которую, очевидно, сломался не один кулак.

– Со мной всё нормально, – Джейсон инстинктивно прикрылся, хотя капитан держал зрительный контакт – его нагота никак не смущала.

– Ты дока испугал, как он с тобой ещё сутки справляться будет? – ухмыльнулся к-рут, его имя было, кажется, Тейнор. – Вот я и решил, пока выходной, покажу окрестности Орти, а то потом тебя из Империи хрен выпустят.

– Но… – этого Джейсон никак не ожидал.

– Леви сказал, что все жизненные показатели в норме, кроме утомляемости, потому лучше занять мозги чем-то другим, а не мыслями по поводу перехода. Уверен, в Империи тебе их выебут, и не раз. – Хотелось что-то ответить, но Тейнор не давал вставить ни слова: – Я схожу до дома, переоденусь, док тебе шмотки добудет, и пойдём. И дай ему нормально обработать руку, он пугливый, но шарит. У нас чистокровные керийцы редко задерживаются, ты уж войди в положение.

– Хорошо, – только и удалось пробормотать Джейсону.

Примерно через один стандартный час они оказались на улице – на плечи Джейсона, одетого в куртку, футболку и штаны, выданные доктором, опустилось тяжёлое серое небо. Вещи показались ему обычными – за исключением конструкции ширинки у брюк. Если точнее, ширинки у них не было, а расстёгивались они разом практически до задницы.

– Тут всегда такая погода, – прокомментировал Тейнор, видимо, среагировав на смотревшего в небо Джейсона. – Конечно, пара десятков светлых дней бывает за цикл, но в основном пасмурно.

Говор у Тейнора был чище, чем у тех, кого Джейсон встречал на Рахте, но всё равно не такой чёткий, как у людей, или, например, у Леви.

– Цикл? – безучастно переспросил Джейсон.

– Почти шесть ваших лет, – виновато поджал губы Тейнор. – У нас и в Империи по привычке пользуются, удобнее.

– Не уверен, что это удобнее, – Джейсон повернулся к нему.

– Для людей – согласен, вы слишком мало живёте, чтобы ещё таким образом уменьшать длительность вашей жизни. Прости, забываю, что ты больше не человек.

– Не понял.

– Что керийцы, что к-руты живут гораздо дольше людей, потому стандартный год кажется… несерьёзным, – Тейнор хмурился, плавая, похоже, в собственных измышлениях, а потом взгляд капитана просветлел, и он продолжил уже более воодушевлённым тоном: – А давай я тебя на обзорную площадку свожу. Там весь город как на ладони. Док сказал сильно тебя не нагружать, но думаю, ничего страшного не случится, по пути отдыхать будем.

– Давай, – опустив голову, кивнул Джейсон.

Смотреть вокруг было неинтересно – низкие серые постройки утилитарного типа без намёка на единую архитектуру будто были возведены для того, чтобы служить складами строительных материалов. Серое на сером. Безрадостно. Шли по однообразным улицам долго, пока не добрались до подножья горы. Горный массив занимал весь горизонт, но тоже выглядел безжизненным: лишённый растительности, он казался чёрным, а поля с пожухшей травой – серыми.