Непобедимые

В соседнем дворе зазвучал злорадный женский смех.

– Ха-ха,– упершись кулаками в бока, заливалась Антака, – неудачник. Только что ты добавил очко своему сопернику, ведь девчонка осталась невредимой. Вот Хита порадуется.

Одетый в знакомую косуху Ахита фыркнул:

– Одно очко? Да что оно значит по сравнению с тем, что я получу. Мысль, вложенная мной в голову этого человечишки, давно крутилась на периферии его сознания. Мальчишка скоро дозреет, и наградные рекой польются мне в карман.

Женщина поскребла висок.

– Посмотрим, – размышляя, пробормотала она, – посмотрим.

Чёрный человек взял её под руку.

– Конечно, посмотрим, – согласился он. – А теперь пойдём, я не собираюсь останавливаться на достигнутом.

Тёмное пространство на мгновение озарила яркая вспышка, словно с серпа, заткнутого за пояс Антаки, спрыгнул большой солнечный зайчик, а когда мрак вновь опустился на кроны деревьев и невысокую траву, во дворе никого не было.

Щенок страдал. Повизгивая, он зализывал лапу, перекушенную натравленной хозяином злобной собакой, но боль не утихала, становясь ещё сильнее от касания крохотного язычка.

Джип, под которым прятался бедняга, показался тому надёжным убежищем. Действительно, некоторое время сюда не попадали струи ночного ливня, но, в конце концов, воды стало так много, что она добралась до озябшего брюшка. И повреждённая конечность невыносимо заныла.

Мимо, прячась под зонтами, бежали люди. Никто не слышал или не хотел слышать жалоб несчастного. Щенок не знал, что такое смерть, но, голодный и замёрзший, инстинктивно почувствовал её приближение. И смирился. Улегшись на бок в большую лужу, пёсик с тоской смотрел на размытые изморосью жёлтые пятна фонарей, тёплые огни в окнах и мечтал погреться в их свете, осознавая при этом, что чуда не случится.

Но он ошибся. Рядом остановился человек. Казалось, ливень не причиняет тому никаких неудобств, хотя одежда его промокла насквозь, а со светлых волос стекали струйки воды.

– Бедный, – наклонившись и покачав головой, произнёс незнакомец, – да ты совсем больной. Погоди немного, я постараюсь тебе помочь.

Щенок приободрился. Обычно после похожих слов следовало угощение, которое пришлось бы очень кстати. Но нет, мужчина шагнул в сторону и исчез, а собачка, разочарованно вздохнув, опустила голову на здоровую лапу и закрыла глаза.

Вдалеке показался расплывчатый силуэт. Обувь шагающей по лужам девушки хлюпала водой, но она, грустная и потерянная, этого не замечала. Задумчиво постукивая по ладони сложенным зонтом, незнакомка шла вперёд, ещё немного и джип, ставший крышей для покалеченного малыша, остался бы позади, но в этот момент щенок, неосторожно коснувшийся перелома носом, взвыл и жалобно заплакал.

Вздрогнув, опечаленная прохожая пришла в себя и заглянула под машину.

– Ох!

Давно сдерживаемые слёзы, смешиваясь с каплями воды, потекли по щекам расстроенной барышни, и она запричитала:

– Бедненький, как ты тут оказался? Да ты же в луже лежишь? Иди, иди скорее ко мне.

Собрав оставшиеся силы, пёсик пополз навстречу ласковому голосу. Он взвизгнул, когда спасительница взяла его на руки и прижала к себе, но не укусил пальцы, причинившие ему немалую боль. А тихие успокаивающие слова лились потоком:

– Ой, да у тебя лапка сломана. Сейчас мы поедем к врачу, он тебя подлечит, а потом домой. Какой ты худенький. Я тебя хорошо накормлю, и спать ты будешь в тепле. Ну, а потом решим.

Бережно держа маленькое тельце, девушка кинулась к дороге, и вскоре их с питомцем уже увозило такси.

А человек в белом, стоя под дождём, смотрел вслед удаляющейся машине и широко улыбался.

В Больших Чертогах царил страх; в селе объявился маньяк. Трое девушек подверглись нападению безумца, насилующего жертвы самыми ужасными способами, предварительно ударив их по голове молотком. Одна из несчастных скончалась на месте, а остальные, изуродованные и окровавленные, сумели добраться до домов и на «скорых» отправились в районную больницу.

Новости об этих кошмарных происшествиях передавались из уст в уста, обрастая новыми подробностями, и вскоре жители поселения уверовали, что бесчинства на их земле творит сам дьявол.

Внимательно следившие за происходящим Ахита и Антака смеялись над этими выводами, а Хита, на губах которого всё реже появлялась улыбка, в задумчивости бродил по окрестным лесам, обдумывая ответный ход.

Пока он искал возможности и прикидывал варианты, нападения продолжались, и удача преступника, его неуловимость казались воистину сверхъестественными. По вечерам улицы вымирали, да и днём молодые женщины едва решались покидать свои жилища. Отправляясь на работу, многие собирались в группы, иных провожали и встречали мужья, но, несмотря на принятые меры, то одна, то другая оказывались в кровавых объятиях насильника.

Напитавшаяся энергией страданий Антака расцвела и похорошела настолько, что Ахита стал посматривать на неё с вожделением; человеческая оболочка требовала своего. Но женщина только смеялась и поддразнивала партнёра, всё чаще останавливая томный взгляд на Хите.

А тому было не до неё. Балл за балом уплывали к счастливому сопернику, но не это тревожило воплощение добра. Он мучился людской болью, иссушающей его и превращающей в ходячую тень. И, наконец, в его изболевшейся голове забрезжила разумная мысль.

В один из солнечных дней на главной улице Больших Чертогов появился незнакомец. Одет он был по-городскому, поэтому сразу обратил на себя внимание засидевшихся невест. Тепло улыбаясь, он заговаривал с каждой, и те, покорённые его сердечностью, кокетничали, стараясь заглянуть в глаза атлетичному красавцу.

Если это им удавалось, они, увидев в синей глубине бездну, полную созвездий, не угрожающую, но пугающую своей бесконечностью, ненадолго задумывались, однако новый кумир не позволял отвлекаться: расспрашивал, давал советы, и беседа вновь сворачивала в нужное русло. И настал момент, когда…

Даша лежала на кровати, рассматривая потолок, изрисованный ржавыми мазками – произведениями природных катаклизмов. Сегодня она познакомилась с потрясающим мужчиной, сразу же завоевавшем её сердце. Девушка мечтала, как может грезить только юность, но, случайно вспомнив о маньяке, нахмурилась. Неприятные мысли копошились у неё в голове, прогоняя любовную истому, когда в окне звякнуло стекло, и на пол опустилась нога в перепачканном глиной сапоге.

Даша вскочила. Она вспомнила речи горожанина и, дрожа, стала отступать, ища глазами возможное оружие. Тем временем незваный гость в кепке, натянутой на глаза, проник в комнату. Он рванулся вперёд, и тогда девушка, отчаянно завизжав, обеими руками подняла тяжёлый табурет и обрушила его на голову мерзавца.