Непростые числа

– Ну да, – ответила я. – В полном. Медсестра сказала, что я наверняка что-то не то съела.

Я не могла рассказать Мелике про число пи. Так не пойдет. Не могла рассказать, что меня затошнило при мысли о вещи, которая не заканчивается, а просто продолжается и продолжается в вечность. И я не могла ничего сказать про Стеффена, хотя она – моя лучшая подруга.

Мелика улыбнулась. Глаза у нее были коричневые, словно шоколад.

– Хорошо. Только не заболей, в среду ведь снова футбол начнется!

Именно на футболе мы и подружились. Шла весна, нам было по десять лет, и наша команда занималась на улице на гравийном покрытии, потому что у нас еще не было крытого зала в «Треугольнике». Шел дождь, тренировка началась, и вдруг на боковой линии появилась Мелика – девочка с блестящими волосами в шортах не по размеру. Еще она все время поднимала плечи к ушам. Я забила гол, потом еще один, и Мелика каждый раз хлопала в ладоши. Ямила и Кристине странно смотрели на нее. Ямила сказала Линн, нашему тренеру, что беженку тоже надо взять в игру. И Мелика присоединилась к нам. Она все время улыбалась, но, когда ей передавали мяч и кричали «приняла?», по-прежнему стояла на месте и смотрела по сторонам.

– Она не понимает норвежского, – сказала Кристине. – Я серьезно.

Так Мелика очутилась на скамейке запасных. Линн считала, что говорить по-норвежски – это преимущество, но я с этим не согласна: мы с Крисом прекрасно всю жизнь не разговариваем. И когда мы играли внизу у затона против Эйвинда, Марион и Тура Мартина, никто ничего особо и не говорил.

После тренировки Мелика пошла вниз, к освещенной дорожке, а я догнала ее на велосипеде. Она все время улыбалась.

– You good football [3] , – сказала она.

3

Ты хорошо играешь в футбол (искаж. англ.).

Мы пришли к Мёллевейен, я думала, что она или заблудилась, или хочет пойти ко мне в гости, – и тогда она показала на самый последний дом.

– I [4] , – сказала она, и я поняла, что она там живет. Мы соседи.

Мелика тренировалась с нами у затона всю весну и все лето, а осенью одна девочка в нашей команде заболела ветрянкой – и тогда Мелика вышла на поле в матче со «Смедбергом» и забила два гола. А у «Смедберга» в команде только высокие и крепкие игроки. Кристине и Ямила были в полном шоке.

4

I – Я (англ.).

Я открыла дверь, и мы прошли в коридор. Мелика стянула ботинки и бросила их как попало – Малин делала точно так же. Когда она прошла в мою комнату, я поставила ее ботинки в ряд вместе с остальными. И они не касались друг друга.

Я вошла к себе, Мелика уже сидела на кровати под картой мира. После того как я летом прочитала про Пита Хейна и гражданина мира, карта переместилась из коридора в мою комнату. Мелика выложила открытки на кровать. Две открытки из двух разных мест от Явида – ее старшего брата.

– Brother, – говорила Мелика, пока не освоила норвежский. – Brother not here [5] .

Постепенно она выучила немало слов и рассказала, что Явид отправился на поиски лучшего места для жизни еще до того, как они с матерью и отцом перебрались в Норвегию.

– Уехал, – сказала Мелика.

И никто не знает, где он сейчас.

Меня немного тошнило от этой мысли, потому что я всегда хотела, чтобы у меня был брат. Я и Малин – маленькая семья. У Мелики семья большая, но неполная.

5

Брат. Брат не здесь (англ.).

Первая открытка пришла из Будапешта, из Венгрии. Там было написано:

Милая младшая сестренка! Мы мечтали об Англии, но сейчас ты в Норвегии. Мне об этом рассказал Рахим, вы вместе были в центре приема беженцев. Он сказал, что ты там играешь в футбол. В Снеккерстаде! Я надеюсь, эта открытка дойдет. А я приеду позже. Явид.

Мелика читала и переводила. У нее был мягкий голос.

– Значит, первая открытка из Венгрии, – сказала я и воткнула кнопку в Будапешт. – Потом он был там, – я показала на Вену в Австрии и воткнула еще одну кнопку.

Мелика прочитала открытку:

Милая младшая сестренка! Я скоро приеду туда, где ты. Я не забыл, что мы хотели найти новую страну вместе. Привет маме и папе от меня! Явид.

Мелика рассказала, что Явид помог ей выучить английский. Обычно они вместе зубрили слова, brother, и sister, и football [6] . Когда брат уехал, он оставил ей свой словарь. И подчеркнул важные выражения.

Кнопки на карте образовали линию, и эта линия куда-то вела. Я отрезала несколько шерстяных ниток и соединила ими кнопки.

6

Брат, сестра, футбол (англ.).

– Это кусочек пути, – сказала я.

Мелика смотрела, не моргая, глаза ее были совершенно ясными.

– Если бы я только знала, где он, – проговорила она и взглянула на меня. – Я бы тут же отправилась туда и привезла его. Я бы взяла с собой взрослого и привезла Явида сюда.

Но у беженцев нет адреса. Мелика посмотрела вниз, на свои руки. Прижала ладони друг к другу. Мне нужно было сказать что-нибудь – ее шоколадные глаза стали похожи на какао.

– Я тоже наполовину переселенка, – произнесла я. – Моя мама бежала в Норвегию из Грумса.

Мелика оторвала взгляд от своих рук и улыбнулась, но по ее щеке катилась слеза.

– Грумс? – сказала она и смахнула ее.

– Да, Грумс! Это местечко в Швеции.

Мы засмеялись. Смех у Мелики был словно птичий щебет.

– Вот тут, – ответила я и показала небольшую отметку возле Карлстада в Швеции. Я поставила эту точку, потому что Грумс такой маленький, что его и не увидеть.

– Вот тут находится Грумс.

– В Грумсе была война? – спросила Мелика, и между ее бровей появилась морщинка.

– В некотором роде, – ответила я. – Там был невоенный конфликт. Малин говорит, что дом бабушки и дедушки – это минное поле.

– Почему ты не называешь ее мамой?

Я пожала плечами. Подумала о вязаных шапках, вязаных носках и вязаных шарфах, которые бабушка и дедушка присылают к каждому Рождеству.

А Мелика показала свое минное поле на карте. Совершенно настоящее минное поле среди совершенно настоящей войны.

Вечером я чистила зубы и мельком посмотрела на себя в зеркало. Расчесалась пять раз с левой стороны и пять раз – с правой.