Never Back Down 2

– Оно само восстановится, когда магия твоих детей придёт в стабильное состояние. А до тех пор… лучше избегать вспышек совместной энергии. Кто знает, чем это может обернуться

– То есть? Ты предлагаешь разлучить их? – Изогнула я бровь.

– Только в случае твоего исчезновения. И не надолго. После этого заклинание вновь заработает, потому как ничто не будет его… сотрясать.

– И как долго им придётся жить порознь?

– Зависит от тебя, – усмехнулся он. – Быть может, вообще не придётся. Однако, если всё случится раньше срока, то… одиннадцать лет. Недаром именно в этом возрасте в магические школы набирают студентов. Обычно всплески магической силы к этому возрасту сходят на нет.

Я уже готова была вышвырнуть заклинание ему в лицо и уйти, гордо задрав нос. Я готова была врезать ему по этой холодной самодовольной усмешке. Но не могла. Понимала, что не могу. Возможно, когда-нибудь сумею. Когда он придёт в Пустоту, чтобы забрать меня. Но сейчас – нет.

– Спасибо, – опустив голову, сказала я.

– Рад помочь, – с ледяной улыбкой произнёс он. Я отшатнулась и резко направилась к выходу.

– На твоём месте, я бы не затягивал с применением заклинания, – донеслось мне вслед. – Если хочешь, могу даже сказать, когда всё случится.

– Не надо. Я и так знаю, – не оборачиваясь, бросила я.

– А. Вижу. Ты себя предупредила? Похвально.

Уже взявшись за ручку двери, я остановилась. Неизвестно, удастся ли нам ещё раз поговорить, посему я должна задать один вопрос.

– Кьялар? – Окликнула я его.

– Это больше не моё имя, – нетерпеливо отозвался он. – Что?

– Что там находится? По ту сторону?

Я прямо-таки чувствовала, как он улыбается. Элегантно, холодно и немного торжествующе. Но не смела обернуться.

– Не имею ни малейшего понятия. Я – Жнец и провожаю только до ворот. Что за воротами мне не ведомо. Мне нет доступа к царству мёртвых, как иронично это ни звучало бы.

Не говоря ни слова больше, я распахнула дверь и выбежала из сна.

Комментарий к Часть 88. (Изнанка)

Муза: Ей-богу, это совсем не то, о чём мы хотели писать.

Йозефъ: Но оно нужно для дальнейшего развития.

Муза: Но… Ремус же… и… но…

Йозефъ: Потерпи до следующей части.

========== Часть 89. (Эмоции) ==========

Небо окрасилось в нежно-розовый цвет. Узкая полоса багрового света медленно поднялась из шипящих серых волн далёкого горизонта. Сизые облака медленно наливались краснотой. Над беспокойными волнами парили две чайки, что-то клекоча. Ветер шумно вздыхал в застывшем за спиной лесе.

В который раз я приходила в этот сон. Чужой, полный покоя и тишины сон. Полный доброты и тепла. И невероятной невысказанной нежности.

Я водила его и в другие сны. Где мы только не были… Там, где воздух на вкус подобен музыке снегопада, там, где трава пахнет новорожденным Эдемом. Мы не встречали на своём пути ни человека, ни странника, ни трагедий или наслаждения… Но только здесь, на берегу моря, при рассветном приливе я могла окунуться в этот невероятный мир чувственности, любви, добра и наивности.

Должно быть, потому что, в какой-то мере, это был наш мир. Наш каменистый пляж, на котором случилось достаточно значимых событий. Поэтому так хорошо было вернуться сюда. И пытаться забыть о вещах, которые когда-то произошли. Забыть обо всём. О том, кто мы. И о том, кем должны быть наяву.

Мы всегда молчали. Мы позволяли этому миру наполнить нас. Мы просто сидели рядом. И ничего не говорили. Лишь смотрели, как встаёт солнце, как светлеет небосвод, как прозрачный бледный свет раскатывается волнами над тёмным морем. И как же было хорошо… как же спокойно… как же чудно.

Я прислонилась к его плечу. Тихий смешок птицей взмыл в небо. Я подняла голову. Наши взгляды встретились. Тёплый и ласковый взгляд карих глаз пронзал меня насквозь. Я силилась отвести взор. Но ничего не могла поделать — я смотрела в его глаза, как заворожённая.

Ремус. Почему мне так хорошо? И почему от этого так паршиво? Почему мне кажется, что я предаю того, кто давно мёртв? Того, кого я любила и кого никогда не забуду. И того, кого я давно отпустила. Почему, сидя рядом с тобой на берегу, я лишь ищу себе повод, оправдание? И нахожу только причины упрекать себя за то, что я что-то испытываю к тебе.

Я понимаю, что мне слишком совестно делать первый шаг. Но понимаю так же и то, что если этот шаг сделаешь ты, я уже не сумею удержать себя.

Эд. Прости меня. Наверное, пора перестать за тебя цепляться. Одобрил бы ты это? Наверное, нет. Ты всю жизнь ревновал меня к Рему. Возможно даже небеспочвенно. Я любила тебя, правда. Всем сердцем. Но я помню, как сбежала тогда перед свадьбой. Я помню те посиделки в магазинчике Болка, когда тебя не было рядом. Я помню, как Ремус помогал мне и поддерживал меня. И помню, как нам с тобой было невыносимо жить в мире и в быту. Я влюбилась в тебя во время приключения. Ты сам был моим приключением. Но перед лицом тихой семейной жизни мы спасовали, согласись.

Боги, что я несу? Новые и новые оправдания. Нужны ли они? Не знаю. Знаю, что чувства есть. Знаю, что они вряд ли куда-то уходили. Тлели тихим огоньком, пока бушевала страсть по Эду. И знаю, что достаточно лишь малого усилия, чтобы раздуть всё вновь.

Если он сделает первый шаг, я уже не сумею удержать себя.

Я поспешно отвела взор. Солнце почти поднялось над горизонтом. Счёт шёл на минуты, скоро мы проснёмся. Минута, чтобы что-то сказать, чтобы объясниться. Потому что наяву мне не хватит смелости. Но мы молчали. Тишина, плотным одеялом укутывавшая нас всё это время, натянулась дрожащей струной. Мы оба понимали, что необходимо что-то сказать. Но мы молчали.

За пару секунд до того, как солнце оторвало тяжёлое брюхо от кромки воды, а сновидение лёгким потоком выдернуло нас в явь, моей руки коснулись горячие пальцы. Я улыбнулась. За миг до пробуждения я переплела его пальцы со своими.

***

Холодные лучи ноябрьского солнца осветили невзрачную улочку. Тротуар был всё ещё мокрым после давешнего дождя. Влажно поблескивали аккуратно выстриженные лужайки одинаковых домиков. Улица была до омерзения правильной. Такие обычно фотографируют для риэлтерских фирм в магловских газетах. И, как правило, чем больше лоска наведено на дома, тем менее счастливые здесь живут люди. Будешь тут счастлив, когда самая большая забота – следить, чтобы трава не была выше двух дюймов. Уверена, здесь даже на Рождество дома украшаются одинаково.

Мимо меня с фырчаньем проехал автомобиль. Я успела только заметить за рулём толстого краснолицего мужчину с жёсткими усами и копной рыжевато-светлых волос. Водитель неодобрительно покосился на меня. Наверное, его смущает то, что пешеходы могут просто стоять на тротуаре и никуда не идти. Обычно таких людей просто выбить из колеи. Лишь чуточку сдвинуть их картину мира, и они готовы впасть в ярость или в панику. Лишённые воображения маглы до мозга костей. Превосходный образец обитателя этого вылизанного городка.