Невесомость

– Не совсем, - вмешалась, рассмеявшись, мама, выйдя нас проводить.
– Девочки, в пять у нас ужин, хорошо? Так что никуда не пропадайте.

– Тёть Надь, я точно никуда не пропаду, - заверила маму Карина.
– Мне никуда сегодня не надо, поэтому после уроков я сразу домой помогать вам готовить.

– Мам, если хочешь, я отпрошусь у Лизы Алексеевны, и все вместе займемся ужином.

– Нет, нет, нет, Анжел, мы и вдвоем с Кариной справимся, да ведь?
– с теплом посмотрела она на неё.

– Конечно! Тем более это твой день рождения, Анжел. Это, как минимум, неправильно, когда человек сам готовит себе праздник, поэтому ты сегодня от всего освобождена.

– Пожалуйста, освободите меня от уроков!
– рассмеялась я, взяв с пола рюкзак.
– Ну всё, мам, мы побежали. До вечера!

Попрощавшись, мы покинули стены квартиры.

Какой бы ярой любительницей осеннего времени года я ни была, тепло и солнечный свет тем утром были мне, как никогда, любимы. Весна открывала двери самой жаркой, самой яркой и красочной поре - лету. Официально до него ещё оставался целый месяц, но в воздухе уже царили его отголоски, хотя отовсюду исходил сладостный аромат цветущей сирени и яблони, что так любила и ждала Карина. Есть что-то непередаваемо прекрасное в этих цветущих белоснежных и фиолетовых красавицах. То, что сложно объяснить, можно лишь почувствовать. Веяние новой жизни. Чистой страницы в жизни. Предвкушение чего-то хорошего, чего-то важного. Карина права, весна хороша тем, что в отличие от осени, она дарит самое светлое настроение. Сложно грустить и впадать в уныние или депрессию, когда вокруг всё просыпается от зимней спячки, когда всё готово к жизни и приятно что-то нашептывает тебе. Кажется, я начинала любить весеннюю природу, несмотря на то, что осень была особо мне дорога своим вдохновением.

В то утро мы едва успели с Кариной к началу первого урока. По расписанию у нас стояла география, поэтому, сдав верхние вещи в гардероб, мы поспешили в кабинет.

В моей груди всё трепетало от волнения. Я была уверена, что Карина не стала умалчивать о моём дне рождении, и что за дверями аудитории меня ждали поздравления наших одноклассников. В такие минуты я всегда чувствовала себя неловко. Принимать поздравления от родных людей и в неформальной обстановке гораздо легче, чем в стенах школы. Но мои предположения не оправдались.

Войдя в кабинет, где царила атмосфера разговоров и смеха за несколько минут до звонка, мы с Кариной со всеми поздоровались и прошли на свои места. Ни один человек меня не поздравил. С одной стороны, я испытала облегчение, но с другой стало немного досадно и стыдно за то, что я себя настроила на совсем иную встречу. И с чего я была так уверена, что наш класс знал о моём дне рождении? Может быть, Карина забыла им упомянуть об этом? Или же, напротив, она предупредила ребят, но они намеренно не стали меня поздравлять? Как же это было глупо. Нет, я не чувствовала ни капли обиды или разочарования, мне просто стало немного не по себе от своей ложной уверенности. А ещё и Дениса не было на своём месте, хотя обычно он приходил раньше меня.

Боевой настрой начал постепенно улетучиваться. А когда к началу второго урока я осознала, что Денис уже точно не придёт, мне захотелось, чтобы этот хоть и начавшийся хорошо день и вовсе поскорее подошел к концу. Радовало лишь то, что после уроков нужно было к Лизе Алексеевне, а занятия с ней всегда поднимали настроение.

– Анжела! С твоим совершеннолетием тебя!
– восторженное просияла она, встретив меня на пороге своей квартиры. Эта девушка была одета в светло-синюю джинсовую рубашку на металлических пуговицах, заправленную в черную расклешенную юбку, длина которой едва касалась колен. Темные волосы моей учительницы были распущены и слегка завивались на концах, придавая её и без того красивому, аристократичному лицу мягкости и обаяния. Весь внешний вид Лизы Алексеевны говорил о её внутренней гармонии, о неиссякаемом творческом потоке и интеллигентности. Она выглядела так, как я всегда представляла себе образ поэтесс двадцатого века, поражающий своей внешней хрупкостью, но огромной духовной силой изнутри.
– Скорее проходи!

Увидев эту бесконечно милую девушку, я почувствовала, что ко мне начинало возвращаться утреннее настроение.

– Счастья тебе, дорогая! Огромных творческих успехов!
– говорила Лиза Алексеевна, закрыв за мной дверь и заключив в свои объятия.
– Душевного тепла, гармонии! Побольше ярких впечатлений, которые бы вдохновляли тебя! Жизненной суеты, событий, радостных мгновений! В общем, всего, чего ты только желаешь, Анжел! Я поздравляю тебя!

– Лиза Алексеевна, как же это приятно!
– не могла я сдержать переполнявшие меня эмоции от столь теплого и искреннего поздравления.
– Спасибо вам большое! Эти слова очень мне дороги.

– И у меня есть для тебя небольшой подарок, - произнесла она, аккуратно разжав свои изящные руки.
– Сейчас принесу.

Я, не прекращая улыбаться, кивнула и принялась расстегивать свою джинсовую куртку, польщенная услышанным. С кухни тянуло сладостным ароматом выпечки и молочного шоколада, отчего во мне нежданно проснулся аппетит и смущение за него.

– Вот! Надеюсь, понравится, - проговорила моя учительница, протягивая мне небольшую коробку, упакованную оберточной бумагой пастельных оттенков.
– Ничего не говори, сначала распакуй!

Я только-только сняла черные ботинки, поэтому подняв глаза, изумилась безумной красоте и нежности упаковки. Предвкушение того, что в себе хранила запечатанная в ней коробка, полностью охватило мой интерес. Сняв оберточную бумагу, я увидела на коробке изображение того, чего никак не ожидала, но то, что для меня было чуть ли не предметом первой необходимости. Электронная книга!

– Боже! Лиза Алексеевна, вы читаете мои мысли?! Это потрясающий подарок! Я мечтала о ней!
– в чувствах призналась я, снова крепко обняв свою учительницу.
– Спасибо вам ещё раз! Только это ведь так дорого...

– Перестань, Анжел! Главное, что тебе нравится, и что это всегда нужная для тебя вещь, да ведь?

– Нужная - мягко сказано, я не могу даже словами передать сейчас своих эмоций! Сегодня я получила три подарка, которые воплотили в реальность мои мечты.

– И это прекрасно! День рождения на то и существует, чтобы отвечать на наши желания. И поверь мне, всё самое приятное случается ближе к ночи, поэтому я уверена, что твои подарки на сегодня не закончены, - с улыбкой подмигнула она мне.
– Я испекла тортик, поэтому первым же делом мы пойдем пить чай, хорошо? С минуты на минуту должен прийти Миша.

– Вы что, в честь моего дня рождения испекли его?!
– изумленно протянула я, не стараясь скрыть своего удивления. Наверное, в тот момент выражение моего лица было таким, словно я узнала о приезде "30 seconds to mars" в наш город.

– Хотелось сделать тебе приятное, - беспечно кивнула она, заправив красиво уложенные волосы за уши, на которых были надеты небольшие нежные сережки с голубоватым камешком в центре.
– Всё, всё, всё, идем скорее!
– рассмеялась она моей реакции и, взяв за руку, повела на кухню, где прошло множество наших самых теплых и искренних посиделок за чаем.
– Чайник как раз вскипел, - произнесла моя учительница, доставая из шкафа бокалы, пока я любовалась многослойным, соблазняющим своим видом медовым тортом, смазанным сверху тёмной шоколадной глазурью. Дух захватывало при мысли, что он был испечен специально для меня.
– Тебе без сахара, Анжел?

– Без сахара, - согласно кивнула я, улыбнувшись.
– Давайте я вам чем-нибудь помогу?

– Если несложно, принеси, пожалуйста, телефон из прихожей, хорошо? Надо бы Мишу набрать.

– Да, да, конечно.

Но только я принесла его, как в той самой уютно спланированной прихожей со светлыми шкафчиками и зеркалом во всю стену раздалось лязганье замка, и через несколько секунд послышались мужские шаги.

Те два с половиной часа, что я провела в компании Лизы Алексеевны и Миши, были неповторимы и по-настоящему насыщенны. К моему величайшему удивлению, Миша подарил мне шикарный букет из нежнейших розовых роз и пожелал того, чего мне никогда ещё никто не желал - безумства. Да, это именно то, чего в моей жизни никогда прежде не было. Было неописуемо легко находиться в окружении настолько живых, настолько интересных и настоящих Лизы Алексеевны и её теперь уже мужа. Я уже ни капли не смущалась этого любящего мою учительницу парня, а напротив, полностью влилась в их мир, почувствовав его всеми частицами души. В те часы я была в гостях не у своего репетитора по литературе. Мне казалось, что это была встреча хороших друзей, которые ощущали невероятный комфорт друг с другом. Так легко и свободно было это общение.