Нейтралы
Шрифт:
Неделя отдыха закончилась, занятия возобновились. Темп их ощутимо снизился – я уже не уставал так, как прежде. Даже появилось странное ощущение, словно нагрузки не хватает. В ответ на осторожные разговоры об увеличении учебных часов получил напоминание о недавнем обмороке и совет, раз уж заняться нечем, присоединиться к охотникам. А то ведь позорище – клановый, не умеющий ходить по лесу!
За неимением альтернативы, пришлось согласиться. Тем более что с точки зрения репутации полезно. В социальном плане я представляю собой одиночку, причем клановому общественному мнению непонятно, куда меня приткнуть. По возрасту подхожу подросткам, но уже прошел инициацию и признан полноценным взрослым. Считать меня мужчиной вроде бы надо, но учусь в школе, не женат
В отличие от мужчин-тугодумов, женская часть социума определилась давно. Девушки моего возраста и их мамы считали меня выгодной партией со всеми вытекающими отсюда последствиями. Источников головной боли (девушек моего возраста, имею я в виду) в клане, к счастью, всего две, причем одна симпатизирует придурку Майклу, от её внимания я большую часть времени избавлен. Тем не менее, идея прятаться в лесу имеет свою дополнительную прелесть.
Охотников в клане немного. Ядро группы – дядя Оливер и ещё два моих родственника, остальные присоединяются по мере необходимости или желания. Растения собрать, опасную тварь прибить, найти фейри для торговли и всё в том же духе. Много денег эта работа не приносит, однако она необходима, поэтому все охотники получают дополнительное жалование от клана. Небольшое, но на жизнь хватает.
Весь август я каждую неделю на один-два дня покидал территорию поместья и уходил в лес. Ночевки не поощрялись, хотя и случались при необходимости. Надо сказать, в дикий лес по одиночке ходят лишь те, кому жизнь не мила, остальные в обязательном порядке обзаводятся напарником. И это – в относительно обжитых местах. В дальних экспедициях, когда такие случаются, участвуют сотни человек с хорошим снаряжением. Амуницией их снабжают Министерство или богатые лорды. У нас в Британии неисследованных мест мало и все они связаны с пространственными аномалиями, то есть на участке, который за сутки можно обойти спокойным шагом, помещается территория размером с Шотландию. Запретный Лес у Хогвартса, к слову, из их числа.
В конце месяца меня снова вызвали к леди Маргарет. Говорили о Поттере.
– Мальчик произвел сильное впечатление на прошедшем турнире, - рассуждала леди, просматривая статью в очередном «Ежедневном Пророке». – Иначе бы его так грязью не обливали.
– Он и раньше привлекал внимание, миледи. Участие в турнире наложилось на подготовленную почву, ожидания общества подтвердились.
– Верно. Как думаешь, почему его обвиняют в сумасшествии?
– Сумасшествие удобно, - предположил я. – Оно объясняет все странности.
– Ещё сумасшедших магов боятся, - серьёзно добавила глава. – Даже слабосилок может много чего натворить, а уж кто-то с силой Поттера… Поэтому возникает вопрос – сколько правды в словах Министерства? Как считаешь?
– Думаю, миледи, если бы Поттер хотя бы слегка был безумен, его бы давно поместили в Мунго. Министерские знают, что целители признают парня вменяемым, поэтому ограничиваются пропагандой.
– Ты можешь с ним поговорить? Возможно, он расскажет о третьем этапе какие-то подробности, не попавшие в прессу.
– Возможно, я мог бы попросить у него воспоминания, - предложил я авантюру. – У нас думосброс есть?
– Да ты с ума сошел! – засмеялась леди. – Он тебя проклянет и правильно сделает!
Маги практически никогда не отдают воспоминания в чужие руки. Максимум – позволят просмотреть в своем присутствии, выказывая тем самым высокий уровень доверия. Воспоминания если отдают на сторону, то сразу делают копию для себя, а оригинал уже не используют. Не вкладывают обратно. Причина проста – опытный легилимент может поправить память, внести нужные ему изменения. Или, если стоит иная задача, незаметно добавить заклинание,
постепенно разрушающее сознание донора после возвращения воспоминаний. Банальная осторожность советует следить за собственными мыслями в том числе таким вот образом. Леди Маргарет права, просьба посмотреть воспоминания от полузнакомого волшебника – чудовищное нарушение этикета. За него сразу в рожу бьют, а потом проклинают. Тем не менее, мне есть, что возразить.– Поттер чудовищно невежественен в некоторых отношениях, - объяснил я идею. – Он просто не поймёт, насколько нагло моё предложение. Мне кажется, имеет смысл попробовать.
– Ну попробуй, - легко согласилась леди. – В конце концов, тебе страдать. Думосброса у нас нет, но в случае согласия что-нибудь придумаем, так что дерзай. Думаю, после суда настроение у мальчика не слишком радостное, пусть сбросит пар хоть таким образом.
– Дамблдор, фактически, выиграл суд, - высказал я мнение, появившееся после прочтения прессы и писем однокурсников.
– О, директор молодец! Старик всем показал, что его рано списывать.
Суд над Поттером стал поражением Министерства благодаря самому Министерству. Огромное количество нарушений при его проведении – частности, на них с удовольствием оттоптались газеты, но народ особого внимания не обратил. Простые люди вообще не поняли, зачем процесс затевали. Школьник колданул на каникулах и ради этого собирать заседание Визенгамота полным составом? Да вам делать, что ли, нечего? К тому же, на процессе внезапно выплыли дементоры, к чему Фадж внезапно оказался не готов и не удержал лицо. Вообще, похоже, процесс готовился в спешке, и министр не знал ни о примененном Поттером заклинании, ни о стражах Азкабана, иначе не допустил бы огласки. Патронус не просто высшее, это ультимативно-светлое заклинание, в чем-то легендарное. Создав его после четвертого курса, Поттер невольно подтвердил свою репутацию положительного героя, тем самым превратив Министерство в темных гонителей.
С логикой у волшебников не особо хорошо, зато они назубок помнят древние легенды. Подсознательно они считают, что живут в сказке – у них есть для того основания. Если Поттер продолжит у них ассоциироваться со светлой, положительной, правильной стороной, то один факт его наличия обеспечит Дамблдору серьёзную поддержку.
Насчет дементоров. Старшие обсудили между собой и пришли к выводу, что в мире простецов они пребывать могут, если заранее хорошо подкормились и недолго. А уж если у них добровольный помощник найдётся… Так что, по мнению авторитетных волшебников, Поттер вполне может говорить правду.
Возвращаясь к суду в заключение хочу сказать, что прошел он для Министерства неудачно, став медийным поражением. Нельзя произвольно менять правила игры, нарушать закон в угоду моменту. Контроль над прессой не помогал, общественное мнение действия чиновников не одобряло. Словом, всё прошло настолько удачно для директора, что поневоле задумаешься – не с его ли подачи организовано?
Это лето у меня получилось сумбурным. Вроде бы событий нет, вместе с тем свободного времени мало, постоянно занят какими-то делами. То учусь, то снова в лесу учусь, то тренируюсь. Раз в неделю выбивался из общего ряда выходной, когда я мог куда-то сходить и встретиться с друзьями. К слову сказать, камин у нас в поместье всего один, причем расположен в пристройке к дому главы рода. Проход в покои хозяйки есть, но он достаточно длинный, а при необходимости всю пристройку легко снести без особого труда.
Каминная сеть пришла на смену отдельным порталам, прежде довольно распространенным. Если бы они были менее сложны в создании и стоили дешевле, возможно, до сих пор бы конкурировали на рынке. Однако легкость изготовления и установки, а также демпинг со стороны Министерства привел к тому, что сейчас портальные переходы являются диковинкой, доступной только богатым людям. Или же тем, кто заботится о собственной безопасности – поговаривают, что камин, даже отключенный, при острой необходимости позволяет проникнуть в закрытый дом. Сожжение некоторых хорошо укрепленных поместий во время прошлой войны втихаря объясняли наличием у Темного Лорда сторонников среди министерских, умеющих активировать заблокированную связь.