Ночь поцелуев

Они с Татьяной держались друг за друга легко, не нарушая правил приличия.

Ормскирк, видимо, пытался подчинить неумелую партнершу собственной воле, и потому властно сжимал в объятиях. Гейбриел почувствовал, как в груди нарастает ярость.

Музыка смолкла, однако мисс Долтри и граф Ормскирк остановились не сразу, а совершили еще один круг в полной тишине, улыбаясь друг другу так, как будто уже успели заключить тайное соглашение.

Бервик распахнул перед Гейбриелом и Татьяной дверь. Настала пора выйти в сад и насладиться фейерверком — тем более интересным, что запускать его должны были с лодок, с середины озера.

Татьяна взяла его под руку, но он едва не стряхнул ее ладонь. Хорошо, что вовремя спохватился и сдержался и вместо этого торжественно повел княжну к широкой мраморной лестнице.

Ночь выдалась прохладной. Чтобы гости не замерзли, Бервик предусмотрительно разместил вдоль дорожки жаровни с пылающими дровами. Языки пламени соперничали с лунным светом и озаряли лица зрителей.

— Никогда еще не видела фейерверка! — по-детски непосредственно воскликнула Татьяна.

Гейбриел вспомнил годы, проведенные во дворцах европейских монархов, и свой первый фейерверк. Тогда ему только исполнилось десять.

— Рад, что присутствую при столь знаменательном событии, — улыбнулся он.

Должно быть, голос его прозвучал недостаточно искренне, потому что Татьяна настороженно взглянула на него и увлекла к группе джентльменов, где стоял князь Дмитрий.

— Дядя! — позвала она.

— Ах вот ты где, пышечка! — обрадовался князь. — Видел, видел твое выступление. Хорошо, что матери здесь нет.

Гейбриел учтиво поклонился:

— Княжна великолепно танцует.

— Что есть, то есть, — согласился князь.

Татьяна подошла к мраморному парапету и остановилась на самом краю, внимательно вглядываясь в лодки.

— Какой же сюрприз вы нам приготовили, ваше высочество?

— Лодки подплывут к центру озера и бросят якорь, — пояснил Гейбриел. В эту минуту слева показались Кейт и Ормскирк. — По сигналу Бервика они начнут запускать фейерверки — но не произвольно, а подчиняясь особому порядку, чтобы получился красочный букет.

— По крайней мере таков замысел, — добавил Дмитрий. — Эти фейерверки частенько ведут себя непредсказуемо, не так ли?

— Да, вы правы, — согласился Гейбриел. — Если позволите, я проверю, все ли подготовлено должным образом.

— Думаю, ваш дворецкий предусмотрел каждую мелочь, — отозвался князь.

Однако Гейбриел уже успел улизнуть. Он обошел собравшуюся на берегу нарядную толпу и за спинами гостей направился… к Кейт.

К счастью, она не стремилась попасть в первые ряды зрителей и остановилась у входа в лабиринт. Принц подошел сзади и, не проронив ни слова, положил руку ей на талию.

Кейт обернулась и подняла на него глаза, но темнота не позволила понять выражение его лица. Она не стряхнула ладонь, а что-то негромко сказала графу и сделала шаг назад.

Молниеносным движением Гейбриел увлек Кейт в лабиринт и поспешил скрыться за первым поворотом. Здесь царила первозданная тьма: не горели факелы, не пылали жаровни. Прохладный влажный воздух приятно освежал разгоряченные лица.

— Гейбриел, — негромко произнесла Кейт, и принц с радостью услышал в ее голосе смех. — Что ты делаешь?

— Пойдем, — позвал он и еще крепче сжал руку Кейт, увлекая в узкую аллею.

— Не могу, на мне хрустальные туфельки! — запротестовала Кейт. — В них нельзя ходить по траве!

Ни на миг не усомнившись, принц опустился на колени.

— Миледи.

Кейт приподняла ногу, и он бережно снял башмачок, потом проделал ту же процедуру со вторым и поставил оба на скамейку у входа в лабиринт.

— Чувствую себя как в детстве, когда танцевала на газоне в одних чулках, — с нескрываемым удовольствием заметила Кейт.

Левой рукой касаясь живой изгороди, а правой крепко сжимая ладонь любимой, Гейбриел на ощупь пошел к центру лабиринта. Все повороты он помнил наизусть.

Кейт послушно, хотя и не очень уверенно, шагала следом за ним. Один раз она споткнулась, но сумела устоять на ногах.

— Все, пришли. — Миновав последний поворот, они оказались в центре лабиринта. Небольшую площадку с фонтаном в середине заливал серебряный свет луны. Брызги мерцали и переливались, осыпая звездной пылью стриженые тисы и морских коньков по краям чаши.

— Волшебно! — прошептала Кейт и подошла к фонтану. — А что же заставляет воду бить струей?

— Секрет кроется в силе земного притяжения и в весе скопившейся внизу воды. А если повернуть вот этот рычаг, вода будет еле-еле капать.

— Хорошо бы сесть, но брызги скорее всего намочили мрамор, — вздохнула Кейт. — Боюсь испортить платье.

Она взглянула вопросительно, но ответа не получила. Гейбриел забыл все слова.

Он молча коснулся ладонью прохладной щеки Кейт, и, почувствовав гладкость нежной кожи, поймал пальцем уголок улыбки. А потом заменил ладонь губами.

— Гейбриел! — Кейт быстро отвернулась.

Сердце судорожно сжалось.

— Я должен.

— Нельзя.

— Кейт!

— О, Гейбриел! — шепнула она.

— Подари мне последнюю встречу, — страстно взмолился он. — Пожалуйста. Пожалуйста! Прошу!

— Я… — Она помолчала и снова попыталась отказаться. — Я боюсь. Ты разобьешь мне сердце.

— Мое уже разбито.

Отрицать правду не имело смысла. В глазах Кейт блеснули слезы.

Поцелуй сказал обо всем, на что не хватило слов. Они провалились в неведомую тьму, в нездешний, призрачный мир, где не было ни принца, ни прекрасной дамы.

Существовали только два тела — горячих, дерзких, безумно стремящихся друг к другу.

— Платье намокнет, — пробормотала Кейт спустя несколько долгих мгновений и вдруг озорно улыбнулась: — Ах, это так нехорошо!

Гейбриел дотянулся до рычага и с силой повернул. Плеск воды смолк. Он показал любимой, как обнять за голову смеющегося морского конька. Осторожно, бережно начал поднимать кружевные нижние юбки — слой за слоем, пока его восхищенному взору и жадным ладоням не предстали прелестные круглые ягодицы, скрытые лишь батистовыми панталончиками — такими тонкими, что просвечивала жемчужная кожа.