Ночи ЛаКлер

Вилла больше, чем я себе представляла, так что я умудрилась потеряться, даже после того, как Брайант дал мне четкие указания. Расстроенная собой, я выхожу на один из многочисленных огромных балконов, планируя убить время, прежде чем снова вернуться в зал.

Я опираюсь на перила, и звук волн, накатывающих на пляж, омывает меня.

— Сюда запрещено приходить гостям, — раздался голос позади меня.

Я оборачиваюсь, кровь приливает к моим щекам. Мой взгляд охватывает широкий балкон, прежде чем я вижу человека, сидящего в дальнем конце.

Сначала я подумала, что это Брайант, но он не мог последовать за мной наверх и успеть сесть. Это может быть только Лэнс.

— Мне очень жаль. Я понятия не имела. — Прочищаю горло. — Я — Грейс, Брайанта… Подруга. — Подхожу к нему и протягиваю руку. Он — копия Брайанта.

— Привет. — Его лицо остается без изменений, но он жмет мою руку. — Я — Лэнс. Что привело тебя сюда, Грейс?

Я смотрю на кресло-коляску рядом с ним. Боль ударяет в центр моей груди.

— Брайант пригласил меня.

— Я имею в виду сюда, на этот балкон? — Улыбка зарождается на его губах.

— О, я думала… Ну, я искала дамскую комнату. И потерялась. Извини, я не хотела тебя беспокоить.

— Успокойся. — Он поднимает с пола открытую бутылку джина и делает глоток. — Я пошутил. Не стесняйся, броди, где хочешь.

— Спасибо. — Выдыхаю я, не заметив, что задержала дыхание. — Приятно познакомиться, Лэнс. — Я смотрю на океан. — Брайант сказал, что у тебя болит спина?

— Все верно. — Он делает еще один глоток и громко смеется. — Каждый проклятый день.

— Сожалею. — Я опираюсь спиной о перила, не чувствуя потребности уйти. — Может быть, я смогу помочь. Я массажистка. — В тот момент, когда слова вылетают из моего рта, я застываю. — Я имею в виду… тебе не обязательно соглашаться. В любом случае, все, что я могу предложить, это временное облегчение. Я подумала, может быть, ты почувствуешь себя достаточно хорошо, чтобы присоединиться к вечеринке.

Мгновение он рассматривает мое лицо. Пот выступает на моем лбу.

Он наклоняет голову в сторону.

— Массажистка, да? Брайант действительно умеет выбирать, верно?

Я понятия не имею, как реагировать на это, поэтому ничего не делаю.

— Ну что ж, хорошо. — Его глаза не покидают моего лица. — Временное облегчение — это хорошо. — Он снова подносит бутылку к губам, осушая последние капли. Он наклоняется вперед, чтобы выудить еще одну из-под своего кресла.

Когда я наблюдаю, как он отвинчивает крышку, боль зарождается в горле. Брайант говорил мне, что у Лэнса проблемы с алкоголем, но как часто он так топит свою боль? И кто я такая, чтобы судить? Я даже не могу себе представить, какого это находиться в его состоянии.

Я бы хотела спросить, что с ним случилось, но это не мое дело. Мы только что встретились. Я не хочу показаться бестактной. Кроме того, если бы Брайант хотел, чтобы я знала, он бы рассказал мне сам.

Лэнс снова наклоняется вперед, позволяя мне работать руками на его спине. Посмотрев на океан, мои пальцы начали двигаться по его спине, в поисках узлов и перегибов, пытаясь найти источник его боли.

Вздохи, исходящие от него, убеждают меня, что я вероятно доставляю ему хоть какое-то облегчение.

Через пять минут после начала массажа, глубокий голос слева заставляет меня отпрыгнуть назад, как будто меня поймали, за незаконными действиями.

— Какого черта? — Брайант стоит у входа на балкон, его глаза сверкают. — Я думал, ты хочешь пойти в дамскую комнату. Я искал тебя. И ни за что бы не подумал, что застану тебя рядом со своим братом.

Почему он так смотрит на нас? Не похоже будто между нами что-то романтическое.

— У Лэнса болела спина. Я предложила сделать массаж, вот и все. — Честно говоря, даже не знаю, почему я должна оправдываться. Наши отношения не похожи на то, что мы пара. И с каких пор грех помогать кому-то? У меня такое ощущение, что между двумя братьями происходит что-то глубокое и темное, что-то отразилось в глазах Брайанта.

— Типичный Брайант. — Лэнс поворачивается, что встретиться с братом. — Боже, интересно, почему ты так взвинчен. Может быть, ты боишься, что я могу рассказать Грейс твою маленький секрет?

— Что… Я… какой маленький секрет? — Я отступаю от Лэнса и смотрю, как цвет сходит с лица Брайанта.

У меня такое чувство, что все выйдет наружу само, без дополнительных вопросов. Я одновременно хочу знать и не хочу, что у них за тайна. Как бы то ни было, озноб проходит по моему позвоночнику.

Лэнс повернулся ко мне с торжествующей улыбкой.

— Леди желает знать. — Он оглядывается на Брайанта, который выглядит осунувшимся, его тело осело на дверную раму балкона. — Что скажешь Брайант, должен ли я рассказать или держать ее в неведении?

— Не смей! — Голос Брайанта пробивает напряжение. — Грейс, давай, пойдем.

— Нет. — Мои глаза все еще находятся на Лэнсе, мой голос, как шепот. — Я хочу знать, о чем говорит Лэнс.

Думаю, если бы я узнала, что Брайант не идеальный человек, это помогло бы мне позже с легкостью отпустить его.

— Отлично. — Лэнс потирает руки. — После окончания средней школы мы вдвоем отправились в Париж, чтобы отпраздновать это. Именно там Одри Дюпюи вошла в наши жизни и изменила их навсегда. Она была француженкой, с телом богини. — Он поднимает бровь. — Брайант тебе не упоминал о ней?

Все еще напуганная тем, что могу услышать, качаю головой. Хотя я не смотрю на Брайанта, его гнев обволакивает пространство вокруг нас.

— Ну, я влюбился в Одри, когда ее янтарные глаза встретились с моими. А потом…

— Лэнс, — снова предупредил Брайант. — Не делай этого.

Лэнс игнорирует его и продолжает рассказ, отпивая из своей бутылки через каждые несколько слов. Алкоголь определенно раззадоривает Лэнса.

— Между мной и Одри все было хорошо. Она была создана для меня. Затем я совершил одну глупую ошибку. Я познакомил ее с моим братом, думая, что он будет счастлив за меня. Не каждому везет найти единственного человека, который во всем его дополняет. — Он резко вдыхает. — Ну, мой дорогой брат решил, что он тоже хочет мою девушку. И он сделал все, чтобы получить ее. — Лэнс кашляет или смеется, сложно сказать, что это было. — Он флиртовал с ней прямо передо мной. Он водил ее на ужин, покупал ей драгоценности, и все такое. Излишне говорить, что следующие две недели в Париже были словно езда на американских горках. А потом…