Ном

– Как он их найдёт, если даже не знает, как их зовут? Не знает, как его самого зовут, – сказал Вито, который слушал, расхаживая взад-вперёд.

– Его зовут так, как мы его зовём, этого достаточно. В жизни часто случаются вещи, вероятность которых настолько мала на всякий трезвый взгляд, что когда они случаются, их принимают за чудо, но они всё-таки случаются. Просто мы не можем сейчас сказать, как и когда Даниель найдёт ответы, но он их найдёт. Потому что вопрос уже был задан, – сказал Карл, который смотрел в небо через окно в крыше и помешивал лапшу, залитую кипятком.

Когда Даниель положил перед Эриком документы, тот их пролистал, встал и пожал ему руку.

– Буду рад тебя чему-нибудь научить. Но, по правде говоря, здесь все учатся сами, а я только помогаю.

Даниель расплылся в улыбке.

– Мне подходит. Только, ведь я ещё школу не закончил.

– Закончишь. Я всё устрою.

001000

– Это обязательно?

Даниель изобразил страдание. Лиза проводила контрольный осмотр и никак не могла решить, что важнее, удобство или элегантность, поэтому то ослабляла, то затягивала галстук на его шее.

– Без галстука тебя не примут всерьёз.

– Если этим там важнее, что болтается у меня на шее, им лучше сходить на неделю моды. Выступать за бумажку сомнительной ценности, которая ни о чём не говорит. Что за формализм?

– Показывать свою работу важно. Мы все для этого много работали, но защищаться сейчас тебе. Сделай это не для бумажки. Для нас, для Эрика, для меня, – Лиза затянула галстук потуже, потом притянула за него Даниеля и чмокнула в губы. – На удачу.

Даниель зашагал к кафедре. Первый ряд перед ним занимали члены учёного совета, все остальные были предоставлены любопытствующим. Экран за его спиной показывал название презентации – «Универсальная платформа адаптивных роботов». Вито видно не было. Надеясь выступить свидетелем потерпевшей стороны, присутствовал человек в рясе с торжественным лицом и полуприкрытыми глазами. Вдруг ему повезёт, и он увидит, как наука покушается на то, что подмяла под себя религия? Составит потом кляузу куда следует.

– Уважаемый учёный совет и все, кому интересно сегодняшнее мероприятие, хочу представить вам свою часть работы, которую я выполнил в группе профессора Эрика Вакса во время работы над проектом в области эволюционной робототехники…

На экране замельтешили графики, формулы и схемы. Даниель прочитал страницу заготовленного выступления и глянул в зал. Кто-то теребил любимый гаджет, кого-то сморило в попытке вникнуть в презентацию, в учёном совете царило дружеское благодушие напополам с безразличием.

– Да, вы правы, скука смертная, – Даниель стащил с себя галстук. В зале раздались смешки и облегчённые вздохи. – Вся формалистика изложена в работе, с которой учёный совет уже имел возможность ознакомиться. Остальным будет интереснее, если я покажу что-нибудь вживую. Лиза, принеси сюда наших друзей, пожалуйста.

Одну за другой Лиза вынесла три конструкции, которые напоминали что-то среднее между различными животными, детскими игрушками и конструктором Лего. Одна напоминала паука, вторая змею, третья радиоуправляемую машинку.

– Моя коллега, – Даниель махнул в сторону Лизы, – занимается в группе профессора Вакса роботами с изменяемой структурой. Я как-то вгляделся в то, что она делает и подумал, а что если все эти конструкции могут управляться по единому принципу, одним и тем же контроллером вместо того, чтобы для каждого создавать подходящий только ему?

Даниель снял контроллеры с «паука» и «змеи», оставив его только у «машинки». Зал оживился. На экране появилось окружающее пространство, каким его видела машинка. Даниель поиграл манипулятором, отдавая роботу команду переместиться. Машинка послушно задвигалась, как будто за рулём у неё находился микроскопический, но очень ловкий водитель.

– У моего внука есть похожая игрушка, – седой синьор из первого ряда потыкал в воздухе несгибающимся пальцем, – Что в ней такого особенного?

– Даниель улыбнулся, выключил машинку, выдернул из неё контроллер и воткнул в «паука». После включения «паук» немного помедлил и принялся выделывать забавные коленца, расправляя каждую из восьми ног, вращаясь вокруг себя по всем осям, как припадочный. Карта пространства на экране поплыла. На ней стали медленно исчезать одни участки и появляться другие.

– Что сейчас происходит? Прокомментируйте, – попросил тот же синьор из первого ряда. Он находился ближе всех к образцам и как будто опасался, что «паук» может выйти из-под контроля, и тогда ему первому достанется.

– Представьте, что вы очнулись в чужом теле, совершенно не похожем на то, к которому привыкли. Вам нужно с ним познакомиться, понять его возможности. Он калибруется. Откалибруется, затихнет.

И действительно, через несколько минут «паук» успокоился. Даниель поигрался с параметрами на экране и нажал «исполнить». Робот встал на четыре конечности, победно вскинув в воздух четыре оставшиеся.

– Робот освоился с новым телом и, как видите, готов исполнять команды. Во время калибровки было простроено пространство состояний, в которых он способен находиться, которое, как вы понимаете, зависит от конкретного тела. Я выбрал точку в этом пространстве и отправил его туда. Его нынешняя поза – это и есть та самая точка. Пространство многомерно, оно имеет столько измерений, сколько существует степеней свободы у данного конкретного тела.

– Вы хотите сказать, что создали систему управления любым роботом, одну для всех? – спросил молодой человек из зала.

– Не любым. Тело робота должно соответствовать некоторым требованиям, как например, быть оснащено датчиками обратной связи для всех приводов, плюс теми, которые воспринимают информацию извне, сенсорами. Датчики нужны, чтобы построить карту состояний, сенсоры – карту местности. Все требования изложены в отдельной главе моей работы.

Даниель пошевелил манипулятором, «паук» покрутился на месте, задирая лапы, сполз со стола, скатился с лестницы перед сценой, ощупал её и начал восхождение на двух задних лапах, пока не затих на пятой ступеньке.

– Я скомандовал ему переместиться в точку на местности, которой не было на его карте. Для начала он нашёл способ перемещаться на местности, перемещаясь в собственном пространстве состояний. Попутно он достраивал карту местности, используя сенсоры. Ещё раз, к чему такие сложности с этим пространством состояний? Почему нельзя использовать управляющие команды приводам напрямую, как это сделано в радиоуправляемых игрушках, или роботах-манипуляторах? Во-первых, так система управления становится универсальной для разных конфигураций. Во-вторых, команды роботу могут иметь самый общий вид, а способ их выполнения робот будет искать самостоятельно. И в третьих, допустим, во время задания робот потерял конечность, – Даниель вышел из-за стола, навис над «пауком», – или две, – и отсоединил пару конечностей с одного бока. Клик манипулятором, и робот зашевелился, пополз обратно, пару ступенек вниз преодолев кубарем под смешки из зала. Затем, поняв, что от шевеления обрубками нет никакого толку, как бы забыл о своей травме, принялся ходить вокруг стола и тянуться вверх щупальцами, как кот, выпрашивающий угощение.