Номад

Странные дела. «Умный дом» был запрограммирован впускать близких людей в любое время дня и ночи, так почему же сейчас система не сработала?

– Открыть дверь, – велела я, но ничего не произошло. Вместо этого по всем каналам связи мне пришло одно и то же сообщение:

«Вы изолированы. Оставайтесь на месте и ждите дальнейших указаний! Бригада уже выехала. Извините за неудобства».

– И что это значит?! – вслух сказала я. – Я что, не могу теперь…

Умолкнув, я метнулась к двери. Она не поддавалась ни с той, ни с другой стороны.

– Хвон! – крикнула я. – Дверь заблокирована!

– Что?!

Я не верила в то, что происходило, словно виртуальные игры продолжались.

– Меня изолировали, черт бы их побрал! – страшным голосом прорычала я. – И они… они уже едут!

Чангпу забормотал что-то в растерянности, а я принялась метаться по квартире, словно подстреленная лань. «Бригада уже выехала» – что это значит? Меня заберут на принудительное лечение, и до конца жизни я буду овощем на препаратах? Но я не больна. Я не заразна.

Неожиданно мой взгляд упал на джойкегури, которых вчера принес Хвон. Они были мертвы, все до одного. Их тела посерели, а внутри, под тонкой сморщенной кожей, виднелись следы кровоизлияний. Те самые черные бляшки. Я отыскала своего кегури, но он тоже был мертв.

«Это я их всех убила», – дошло до меня.

Ощутив странное покалывание в месте биопорта, я подняла майку и не смогла сдержать крика: вокруг моего пупка распространилась сеть темных сосудов. Прикрывшись, зажала рот ладонью, чтобы подавить рвущийся наружу вой. Теперь будущее представлялось мне еще более жестоким: вирус не просто убьет меня, он изуродует мое тело до неузнаваемости.

– Хвон. – Я снова оказалась у двери. – Уходи.

– Куда?! Я пытаюсь взломать эту чертову дверь! – сдавленно прохрипел он: должно быть, возился с замком.

– Нет! – Не хватало еще, чтобы Чангпу нашел меня в таком виде. – Я… я действительно больна, Хвон-ним. Я заражу тебя.

Раньше я никогда не добавляла уважительное «ним» к имени приятеля. Но сейчас, когда меня и Хвона разделяла не просто дверь, а страшное слово «изоляция», я подсознательно прощалась со своим единственным лучшим другом.

– Да что ты несешь, Чжин Хо?! – Чангпу не на шутку рассвирепел. – Мы же выяснили, что ты не опасна для людей!

Похоже, просто так он не уйдет.

– Уматывай, иначе я вызову полицию! – Слова дались тяжело, но мой голос не дрогнул.

Возня за дверью прекратилась. Вряд ли Хвон по– настоящему испугался моей угрозы, но хотя бы дверь выламывать перестанет. А еще мне будет проще разорвать связь между нами.

Так, нужно было срочно уходить, пока санитары не надели на меня смирительную рубашку. Я вышла на балкон, и шум города обрушился на меня, словно ведро кипятка, доведя рецепторы до исступления. Какие у меня есть варианты? Звать на помощь– бесполезно. Никому ни до кого нет дела. Лезть на соседний балкон, рискуя разбиться всмятку? Проще сразу спрыгнуть вниз.

В панике я снова бросилась в квартиру и очень вовремя: за дверью послышались мужские и женские голоса, а еще через мгновение раздался писк электронного замка. Это была бригада санитаров. Разумеется, у них был ключ.

В голове была только одна мысль: бежать. Пусть меня списали со счетов, изолировали от общества – я все еще была жива. И мне совсем не хотелось провести последние дни в одиночной палате.

Метнувшись на балкон, я перелезла через стеклянные перила и… прыгнула прямо на крышу антигравитатора, что завис этажом ниже.

Смогла бы я сделать это, не будь виртуальщицей до мозга костей? Вряд ли. Я слишком привыкла к тому, что все вокруг – всего лишь игра.

Ладони коснулись разогретой обшивки. Еще секунда – и лайнер поднимется в небо, а меня сдует воздушными потоками. Нужно было пробираться в салон, если я хотела жить дальше. Волосы трепал прохладный ветер. Можно было бы разбить стекло, будь со мной хоть что-то тяжелее домашней пижамы.

Тем временем лайнер начал набирать высоту. Я запаниковала, но в этот самый момент – о, чудо! – окошко со стороны водителя приоткрылось, и из него показалась рука с сигаретой.

Навалившись всем телом, я надавила на стекло, опустив его до конца. Два ногтя сломались у самого основания, но мне было плевать. Кое-как ухватившись за гладкий корпус антигравитатора (кровь струилась по пальцам, заставляя их скользить), я развернулась и залезла в салон вперед ногами. Будь я чуть более упитанной, этот трюк никогда не удался бы. Водитель лайнера завизжал точно девчонка, но место взявшемуся из ниоткуда телу все же уступил. На свое же счастье: кто знает, на что я была способна в таком состоянии.

Оказавшись внутри, я в изнеможении рухнула на сиденье. Сердце билось как бешеное, руки были измазаны кровью, но, похоже, я была в безопасности. А еще сбежала от бригады санитаров.

– Это что, угон? – вежливо поинтересовался водитель.

– Нет, что вы, – улыбнулась я, оставаясь в том же положении. – Мне только спуститься.

Антигравитатор был на автопилоте. В наше время мало кто сам управлял машиной, в этом просто не было необходимости. Искусственный интеллект просчитывал оптимальный маршрут с учетом пробок и погодных условий, был внимательным и не нарушал правил, однако сегодня мне пришлось вспомнить полученные когда-то навыки и посадить лайнер подальше от посторонних глаз.

Можно было не сомневаться, что бригада уже знает, что я «угнала» транспортное средство по скану сетчатки и отпечаткам пальцев – тело все еще работало против меня. Поэтому, попрощавшись со своим вынужденным спасителем, я быстрым шагом направилась в самое сердце Нижнего Нова Соуля.

Продолжение ровно через неделю! Комментарии и отзывы к книге чрезвычайно повышают продуктивность автора, не скупитесь, дамы и господа:) С любовью, М.Х.

Глава - 9

Глава - 9. Человек с железным лицом

За свою жизнь я ни разу не была в Нижнем городе. Не ступала по его тротуарам, утопающим в грязи, не вдыхала удушливый смрад сточных канав и выхлопных газов допотопного наземного транспорта. Сегодня я погрузилась в это варево сполна. Тогда как вверху все искрилось и горело от тысяч вывесок и реклам, здесь, внизу, уже наступила ночь. Я обошла несколько гостиниц, но ни одна из них не внушала доверия. Первая кишела тараканами и крысами, вторая была, скорее, публичным домом, а в остальных я определенно не дожила бы до рассвета.