Новичок

Дальнейшие разговоры происходили в небольших апартаментах старосты посёлка.

Любая техническая задача, чуть сложней постройки двухэтажного дома или ремонта двигателя, на Кристе превращается в серьёзную проблему. Одну из них нам предстояло решить, причём в кратчайший срок.

— За такое богатство голову открутят, — приглушённо произнёс Костя.

— Если баржа выкатит к Манаусу, потеряем треть. Тогда нам голову открутит Герман, — подхватил профессор, так и сидевший с мокрыми волосами.

— А где «Темза», кстати? — уточнил я.

— Далеко… Ушла в Омаху, так что на помощь парохода надеяться не приходится, — тут же отозвался староста.

— По рации с ними можно связаться?

— Что ты, Дар… Есть только один способ связи: надо выйти на радиостанцию Манауса, а те транслируют.

— Исключено! — категорично бросил Костя. — Сливки снимут.

Пошли обмены мнений. Время летело, а плана всё не было.

Через двадцать минут после начала стратегического базара дверь рывком распахнулась, в помещение ворвался взъерошенный Лёха. Когда-то он был юнгой на «Темзе». А теперь этот бодрый парнишка — рейнджер-стажёр, который через месяц сдаст экзамены, в чём никто не сомневается, и станет полноправным участником группы.

— Сразу говори! — крикнул Костя.

— Винни доложил, что какое-то время шла вдоль берега! Два раза цеплялась носом и кормой. Её закручивало, и опять в реку! Уф-ф! Говорит, что если бы у них был трос, то могли бы и зацепить, с виду не особенно тяжёлая…

Старшего из вьетнамцев так и зовут, Винни. Настоящее имя у мужика такое, что быстро не выговоришь.

— Чего-то я не понимаю. А как же якорь, он ведь должен быть на барже? — Костя встал с места.

Якорь. Ещё бы, вполне очевидное решение.

— Нет якоря, обломись, ребята поднимались, — нарочито солидным баском изрёк Лёха. — Нешто бы они не сообразили?

Значит, сорвало перед тем, как баржу затянуло в Прорез.

— Сейчас она где? — спросил я о самом важном.

— Полтора часа назад прошла Аракару, пока идёт по стремнине.

Хорошо, значит, время ещё есть. Вьетнамцы, раз у них мало топлива, «голландца» долго сопровождать не смогут. Пусть себе плывёт, время прикинем, а на ближних подступах РЛС Бриндизи такой кусок металла схватит и доложит.

— Якорь можно соорудить, — не сдавался Игорь. — Использовать большую каменюку, соединив её с корягой.

Профессор хлопнул рукой по столу.

— Какую ещё корягу?! Понадобится большой адмиралтейский якорь! Игорь, у тебя есть такой? И вообще, товарищи, прошу высказываться ответственно, а не разыгрывать древнегреческую пьесу «Аполлон, несущий Ахинею»!

Они от отчаяния готовы фантазировать на любые темы.

— Есть идея! Трос, ёлки, вьетнамцы же подсказали, как мы не сообразили! — заорал Войтенко. — Мы её тросом зацепим, и баста! За подходящее дерево! Поедем, найдём, привяжем, другая группа высадится на лодку, подадим конец. А что, лодки есть… Дерево выдержит?

Все задумались.

— Должно выдержать рывок, это же не тундра, — осторожно предположил Мазин. — Здесь мерзлоты нет, корни сидят глубоко.

— Какое количество метров троса или каната найдётся на Каймане? — я спросил без насмешки у всех сразу, ни к чему, все и так на нервах.

— Ну, у меня есть метров сорок или чуть больше, — неуверенно ответил староста.

— У шведов можно взять, я знаю, метров пятьдесят добудем, — Костя подсказал ещё один вариант.

— Отминусуй на узлы и участок берега, ты же не будешь выбирать ствол у самой воды, его просто вырвет…

— Да это метров десять от силы, Игорь, какие проблемы! — отмахнулся командир группы.

— Костя… Туда посмотри внимательно, — посоветовал я и показал большим пальцем за спину, где в большом окне дома старосты открывалась панорама Леты. — Сколько километров в ширину?

Все замолкли.

— Баржу буксировать надо, только так, — продолжил я.

Тишина не разрушилась.

— Чем? Даже если сдаться губернатору, то нет никакой гарантии, что его катер не в бегах, — наконец выдохнул профессор. — Может, он тоже в Омахе, они с Папке что-то там крутят…

Дождь всё не кончался. Лишь один раз солнце пробилось к реке, минут на пять стало веселей и уютней, а потом небо опять затянуло тучами.

— Ещё одна идея! Мужики! А что, если её лодками к берегу оттолкать? — встрепенулся Игорь.

Всё-таки он молодец, не сдаётся, старается найти выход. И у него всегда есть идея.

— Как ты это себе представляешь? — грустно спросил Костя.

— Да очень просто, зачем изобретать велосипед? Закинем концы и на малой скорости постепенно будем тянуть в сторону берега.

— Транцы вырвет, — Косте идея не понравилась, я же пока молчал, думая о другом. — Баржа в грузу, осадка большая.

— Точно, вырвет, — с толикой злорадства пообещал Лёха.

— Да не вырвет, не паникуйте! Ну ладно… Подождите, а зачем тянуть? Давайте толкать «голландца» носом, как буксир-толкач! Возьмём два куска резины, проложим между баллоном и металлом корпуса баржи, и жми… Осторожно, конечно, — новый план у Игоря рождался моментально. Постепенно распаляясь, рейнджер быстро разогнался, набрав должный дискуссионный пафос и громкость речи. Вот бы ещё предлагал реальное…

— Не годится план, — заявил я.

Сразу четыре пары глаз посмотрели на меня вопросительно.

— Вспомните, как толкач ведёт перед собой баржу. Её надо поставить по курсу! Тогда она будет управляема. А как несёт нашу, Леша?

Тот несколько секунд подумал и сказал, сам расстраиваясь от ответа:

— Лагом развернуло…

— Именно так, ребята, бортом к течению! Ещё и мотает постоянно, судно периодически цепляет берега, его уносит, закручивает, опять ставит лагом! Баржа не идёт форштевнем по струе. Как в таких условиях буксировать? Надо согласованно заходить с кормы и толкать быстро, с достаточным для управляемости усилием, иначе мы просто будем часами крутиться вокруг судна, регулярно пополняя быстро сжигаемый бензин, а результата не получим. Разве смогут это сделать надувнушки?

— Так резиной же проложим!

— Игорь… Что нам даст резина, милейший? — Мазин досадливо поморщился. — Она может уберечь ПВХ корпуса лодок от повреждения, но никоим образом не защитит от катастрофического сжатия отсеков и последующего разрыва оболочки.

В помещении копилась энергия отчаяния. В спорах прошло ещё полчаса.

Так досовещаемся, что находку отгребёт губернаторский катер или пятнадцатиметровый пароходик «Пасифик», флагман ВМФ Панизо, чёрного цвета судёнышко с пулемётом «Льюис» на корме. Только «Темзе» ничего не достанется, слишком уж далеко она к югу. Хорошо, начнём прокачивать.