Новые эльфы

— Кажись, переборщила чуток, — ошалело пробормотала она и тут же ойкнула, словив сильную оплеуху, — ты чего дерешься?!

— Ты зачем зверя загнала?! А если б ты шею свернула?!

— Ну не свернула же. Сейчас Дермантин встанет и продолжим.

— Хорошо хоть, что не Кожезаменителм ты эту ящерицу обозвала. На сегодня цирк закончен. Завтра собираем монатки и идем искать другое место жительства.

— Что?! — разъярилась воительница, — А почему мне никто не сказал?!

— Ты же очень занята была. Каталась, каталась, вот и докаталась. В общем, мы туту немного подумали, всемером, и решили, что пора отсюда уходить.

— Но почему? — обескуражено спросила девушка, потирая свою пострадавшую при жестокой посадке…спину

— Хлеба почти нет, да и остальные продукты кончаются, — ответил ей подошедший Серый, как всегда не расстающийся с кольчугой и плащом, — На одной рыбе, разумеется, прожить можно. Вот только кому это нужно? Да и в любом случае, не куковать же нам в этом оазисе вечно?

Эльфийке явно хотелось поспорить с шаманом и так же явно не хотелось спорить с воином, который в первую же ночь попытался скрасить ее одиночество во время ночной прогулки под луной. Попытка увенчалась успехом. Хотя, судя по обмолвкам, проскальзывавшим в разговорах, вся группа уже была знакома друг с другом достаточно давно и единственной недавно, а потому непрочно, сложившейся парой были Семен и Шура. Девушке в их отношениях очень мешало отсутствия алтаря, с помощью которого можно было бы провести брачную церемонию, а вот ее парню это наоборот придавало второе дыхание.

— Ты думаешь, мы готовы? — взвесив для себя все за и против, спросила Викаэль, с задумчивым видом сгибая и разгибая повод подошедшего обратно к хозяйке варана.

— Морально давно готовы, а физически мы останемся на том же уровне, даже если будем продолжать регулярные тренировки не неделю, а целый месяц. — Заверил ее шаман. — Наши тела почти не устают, чертовски гибкие и невероятно сильные. Я тут советовался с Настей, и она как врач заявила, что это ненормально, но очень полезно. По ее мнению, если не будем целыми днями лежать на диване и плевать в потолок, такими они, скорее всего и останутся. А мы не будем, поскольку у нас нет ни диванов, на которых можно было бы предаться столь высокоинтеллектуальному занятию.

— Ну, в общем да, — согласился с ним Келеэль, — хорошая физическая форма заложена в вас изначально, и испортить ее сложновато. Даже при всем желании.

— Что же касается животных, — продолжал говорить шаман, — то мы излазили окрестности оазиса вдоль и поперек. Пусто. Так что надо идти в другие места, все равно больше никого крупнее суслика мы здесь не встретим.

Последнюю ночь, перед тем как покинуть оазис, было решено отметить импровизированным пиром. Были добиты остатки хлеба и сыра. Бочонок вина истек последними каплями веселящей влаги. Начавшие веселиться эльфы решили, что для полноты картины им просто необходимо послушать какую-нибудь песню, вот только бардов среди них не оказалось. Немного посовещавшись, а точнее разругавшись между собой в пух и прах, они решил, что запевать первой и выбирать репертуар должна Шура, как обладательница самого мелодичного голоса, а там уж за черноволосой девушкой подхватят остальные.

— Гласят легенды древние страны моей родной, драконы жили в Энии в горах давным-давно, — начала, было, девушка и осеклась. Песня не звучала. Точнее звучала как набор слов, громко произнесенный красивым голосом, но слова не образовывали единого полотна.

— Союз был с эльфами у них, прошли те времена, — мрачно высказался Михаэль, глядя в бокал, куда только что вылил последние капли вина, — Шур, ну ты соображай на каком поешь! Это же не русский, чтобы «Солнца свет» был на нем зарифмован. Мы, между прочим, говорим на неродном языке, в нем совсем другие звуки, слова и интонации, чтобы песни на нем звучали, нам нужны хорошие профессиональные поэты и пара-тройка переводчиков.

— А как же быть? — растерялась девушка.

— Как-как? — фыркнула Викаэль, уютно устроившаяся рядом с приобнявшим ее Азриэлем. Серый, бросавший на подругу подозрительные взгляды, мрачнел с каждой секундой праздника. Кажется, он подозревал закованного в латы воителя в попытке отбить у него девушку. — Шура, не тупи пожалуйста, для тебя же пол наперстка вина это не повод для алкогольного опьянение, просто пой на русском. Мы поймем.

— А вот я не пойму, — раздосадовано подумал архимаг, — а жаль. Странно, а почему страна, откуда вроде бы пришли эти эльфы зовется Россией, а девушка пыталась петь про Энию? То ли названия поменялись, то ли наша раса там в нескольких государствах обитает. Но, по крайней мере, хоть одно и у нас и у них одинаково. В древности было лучше, чем сейчас. Или, по крайней мере, плохое умеют забывать быстрее.

Были песни. Были пляски. Келеэль, увидев их, понял, что в мире, откуда пришли эти эльфы позабыли не только искусство магии, но и искусство танца. Нелепых потуг и неритмичных подрыгиваний устыдились бы даже гоблины.

Вечер кончился. Началась ночь. А что главное в празднестве после захода солнца? Почти всегда — костер. Пирамида, сложенная из сухого кустарника, прошлогодней травы и опавших веток, вполне подходила для того, чтобы достойно отправить в последний путь какого-нибудь витязя. Вместе с его боевым конем. Изюминкой грядущего танца пламени должна была стать громадная старая и трухлявая пальма, поваленная какой-то бурей. Ее с трудом приволокли Серый, Семен и Азриэль с самой окраины оазиса, сгибаясь под тяжестью дерева. Архимаг оценил размеры их груза и мысленно пообещал себе больше не экспериментировать с мускулами у создаваемых тел, предназначенных для разумных существ. Громадным стволом легко можно было вышибить ворота плохонького человеческого замка. Если, конечно, десяток здоровяков, что будет его держать, не перестреляют до того, как они добегут до ворот. Топать за кремнями в жилище никому не хотелось все дружно начали упрашивать шамана зажечь дрова с помощью магии. Он отнекивался и пытался убеждать, что духи огня его слушаться не будут. Да еще и пьяного. Ему не верили. Он пытался сбегать за огнивом. Ему не дали. Он смирился и принялся листать книгу заклинаний, с которой не расставался даже во сне. Видимо спьяну шаман открыл раздел ритуальной магии на странице, где рассказывалось о том, как сотворить затаенные камни огня. Несмотря на склонность этой стихии разрушать, данное заклятие было бытовым. Оно просто поджигало дрова, помещенные в центр чертежа, а затем забирало пламя в несколько камней более-менее правильной формы и хранило его в них. Применение этого заклятья было весьма широко. Путешественники, бросая в холодную воду с плавающим в ней мясом, такой камень получали прекрасный бульон за считанные секунды, а пожарные одним махом и совершенно без жертв тушили сложнейшие пожары. Сложнейшие, потому что на приготовления к ритуалу уходило слишком много времени. Много времени ушло и у Михаэля затуманенным алкоголем сознанием не сообразившего, что для розжига костра такие приготовления не нужны. Его начали поторапливать. Сначала вежливо. Потом не очень. Потом отобрали у него книгу и сделали все «как надо». Особо усердствовал Азриэль, копая прекрасным мечом гномьей ковки как мотыгой банальную канаву. Причем криво копая. Пока он изображал из себя страшный сон подгорного мастера-оруженийка, Шура решила развести огонь более традиционными способами и поджарить на нем рыбу. Рыбу на импровизированный противень, представляющий из себя оббитую железом крышку от бочонка, она положила. И даже противень на дрова водрузила. Вот только как разжечь огонь девушка не смогла. За кремнями ее не пустили, так как фигура на земле, пусть даже и с десятком ошибок уже была начерчена. Если бы вместо этого, в общем-то безобидного, ритуала проводилось бы что-нибудь другое, то на этом приключения эльфов и закончились бы. Шаман, сообразивший, что все вроде бы готово, а ждать уже всем надоело плюнул и прокричал в полный голос слова активации. Зачем кричал — непонятно. Их же вполне достаточно было просто про себя прочитать. Кружащий в вышине шпион, для того чтобы рассмотреть все получше, снизил высоту.

Маленькие искорки пламени затанцевали по собранному топливу, кружась в причудливом хороводе. Все восхищенно ахнули. Столб пламени взвился и угас, оставляя после себя несколько едва тлеющих в огне угольков и много пепла. Сидящие кружком эльфы превратились в дроу. С ног и до головы они оказались вымазаны в разлетевшейся во все стороны саже. Шаман, закопченный с ног до головы, в полном молчании развернулся и кинулся бежать. Передвигался Михаэль быстро и зигзагами. То ли от стрел собирался уклоняться, то ли спьяну ноги заплетались.

— Кхе, — выдохнул клуб гари Азриэль в одну секунду ставший из рыцаря в сверкающей броне каким-то выходцем из глубин мрака, — пожалуй, больше я магией заниматься не буду. Никогда!

— Гад, — кивнула Ликаэль, тщетно пытаясь оттереть платочком лицо. Поймаю — убью!

К кому она обращалась было непонятно, но шаман был уже далеко, а Азриэль видимо понадеялся на доспехи.

Шура ничего не сказала, просто встала, взяла то, что несколькими секундами ранее было противнем с рыбой и надела его эльфу на шлем.

Пришедшие на шум, вспышку и крики дозорные в лице скорпионов и варана не сразу смогли опознать в неведомых существах своих хозяев. Половину оставшейся ночи небольшая компания эльфов была очень занята. Искали шамана. Не нашли. Михаэль как сквозь землю провалился. Девушки начали волноваться. Юноши начали хмуриться. Чем бы все кончилось неизвестно, но Семен догадался спросить о местонахождении шамана у иллитида. Пожиратель Разума, воспринимавший мир исключительно с помощью псионики, сознание неформального лидера группки новых жителей этого мира нашел моментально, а когда по его наводке остальные эльфы наткнулись на тайничок, в который спрятался Михаэль, то у них просто рука на него не поднялась. Шаман, видимо сделавший по оазису большой круг и вернувшись на то же место, спал на всеми позабытом пепелище, сливаясь с ним цветом закопченного лица и одежды. Весь перемазанный в саже, он похрапывал и улыбался. В руке Михаэль держал один из пяти светившихся теплым светом затаенных угольков. Его первый магический ритуал все-таки удался.

Глава 5

Магический трактат вещь очень сложная. В особенности, если тот, кто его сочиняет, не представляет о чем именно ему писать. А написать какой-нибудь фундаментальный труд надо. Причем в рекордно короткие сроки. Представители Гильдии, уехавшие, наконец, из жилища Келеэля поставили ему завуалированный ультиматум. Или он объяснят, зачем он потратил такую прорву магической энергии, или делится каким-нибудь другим открытием, или покидает свое уютное жилище и едет на некоторое время преподавать в Академию Леса факультативы по Высшей магии. Приведенные архимагом своим младшим коллегам сведения о возможном вымирании эльфийской расы и необходимости как можно скорее принять экстренные меры его младшие коллеги дружно пропустили мимо ушей. Основным их аргументом стало: «Это не может быть потому как быть не может!»