Новые: Изгой

— Перекусите стоя на земле. — Произнес изгой, заправляя топливный бак до верха. — Нам еще долго ехать, натрясетесь.

Маленькая девочка с синими как небо глазами в сшитой для нее кожаной курточке и штанах покрутила данное ей печенье, закусила губу и подошла к изгою, под пристальным взглядом девушки.

— Угощайся. — Сказала она звонким голосом и протянула ему весь свой перекус. — Родители мне всегда говорили, сильный должен быть сытый.

— Еда мне не нужна. — Ответил ей изгой и закинул пустую канистру в фургон. — Кушай сама, ты ведь тоже очень сильная.

Едва он только вылез из фургона, закрепив канистры, чтобы они не катались по фургону во время езды, как ощутил инфицированного и застыл, смотря в лес, прямо в глаза одичавшему. Только что их тут не было, откуда он взялся? Инфицированный смотрел на них из леса голодными глазами, находясь от людей буквально в десяти метрах, готовясь атаковать. Неподалеку появились еще инфицированные, выпрыгнув буквально из пустоты. Только что их энергии не было, затем всплеск и они проявились и от ощущения их лицо изгоя искривилось в злой гримасе. Девушка заметила это, его напряженный взгляд и перевела свой взор в направлении куда он смотрел, но пока не видела никого. Сколько же их в лесу и зачем Новый тащит их сюда? Надо быстро решить проблему, прежде чем начнется паника. Изгой вскинул автомат прямо над детьми и выстрелил, уложив на месте голодного психа и теперь оставались только те одичавшие, которые мчались на звук выстрела в сотнях метрах отсюда через густой лес. У них есть одна минута, чтобы убраться. Дети даже не взвизгнули и не дернулись, хотя выстрел был прямо над их головами, хоть и с глушителем и этим очень удивили изгоя. Они были настолько привычные к войне, словно это что-то обыденное, как храп человека ночью.

— В машине доедите. — Сказал изгой, держа на прицеле лес. — Место перестает быть безопасным.

Дети прямо с едой заскочили в фургон, закрывшись там и изгой прыгнул за руль. Девушка уже сидела на пассажирском сидении, смотря в окно в направлении выстрела.

— Эти дети через многое прошли. — Сказала она.

— Тем лучше. Они еще живы и возможно проживут еще долго.

Грузовик быстро рванул с места, раскидав захватившую асфальт землю колесами и помчался по дороге, набирая скорость, когда из леса выскочили с десяток инфицированных, тщетно пытавшихся догнать свою несостоявшуюся добычу, а затем вернувшиеся к убитому собрату, чтобы сожрать его.

— Как думаешь, нас примут там? — Спросила девушка, смотря на догоняющих, которые стремительно уменьшались в боковом зеркале.

— Где там?

— Туда, куда ты нас везешь.

— База примет вас. Вы ведь люди.

— Люди — это слово не означает безопасность. — Тихо высказала своё мнение девушка.

— В том городе много беженцев, они похожи на вас. Значит там относительно безопаснее, чем в лесу.

— Там могут быть мои враги. У нас была война. Люди убивали людей. Люди с севера пытались нас убить, люди с юга пытались нас убить и никто даже не помнил причину конфликтов. — Девушка немного рассказывала про свой мир и изгой внимательно слушал. — Пришли люди с запада, Церковь Спасения Душ. За полгода они помогли отстоять наши земли и предупредили о вас, сказали, что вы абсолютное зло.

— И вы решили напасть первыми. — На что девушка утвердительно кивнула и 362 усмехнулся. — Вам будет о чем пообщаться с людьми.

— Первыми ушли мужчины. Затем церковники вернулись и сказали, что они победили вас и нашли прекрасный город, где не было зверей, была хорошая земля, вода и много целых домов, там мы будем жить счастливо. Впрочем, я тебе уже рассказывала это. Скажи мне, зачем они привели нас в тот город, зная о ваших возможностях?

— Я видел только одного из них. И он хотел меня убить. Много говорил о своих целях, но я не видел причины верить его словам. Неужели у вас никогда не возникало сомнений в их словах?

— Никогда. — Девушка смутилась. — Церковь Спасения Душ требовала всегда верить им на слово и мы безоговорочно верили.

От услышанного изгой искривился в усмешке и девушка заметила это.

— Что смешного?

— О каком спасении идет речь, когда люди между собой не могут найти компромисс, выслушать друг друга, узнать друг друга, даже не зная элементарно имен, они уже считают других врагами.

— Меня зовут Валя. — И девушка неожиданно протянула руку. — И теперь ты знаешь моё имя и я хочу, чтобы мы были друзьями.

Изгой посмотрел на этот жест и удивленно перевел взгляд на девушку.

— Надо представится и пожать её. — Подсказала она, указывая взглядом на руку.

Изгой ощутил впереди достижение своей цели, в которой уже не было толку и остановил грузовик перед тем, как всё откроется глазам. Девушка пока не могла видеть общей картины, но 362 всё видел прекрасно через деревья, перекрывающие поворот.

— Что это? — Спросила она, увидев слабый дым над кронами деревьев.

Там что-то тлело впереди, медленно догорая, но проблема была не в этом, иначе бы он не остановился. Изгой ощущал энергию инфицированных и остатки энергии людей и изгоев, исходящих едва заметным потоком в небо. Они тут погибли совсем недавно, три или четыре дня назад и он просто немного оттянул момент, чтобы девушка не впала в шок от увиденного.

— Меня зовут 362. — Произнес он и пожал девушке руку. — Спасибо за твое имя. Редко кто нам их говорит. Будь настороже. Мы настигли колонну, только от этого не легче.

Грузовик осторожно поехал вперед и остановился, как только им открылся прямой участок с видом на то, что осталось от колонны.

— Боже мой. — Прошептала девушка и открыв дверь первой ринулась наружу, хотя там помогать уже было некому.

Изгой, схватив автомат выскочил следом, радуясь тому, что дети не выпрыгнули из фургона, а ожидали, когда им это разрешат, пытаясь через боковые окна рассмотреть, что происходит впереди. А впереди было то, что им лучше не надо было видеть. Обгоревшие грузовики, убитые беженцы, штурмовики, изгои и десятки инфицированных, поедающих их остатки. Все это смешивалось вокруг них в воздухе, превращаясь в невообразимый смрад, в котором не то, что дышать, даже думать было тяжело. Едва только девушка подбежала к трупам, как её настиг удушающий запах гнили, она начала давится и кашлять, пятясь назад. Изгой быстро подбежал к ней и нацепил ей маску, не обращая внимания на её жалкое сопротивление, оттащив обратно к грузовику, развернув её к себе. Как только она поняла, что это был изгой и в маске она может спокойно дышать, Валя успокоилась и посмотрела на него безмолвно, только слезы текли ручьем, стекая по маске. Не в силах держаться она уткнулась в него лицом и заплакала, пока изгой фиксировал ей крепления маски и осматривался. На их счастье еды было много вокруг, поэтому инфицированные на них не обращали внимание, по крайней мере пока что.

— Почему? — Прошептала она.

— Церковники убили их всех. Вернись в машину и закрой дверь. — сказал тихо изгой. — Я осмотрюсь.

Проводив девушку до машины взглядом он развернулся и достал из рюкзака, лежащего в машине вторую маску, чтобы не дышать этим воздухом, отравленным трупами. Как только фильтр был на месте он вскинул автомат и пошел к грузовикам, держа на прицеле психов. Все беженцы были уничтожены от мощного обстрела. Раны на остатках тел, лежащих по всей дороге, указывали на то, что большинство умерло от осколков. Грузовики все тоже были изрешечены, теперь уже непригодные для передвижения и теперь они стали очередной брошенной техникой на поле боя. Заглянув в один из грузовиков он увидел на сидении изгоя под номером 101, умершего от осколка, пронзившего ему грудь. 362 закрыл его застывшие глаза и прикоснулся к голове для того, чтобы увидеть все самому, отскочив по времени назад. Он спрыгнул со ступеней и увидел, как грузовики накрыло минами и сразу же со всех сторон начался обстрел прямо из леса. Рядом с ним взорвалась мина, накрыв осколками грузовик и изгоя, закончив видение. Бойня была быстрой и жестокой. Подчиняясь порыву изгой направился в лес к месту обстрела. Гранатомет стоял все так же и вокруг него лежали тела людей. Штурмовики смогли добраться до оружия, но не смогли справится с подготовленными церковниками. Хотя не совсем так. Чуть поодаль он нашел полу съеденное тело человека с крестом на золотой цепочке, крепко зажатой в кулаке. Он явно был их них. Изгой обыскал его куртку, лежащую рядом и нашел карту. Это была карта передвижения колонны. Они имели такую информацию, значит у них есть информатор в рядах Бацифика или военных. Люди шпионят за людьми и спокойно предают братьев по крови ради своих меняющихся идеалов. Может по этому люди еще живы?

362 забрал карту и вернулся обратно на дорогу, убив ударом ножа напавшего на него инфицированного, который защищал свою добычу, а теперь сам стал ей. Остальные даже не отреагировали на это, несмотря на то, что изгой проходил в десятках метров от них, только некоторые из них рычали, защищая свою добычу, но не рисковали атаковать. Выживших не было, тот кто уцелел, тот давно ушел. Значит осталось только заняться мародерством. Изгой направился к грузовикам, чтобы обыскать их. Людям они были больше не нужны, но топливо ему необходимо, поскольку у него оставалось лишь пара полных канистр, а путь еще предстоял долгий. Он стаскивал найденные канистры, скачивал с машин топливо, осушив все целые грузовики и заполняя свои пустые канистры к своей машине по пути убивая слишком настырных инфицированных. Пятнадцать канистр по двадцать литров в запас к долитому до полного бака и это гораздо большая вероятность доехать до базы или как можно ближе к ней, хотя изгой не исключал, что придется ехать намного дальше, ведь если здесь произошел конфликт, он мог произойти и на перевалочной базе. Всё это было довольно сложно, поэтому изгой для себя решил, что всего не предугадать и ему придется действовать, опираясь на своё чутье.

Следом изгой собрал все сух пайки и тоже стащил их к машине. Когда он очередной раз подошел к фургону то обратил внимание на детей. Они молча сидели, смотря в окна безучастными взглядами, провожая его и встречая. Они видели слишком много смертей близких и это стало нормой их странной жизни. Наконец изгой стащил к фургону всё что можно и постучал в дверь к девушке.

— Ты нужна им. — сказал он и девушка спрыгнула вниз, смотря на него уже высохшими от слез глазами.

— Сними мне маску. — Попросила она, развернувшись к нему спиной, держа волосы и изгой расстегнул ей защиту от запахов.